Глава 9

Артур

– Толя, это что за хуйня?! – ору на подчиненного.

Я очень зол сегодня несмотря на сладкое утро. Созвал своих оболтусов на планерку, чтобы как следует наподдать волшебное ускорение к светлому будущему.

– Это… ну… – он мнётся, как школьница перед первым трахом.

– Хватит блеять! А вы, чего вылупились?

Я бешусь, чувствую себя отвратительно. На губах всё еще пылает сладкий вкус малышки Киры. Она сопротивляется. И мне чертовски трудно пробиться через её блядские принципы. Но я справлюсь.

Да, сука, я в курсе, что растоптал её. И мне пиздец, как жаль. Я бы вернулся в прошлое и нахуй послал Ксюху в то утро. Забрал бы свою девочку. Но теперь мне нужно собрать яйца в кулак и действовать. Ведь долбаный Дрон снова тут как тут.

Когда-то давно его телка влюбилась в меня. Свалила из-под венца от этого душнилы. Помню, она жаловалась, что рядом с ним не может дышать. Но Дрон идеален. Таких не бросают. И лишь из-за меня девчонка решилась.

– Ну так что, остолопы? Это вот – все ваши предложения по модернизации? У нас из новых лишь Вика, получается? И то, ей занят Раенский.

Игорь – единственный среди всего линейного руководства в этом кабинете спокоен как удав.

– Чтобы послезавтра у меня лежало как минимум пять предложений. Мне похуй, откуда вы время возьмете на прослушивания. Кто не выполнит – уволен. Свободны.

Когда они с постными мордами сваливают из переговорной, мы с Раенским остаёмся. Открываю окно и закуриваю.

– Как Кира?

– Упирается. Вчера наорала на меня, упала в обморок.

– С ней хорошо всё? – волнуется друг.

– Да. Маша сказала, что это нормально на ранних сроках. Что-то с кровообращением и малым тазом. Не понял. С ребенком тоже всё в порядке. Но я чуть сам не грохнулся без сознания, блядь. Как школьник перепугался.

Игорь ржет.

– И что вы решили?

– Ну… – невольно вспоминаю крики Киры, пока я вылизывал ее горячую киску, – ничего не решили. Как-то не довелось.

Член тут же дёргается в джинсах. Облизываю губы, пытаясь почувствовать хотя бы немного ее солоноватой влаги. Хочу ещё! Она должна переехать ко мне! Я готов на всё, лишь бы моя девочка дала мне шанс. Хоть один, мать его, шанс!

– Как так? Ты привёз её домой, а потом… Я что, зря тебе слил её новое место работы?! – Раенский в гневе сверкает глазами, – вы поговорили? Ты хоть извинился?!

– Возникли обстоятельства, – кашляю, чтобы прочистить горло.

Чёрт! Она была слишком сексуальна этим утром. Малышка в моей футболке, в этих её белых трусах. Такая кроха, домашняя, сладенькая. И глаза эти её в пол-лица. Ох, ёпта! У меня встал. Машинально поправляю член в джинсах.

– И что за обстоятельства, позволь поинтересоваться? – этот невинный жест не укрылся от друга.

– Не позволю. Но за инфу спасибо. Твой Стас просто кудесник, блядь.

– Да, он такой. Надеюсь, ты оставил свои попытки силой затащить Киру к себе?

Нет, конечно!

– Ну типа того, – затягиваюсь, затем выдыхаю табачный дым.

– Пиздишь, – улыбается друг, – у тебя прям на лице написано, что ты готов взять дубину, и утащить самку к себе в пещеру. Неандерталец недоделанный.

– Ты слишком плохо обо мне думаешь, – выбрасываю окурок.

После утренней игры с моей девочкой привкус сигарет раздражает. Хочу, чтобы её смазка наполняла мой рот. Хочу эту девчонку до безумия! Стискиваю зубы, вспоминая, что она теперь работает с Дроном. Хорошо, что я уже принял меры.

– Ты не передумал на тему покупки той конторы? – осторожно спрашивает Раенский.

– Нет.

– Кире это точно не понравится. Ты бы лучше человеческими методами действовал, а не обезьяньими.

– Не куплю я, купят другие. Ты их финансовые отчёты видел? Все сотрудники пойдут под сокращение. А я не могу допустить, чтобы её уволили. Если так хочет работать…

– Блядь, Артур, только не говори, что ты шел и просто нашел отчеты компании, в которой работает твоя бывшая? – в голос ржёт Игорь.

– Естественно, так и было. Ладно, пойду к себе, – решительно направляюсь к двери.

