Глава 26

– Ну, какое еще условие? – интересуюсь я, ожидая услышать какой-нибудь подвох.

– Пусть твой Каверин найдет мне парня в погонах.

– Рита! Лёша не занимается сводничеством.

– Пусть просто познакомит меня с мужчиной, который любит полных женщин, и всё. Дальше я сама.

– Я, конечно, передам ему твое пожелание, но… обещать ничего не смогу, прости. Подумай о тех бедных женщинах, которые могут стать жертвой маньяка Бори уже сегодня. Тебе их не жаль?

– Ладно, Рыбкина, твоя взяла. Пошли!

– Куда?

– Как куда? Ловить Борю.

– Сейчас? – бросаю взгляд на часы, которые показывают 21:00.

– Самое время выходить на охоту. Ха-ха-ха, – Ритка сардонически смеется.

– Я бы на месте Бориса сегодня никуда не ходила, – бормочу в ответ.

Если я пойду без Каверина, он меня прибьет потом.

Поэтому бужу голого спящего красавца:

– Лёшик, вставай.

– А? Что? Та-ань, дай чуть-чуть поспать, – переворачивается на другой бок. – Еман, ты ненасытная. Мы же хер в хлам сотрем.

– Да я не для секса тебя бужу, глупенький, – глажу широкую спину. – Маньяка пошли ловить. Ритусик согласна.

Лёша приоткрывает один глаз и спрашивает:

– А сколько время? Может мы завтра выйдем на тропу войны?

– Не ленись! Надо сегодня. Вдруг изверг уже нашел себе жертву. Надо поспешить!

Каверин принимает сидячее положение и некоторое время смотрит на свой причиндал.

– Что ты там разглядываешь? – спрашиваю, вытянув шею.

– Общаюсь.

– Со своим членом? Серьёзно?

– Ага, он говорит, что не хочет никуда идти. А еще что хочет войти во влажную Танину норку.

– Прекрати пошлить. Одевайся, Рита уже готова к свершениям. Кстати, у тебя есть знакомые коллеги, которые любят полных дам? – тараторю без умолку.

– Есть. И не один.

– Вау. Холостяки?

– Рыбкина, чё надо? Ритку пристроить?

– Да, в благодарность за помощь в поимке преступника, – киваю.

– Она еще никого не поймала.

Пока мы неспешно беседовали я уже успела натянуть на Алексея трусы и носки и даже подать ему штаны «бомжа». Тренируюсь собирать ребенка в детский сад.

– Поймает обязательно, вот увидишь, – обещаю. – Ты Маргариту Дмитриевну не знаешь!

– И слава богу. Мне хватило одного вечера, проведенного с ней. В салоне до сих пор аромат перегара стоит, никак не выветрится.

Помогаю Лёшику застегнуть байковую клетчатую рубашку и разглаживаю воротничок.

– Красавец ты у меня! – чмокаю его в кончик носа.

– Извращенка, которая любит бомжа, – поддразнивает он.

– Ты мне сам говорил, что бомжи тоже люди, – напоминаю ему.

– Ну, говорил!

– Я правда тебя люблю, Лёш.

Он сразу серьёзнеет и заключает меня в объятия.

– Танюха моя сумасшедшая, – утыкается носом мне в шею.

– Это и всё, что ты можешь сказать? – ловлю его взгляд.

– Не всё.

– Так говори.

– Я тоже тебя люблю, Килечка. Довольна?

– А без довольна и килечки никак нельзя было? Всё испортил, –вздыхаю.

– Ну и характер у тебя, Рыба моя. Несладко мне с тобой придется, – цокает языком.

– А я подслащу нашу семейную жизнь розанами.

И тут я понимаю, что ляпнула лишнего и замолкаю. Я сказала «семейная жизнь», но Лёшик не делал мне предложения. Он говорил, что мы будем ребеночка вместе растить. Может, он собирается стать воскресным папой.

– Ну? Чего потухла? – весело спрашивает Лёша.

– Глупость сморозила. Забудь.

– Ладно, забуду, – притягивает меня к себе и нежно целует в губы.

Нет, я и не надеялась, что он прямо сейчас встанет на одно колено и позовет меня замуж. Мужчине нужно дать время свыкнуться с мыслью об отцовстве. Не буду подталкивать его к браку. Ничего хорошего из этого не выйдет. Пусть он сам придет к правильному решению.

Из машины звоню Борису и, немного волнуясь, назначаю ему встречу в сквере. Понимаю всю ответственность нашего предприятия.

Забираем Маргариту Дмитриевну из дома. Майор уже успел предупредить ее по телефону, что на ней должна быть какая-нибудь красная деталь одежды, например, красный шарфик, красные туфли или красная губная помада. Этот цвет для Бориса, как спусковой крючок.

Я покопалась в памяти, чтобы вспомнить, в чем была одета в тот вечер, когда ко мне пристал Ведерников. Не было на мне ничего красного. Хотя стоп, у меня была красная сумочка, да! На неё он и клюнул, видимо.

Сумка и сейчас со мной, новенькая ещё совсем, после расставания с Лёшей купила, чтобы покупкой залатать дыру в груди.

Когда Ритка вышла из подъезда, мы с Кавериным дружно ахнули. Она намазюкала губы красной помадой в три слоя, надела «рубиновое» ожерелье, красную кофту и красные кроссовки. В руках держала красный пакет с надписью «Детка, ты супер».

– Перебор! – выдал вердикт Лёша. – На тебе табличка висит: «Ловлю маньяка». Снимай цацки.

Пыхтя, Рита избавляется от колье и стирает помаду с губ влажной салфеткой.

– Что в пакете? – допрашивает Каверин.

– Моё оружие.

– Какое, бля, оружие? Ну-ка, показывай давай.

Нехотя Ритуля достает из пакета коробку с… фаллоимитатором. Я издаю смешок. Что-то такое я от нее и ждала.

– Что это за самодеятельность? – трясет коробкой Алексей.

– Отбиваться от маньяка им буду. Вишь, какая дубина? – Рита достает огромный искусственный член и тычет им в сторону Лёшика.

– Ты хуем в меня не тыкай.

– Я просто показываю.

– Просто убирай это отсюда нахрен и иди в сквер.

– Новенький совсем, ни разу не использовала, – Рита бережно укладывает фаллос в коробочку.

– Верится с трудом, – хмыкает Лёша. – На нем какие-то подозрительные белые круги.

– Ладно, – обиделась Маргарита Дмитриевна. – Как лучше ведь хотела. Пойду так, беззащитной, безоружной, – разводит руками.

– Ничего не бойся, Рита, мы тебя спасем, – обещаю подруге. – Не оставим детишек без любимой учительницы…