Глава 30

Внутри меня бушевало множество чувств — страх, сомнение, даже легкое отчаяние. Но я постаралась держаться, словно закованная в броню, чтобы не показать ни капли слабости. Кириан говорил тихо, словно боялся, что его слова могут услышать лишние уши, — но каждая его фраза резала меня словно нож.

— Я знаю, что вы хотите отказаться… — произнёс он мягко, но с такой настойчивостью, что в голосе слышалась твердость. — Я вижу по вашему лицу, что вы мечетесь в сомнениях. Но позвольте не оставить вам выбора. Я прекрасно знаю про ваши долги. Мне не составило труда немного узнать о вас.

Я усмехнулась, пытаясь скрыть тревогу. Внутри словно кто-то кричал: Ну и что, если долги? Ну и что, если обо мне всё знают? — всё равно это казалось мелочью по сравнению с тем, что ждало впереди.

Ах, если речь идет о долгах, то всё в порядке. Я уже думала, что там что-то похуже!

Кириан продолжил, его голос стал чуть мягче, как у человека, который действительно готов к любому компромиссу.

— Семья Моравиа готова полностью погасить их. Но нам нужна ваша помощь. Мне не нравится, что брата держат как узника. Да, я понимаю, что он опасен. Но так же я понимаю, что это неправильно. Сомневаюсь, что заключение благотворно повлияло хоть на одного человека. Напротив, я слышал, что продолжительное одиночество может усугубить душевные проблемы. Мой брат ни в чём не виноват. Он выполнял свой долг. Мой брат ни разу не проиграл ни одной битвы. Он всегда мог повернуть ситуацию в свою пользу. Это — его дар.

Я слушала его, жадно впитывая каждое слово о Камиэле. Он никогда не открывал мне свою душу, а мне почему-то хотелось бы знать, что происходит там, внутри за понизывающей серостью его взгляда.

В сердце у меня оставался один вопрос, одна тревога. Смогу ли я? И в глубине души понимала, что на мои плечи падает огромная ответственность, с которой я могла не справится. Ответственность за чужую жизнь, ответственность за чужие жизни.

— Есть одно но. Король очень высоко ценит его заслуги. Но — король сам дракон. И он понимает, какую опасность несет обезумевший дракон в приступе ярости, — произнёс Кириан, его голос стал чуть тише, почти шепотом. — Особенно, если это Камиэль. Король дал две недели. Если состояние Камы не улучшится, если не найдется средство или хотя бы надежда на исцеление — моего брата придется убить. Его величество боится последствий, понимает, чем может обернуться излишняя мягкость, поэтому хочет, чтобы семья Моравиа решила эту проблему. У нас хватит сил убить его. Но вы должны понимать, что это будет самое страшное решение в истории семьи.

Эти слова словно ножом прорезали мне сердце.

Я почувствовала, как внутри зашевелилась тревога — и одновременно надежда. Надежда, что всё ещё не поздно что-то изменить.