– Кира хорошая девушка. Она заслуживает самого лучшего отношения. И честности. Извинись, поговори. Может, она примет тебя назад. А то я устал твою пьяную тушу таскать до квартиры.

Проигнорировав слова Игоря, я выхожу и громко хлопаю дверью.

– Да знаю я, что она хорошая. И что я дерьмо. Но Кира моя, – шепчу, – только моя и ничья больше. И я порвусь надвое, лишь бы заслужить прощение.

Подхожу к кабинету. Моя бессменная помощница Лидия, образчик антисексуальности и строгости, выглядит напуганной. Теребит в пальцах ручку.

– Что случилось? – бросаю ей, – звонил кто?

– У вас… посетитель, – сглатывает.

Судя по ужасу в ее глазах, скрытых круглыми бабулькиными очками, я понимаю, кто ко мне наведался. Оскаливаюсь и захожу в кабинет.

– Оля. Какими судьбами ты выплыла из своего террариума? – улыбаюсь бывшей жене.

– Ты, как всегда, любезен, дорогой, – она встаёт с моего массивного кожаного кресла.

Оля всегда выглядит безупречно. Как змея в дикой природе. Идеально уложенные волосы, брендовые шмотки, обтягивающие её тугую задницу и сделанные сиськи. Когда-то она была натуральной, красивой. Как Кира. Хотя нет. Кира – само совершенство. А Ольга была хорошей. Но теперь передо мной лишь бездушная кукла.

– Говори, что надо и выметайся. У меня нет на тебя времени.

– Грубиян, – надувает свои пухлые губы.

Раньше я бы слюной изошел на этот рот. Рабочий. Но теперь эта женщина вызывает лишь отвращение.

– У меня дел полно. Давай по существу.

– Существо всё то же, – она садится своей накачанной задницей на мой стол.

– Чем в этот раз пришла меня шантажировать? – устало откидываюсь в кресле.

– Я тут слышала, что ты скоро папочкой станешь… – широко улыбается, и, клянусь, я вижу её клыки, сочащиеся ядом.

Блядь! Как она узнала о Кире? Но на моём лице не дёргается ни единый мускул. В конце концов, по «Фону» ходят разные слухи. Она могла наслушаться и начать блефовать. Мне нужно больше информации.

– Даже знать не хочу, откуда…

– Ох, Фоновой, ты такими дешевыми трюками меня не выведешь. Я привыкла к твоим закидонам.

– Да ладно?! – восклицаю, не скрывая сарказма, – тогда должна знать, что после твоей тирады последует отказ и ты унесешь свою пользованную задницу прочь из моего офиса.

– Подумай, милый, – Ольга подходит вплотную, – я хочу всего лишь половинку «Фона» и всё. И тогда твоя шлюха малолетняя будет жить, как жила. И ничего с ней не случится.

– Это угроза? Потому что здесь повсюду камеры, – стараюсь держать себя в руках.

Я знаю, на что способна моя бывшая жена. Она монстр. Которого породил я. Точнее, моя слепота и угодливость. Её испортили мои бабки. Но если она навредит Кире и моему ребёнку, я ее шкуру силиконовую спущу своими руками.

– Мой ответ «нет». Выметайся, – достаю сигарету, включаю рабочий ноутбук, полностью игнорируя Ольгу.

– Ты ответишь… милый, – шипит она, – жадный ублюдок!

– Вот и показала настоящее лицо, – говорю, – пошла вон. Увидимся на очередной попытке наших адвокатов решить дело до суда.

– Отлично! Тогда в ближайшую встречу тебя ждёт большой сюрприз!

Она выскакивает из моего кабинета. Но меня начинает трясти. Я боюсь за Киру и малыша. Не могу собрать себя воедино. Этот страх укореняется в груди. Что за чёрт? Я волнуюсь?! Блядь! Хватаю мобильный.

– Привет, полковник, – ухмыляюсь, мысленно радуясь, что обзавёлся друзьями в силовых структурах.

– Фоновой, какими судьбами?

– Дело есть. Говорить можешь?

Спустя час, довольный, откидываюсь в кресле. Договорился, что компетентные органы как следует проверят финансы и связи моей бывшей жены. Пока занимаюсь делами, звонит мобильный. Маша.

– Да? Что случилось? Что-то с Кирой? С ребенком? – выливаю на неё весь шквал своих страхов.

– Успокойся, Фоновой, – говорит она, – всё нормально. Хотела тебе сказать, что она согласилась и будет наблюдаться у меня.

– Понял, – выдыхаю, – это очень хорошо.

– И ещё, – голос подруги становится стальным, – так как Кира – моя пациентка, действует врачебная тайна. И если она не захочет, ты ничего о её состоянии не узнаешь.

