Глава 28

— … ну, разумеется, нас финансировать не надо! Те жалкие крохи, что нам дают в последнюю очередь … Ах, это уже просто смешно. Ну конечно, корона заинтересована в здоровых людях! Одно дело, когда зашили рану и отпустили с миром, а совсем другое дело наши пациенты с клеймом на всю жизнь! Корона, видимо, считает их бесполезным мусором! — в голосе Мадам Лоуфул звучало явное недовольство.

— Так что там с той девушкой, которую привезли ночью? — послышался мужской голос.

Приходилось прислушиваться и задерживать дыхание, чтобы разобрать слова. Видимо, нас разделяла толстая стена.

— Ах, очередная богатенькая наследница. Но вот Афелию Кармайкл ей не переплюнуть. Тут платят ее родители за то, чтобы она была жива. Им, видимо, приятна мысль о том, что она не отсвечивает своим позором в их гостинной. Но при этом они ее любят и как бы заботятся о ней. И отдельно платит ее супруг. За то, что даже если у родственников Афелии появится мысль законным путем вернуть свои деньги, написать жалобу королю, вызвать магический совет, который признает Афелию абсолютно здоровой, а поступок ее супруга вопиющим безобразием, мы сумели сделать так, чтобы совет увидел ее в крайне неприятном свете. И чтобы ни у кого не осталось сомнений в ее безумии.

— Так что там с новенькой, — послышался мужской голос.

— А! Я отвлеклась. Прости. Как только ее отец умер, так родственники налетели как коршуны на ее деньги. А поскольку отец все оставил ей, то решено было признать ее сумасшедшей, назначить опекуна и отправить ее сюда.

— А за девочку сколько дали? — спросил мужской голос.

— Довольно приличную сумму. И это пока аванс. Потом сумма будет капать каждый месяц. Они же не хотят, чтобы мы выписали ей справку о том, что она вполне себе дееспособна и никакими расстройствами больше не страдает. Что она полностью излечилась от несуществующего душевного недуга? Так что надо отдать распоряжение обустроить ей комнату. Отдать должное, девочке просили обеспечить комфорт. Только где я его возьму? У меня и так все комнаты заняты! И все палаты! Если бы не эти солдаты, то я бы, конечно, не переживала. Но они занимают почти целое крыло, а толку с них никакого. И денег тоже. Те жалкие гроши, что платит за них корона — просто смехотворны!

— Мне кажется, что новая сиделка отлично справляется, — заметил мужской голос. — Многие из них идут на поправку. По-крайней мере, я вижу блеск адекватности в их глазах.

— О, Аллегра — молодец. Чем быстрее она вернет их в нормальное состояние, тем быстрее они освободят палату, — согласилась Мадам Лоуфул. — А палата мне как раз нужна.

Разговор стих, а я осталась в замешательстве. Теперь я понимала, за счет чего существует больница.

И при мысли об этом мне вдруг становилось как-то гадко. Удерживать девушек здесь, получать за них оплату, пока кто-то пилит или транжирит их деньги, было очень низко и даже подло.

Но с другой стороны я понимала, что здесь они хотя бы живы. И, видимо, у больницы нет других средств к существованию, кроме неугодных жен и раздражающе — лишних родственниц.

— А еще, доктор Вуд, я вами ужасно недовольна, — произнесла строгим голосом Мадам Лоуфул. — Вы пропустили кашель у Мэрэлин Пик. Я требую, чтобы вы осмотрели ее и дали настойки. За нее, между прочим, муж исправно отстегивает тысячу лорноров ежемесячно, пока живет в Столице с любовницей. Если с ней что-то случится, то мы лишимся тысячи лорноров ежемесячно. Так что будьте внимательны. Я хочу, чтобы девочки прожили как можно дольше. Ведь чем дольше они живут, тем больше денег мы получаем.

— Я обязательно исправлюсь! — послышался голос, а я как никогда чувствовала острые грани несправедливости этого мира. — Сейчас же зайду к ней в комнату и осмотрю ее.