Глава 28. Арам и Ева

— Где этот Павлин Неощипанный?! — вдруг услышал Арам из собственной приемной голос Евы.

Ждал, что явится, но не думал, что покажется прямо с утра.

— Здесь нет никаких птиц! — еле нашлась с ответом секретарь.

Арам угрюмо усмехнулся и поспешил в приемную. Тут же велел Еве:

— Зайди.

Та одарила несчастного секретаря убийственным взглядом и прошла в его кабинет с высоко задранным носом. Сразу наградила таким же убийственным взглядом и Арама, видимо, в порыве щедрости.

Арам смотрел в ее огромные глазищи, метавшие сотни молний разом, и гадал, какие кары она для него выбрала и представляла в своей хорошенькой головке? Мысленно четвертовала? Расчленила на мелкие кусочки? Изрезала ножом? Подвесила за галстук на люстре? Очень похоже, что все это вместе и даже больше.

— У тебя есть такое понятие, как границы, Барсегян? — прошипела она, едва Арам закрыл дверь.

— О чем ты?

— Не прикидывайся! — Ева топнула каблуком. — Я знаю, что ты ходил к Наде и брал образец слюны! Я не давала на это разрешения!

Арам тяжело вздохнул и ответил:

— Стоило дать. А лучше сразу сказать правду!

Ева охнула, прикрыла рот рукой.

— Ты получил результаты? Так быстро?

— Получил. Экспресс-тест делается всего сутки, — проговорил Арам делано спокойным голосом, хотя внутри всего трясло от переизбытка чувств.

Вот вроде бы и понимал заранее, каков будет результат, а получив его, жутко разозлился на Еву и... обрадовался. Как два таких противоречивых чувства могут уместиться в одной душе одновременно?

Арам сжал руки в кулаки и процедил:

— Требую объяснить, какого хрена ты скрывала от меня дочь?

Воинственности в ней после такого вопроса в лоб резко поубавилось.

Ева громко сглотнула, немного опустила голову и ответила сдавленно:

— Я не собиралась скрывать, Арам… Но ты уехал, и…

— Я учиться уехал, — напомнил он резким тоном, а то вдруг забыла. — Наше будущее строить.

И тут Ева снова будто взбесилась. Лицо ее превратилось в ехидную маску, а голос сделался ядовитым:

— Ну да, ну да! А с кем строил, не уточнишь? Много помощниц было? Вот какое будущее у тебя получилось!

Ева выставила вверх большой палец, показывая класс.

Арама от ее наглых речей чуть не перекосило.

— Только не пытайся себя оправдывать придирками к моему поведению, — резко отчеканил он. — Я на это не поведусь.

Но Ева не успокоилась, уперла руки в боки и продолжила возмущаться:

— Ага, это же так удобно — обвинить меня во всех смертных грехах. Дочку от него скрыла, коза какая нехорошая, а ты весь такой добрый и пушистый…

Он не понял, на что она намекала, и не хотел понимать. Не собирался устраивать разборки по поводу дел, давно потерявших свою актуальность. Разговоры о прошлом ничего, кроме боли, не причиняли. Да и неважно уже, что случилось тогда.

— Что было, то было, Ева, — отмахнулся он. — Ругая друг друга, мы ничего не добьемся. Давай сконцентрируемся на настоящем. А в настоящем у нас с тобой общая дочь.

Но нахалка его доводам разума внимать даже не собиралась.

— Ты понимаешь, что твой тест в суде не будет иметь никакого значения? Я консультировалась и уже нашла себе адвоката!

Упоминание адвоката больно резануло. Надо же, какая умница, уже подготовилась драться. Арам вгляделся в ее возмущенное лицо. Когда Ева успела стать такой непрошибаемой? Такой упертой?

Как же он любил ее раньше — нежную и послушную девочку... И как же сильно она раздражала его теперь. Всем раздражала! Своим ослиным упрямством, верой в собственную несокрушимость, желанием ударить его побольнее. Но больше всего раздражала тем, что в постель к нему не стремилась.

«Бесишь ты меня!»

Знал Арам отличное средство, как можно было убрать стресс и у себя, и у нее. Достаточно просто взять горделивую сучку. Пусть не хотела, завел бы в процессе.

Он на миг прикрыл глаза, представляя, как это будет.

«Прижать к стене, задрать юбку, содрать трусы и взять…»

Арам так ее отымел бы, что она увидела бы небо в алмазах. Стопроцентная гарантия! Что тогда, что восемь лет спустя слишком рьяно отвечала на его поцелуи. Таких вот слабых на передок он повидал немало, пока не женился. Тронь немного, приласкай, и девочка уже в кондиции. Это как раз про Еву.

Он проверил — на данный момент Ева ни с кем не встречалась. А такой, как она, нужен мужчина. Однако же упиралась. Хотела его, но в постель не ложилась, гордую и неприступную из себя корчила.

Ему дорогого стоило сдержаться и не доказать Еве прямо в тот момент, что бравада ее не стоила и ломаного гроша. Удержало лишь то, что на кону стояло нечто гораздо более важное, чем минутное удовольствие. Он не боялся суда, но ясно понимал: лучше договориться полюбовно, а этого явно не случится, если он стащит с бывшей любовницы трусы насильно.

Начал осторожно:

— Если ты будешь вести себя как умная девочка, нам не понадобится никакой суд. Дай мне признать Надю, позволь принимать участие в ее жизни и…

Ева резко его перебила:

— Я воспитывала ее сама семь лет, так оно и останется. Тебе нечего делать в нашей жизни, Барсегян! Надя не игрушка, поиграть в папочку, а потом бросить не выйдет… я не позволю тебе!

И все-таки ей удалось довести Арама до белого каления.

— Ты что там себе надумала? — зашипел он. — Пойдешь против меня, я тебя раздавлю, поняла? В твоих интересах резко поумнеть.

Надеялся, прислушается. Но куда там.

— Не раздавишь, я железная! — фыркнула Ева и помчалась к выходу из его кабинета.

Арам смотрел ей вслед и гадал: стоило ли сказать, что ее чудесная красная юбка сзади испачкана мукой?