Где-то в районе солнечного сплетения неприятно жжет. Горечь. Да, я заслужил. Но почему так хреново?

– Она у тебя? – спрашиваю хрипло.

– Да, но…

Бросаю трубку и буквально бегом спускаюсь на парковку. Влетаю в машину, завожу мотор, срываюсь с места. Мне нужно увидеть Киру! Не могу! Внутри всё словно адским пламенем горит. Она нужна мне…

Доезжаю до клиники, взлетаю на нужный этаж. Замираю. Как идиот, пялюсь на бывшую девушку, с улыбкой беседующую с Машей. Почему-то ноги прирастают к полу. Блядь! Хочется рвать волосы на голове. Но боль в груди постепенно успокаивается. Это Кира так на меня действует.

Она так мило улыбается. На ней джинсовый комбинезончик, кеды. В тонких руках курточка. Волосы собраны в хвостик. Милая, крошечная. Взгляд отвести не могу. Стискиваю зубы, понимая: что угодно бы сделал, чтобы повернуть время вспять. Но когда она разворачивается…

Клянусь, если бы можно было реально провалиться сквозь землю, я бы это сделал. Сглатываю. Девчонка семенит ко мне, прячет взгляд. Маша сурово глядит на меня.

Кира старается прошмыгнуть мимо к лифту, но я ловлю ее рукой. Удерживаю на месте. Стараюсь не быть грубым, но чувствую, что мой самоконтроль вновь слетает с петель к чертям собачьим.

– Привет, – тихо говорит она, – что тебе нужно, Артур?

Запах! Меня ведёт. Она такая сладенькая! Хочу её! Только её одну. Но понял это слишком поздно.

– Я рад, что ты приняла правильное решение, – выдавливаю из себя.

– Мне пора, – почти пищит, пытаясь вырвать руку.

– Кира… нам нужно поговорить…

– Не о чем нам говорить, Артур, – она поднимает взгляд.

Там снова эта пустота. Недоверие, обида. И я в этом виноват. Знаю, но напряженность между нами убивает. Не было так больно даже когда застал жену с членом моего помощника во рту.

– Я хочу быть в вашей жизни, – почти шепчу.

Рядом с Кирой во мне что-то меняется. Трещит по швам. Разрушается. Стена, которую я выстроил внутри. Думал, что это сладкое утро хотя бы немного растопило лёд между нами. Но ошибся…

– Прости. Я не могу… – кусает губы, мнётся, сомневается.

Могу надавить. Заставить. Но не хочу. Она должна сама пойти навстречу.

– Позволь хотя бы довезти тебя домой. Кира, посмотри на меня!

Она не слушается. Вновь опускает взгляд на свои кеды.

– Мне на автобусе недалеко, – лепечет, вырывает руку и бежит к открывающемуся лифту.

– ФОНОВОЙ! – рык Маши не предвещает ничего хорошего.

Но мне плевать. Кира ушла, и дыра в груди стала ещё больше. Смотрю в панорамное окно. Малышка выбегает, семенит к остановке. Одинокая, маленькая. Подруга подходит и кладёт руку на моё плечо.

– Даже не наорешь? – спрашиваю с усмешкой.

– Ты и сам себя бичуешь, Артур. Этого достаточно.

– Что мне делать?

– А что ты хочешь получить в итоге? – Маша внимательно смотрит на меня.

Я не свожу взгляда с Киры. Она забирается в набитый автобус. Скрежещу зубами от ярости. Могла же поехать со мной! Что за упрямая девчонка?!

– Ты сам определись, – говорит подруга, – что чувствуешь к ней.

Без неё мне плохо. Пиздец как плохо.

– И если ты испытываешь просто спортивный интерес, пытаясь заполучить то, что ускользает, это одно. Тогда тебе стоит отступиться и не ломать девочке жизнь. Просто дай им с малышом всё, что нужно для нормальной комфортной беременности. А потом содержи ребёнка.

– А если нет… Если дело не в желании получить недоступное? – бормочу.

– Ты любишь её, да? – она почему-то лыбится.

Молчу. Хотя ответ на вопрос знаю. Он очень не нравится обиженному на женщин уроду, живущему внутри. Но себя не обмануть. Кира – мой кислород. А после того, что она позволила утром… Ни с одной женщиной я так не кайфовал и не желал ублажить. Я их пользовал, а теперь готов стерпеть от этой маленькой девочки любую пытку. Лишь бы она продолжала смотреть на меня…

– Если любишь, то попытайся завоевать её. Вспомни, в какой момент она заинтересовалась тобой. Докажи, что тебе можно верить. Не будь больше таким мудаком. И сделай всё правильно.