Глава 7

— Вот, держи, — передаю Артёму одеяло, отвернувшись, а потом его мокрую одежду забираю, уношу на кухню. — Жду тебя на кухне. Буду чаем горячим отпаивать.

Он прям как индеец из дикой глуши появляется на кухне, обмотавшись одеялом. Я почти в голос смеюсь. Зажав рот ладонью, давлюсь смехом.

— Ну ты чего? Смешно, да? — руки в стороны разводит, покрутившись вокруг своей оси.

И сам улыбается.

Широко так. Искренне.

Ослепительно сверкая белыми-белыми, идеально ровными зубами.

А затем мы синхронно смеёмся.

— Садись, Чингачгук, вот твой чай.

Настроение на максимум!

Мы мило беседуем, наслаждаясь горячим напитком, разговаривая обо всём на свете.

Не ожидала, что мне станет так легко с Артёмом. С напыщенным наглецом, который едва не сбил меня на пешеходном переходе.

Или я зря на него наговариваю?

Или чудеса бывают?

И люди способны измениться за секунду?

Бах!

Вспышка. Инсайт.

И ты совершенно другой человек.

Полная противоположность, чем ты был до той самой переломной секунды.

Сегодня десятое декабря и сегодня день удивительных открытий. Вынос мозга. Мои некоторые стереотипы рушатся в прах.

Конечно на земле несколько миллиардов человек. Всем мы люди разные, уникальные. Всё-таки есть какой-то процент людей, которые не вписываются в общие рамки. Я про то, что если он молодой мажорчик, то у него не может быть души?

С Артёмом что-то не так.

Он тот самый… один процент. Из ста.

За период беседы, я постоянно поправляла волосы.

Скрывала прядями тот самый ужасный участок лица с рубцами.

Жутко нервничала.

— Не закрывай лицо волосами, — внезапно шепчет он, прерывая беседу, посылая крайне серьёзный взгляд.

Улыбка меркнет на моих губах.

Не люблю разговоры на тему моей внешности.

Это меня задевает.

Ведь я не такая как все.

Я встаю со стола, иду к раковине. Нервно принимаюсь мыть посуду, повернувшись к гостю спиной. Просто пытаюсь уйти от разговора.

Артем тоже поднимается со стула, ко мне сзади подходит.

— Неверно, тебе уже пора. Сейчас проверю, как там твоя одежда.

Дёргаюсь в сторону, но он вдруг меня за запястье хватает, к себе лицом разворачивает.

— Чего добиваешься? — резко спрашиваю.

Хочет смотреть на меня?!

Ладно!

Пусть смотрит.

Он ошибается!

Я уродина.

И это на всю жизнь…

Голову вверх вздёргиваю.

В глаза теперь уже Артёму смотрю, одним взмахом головы откинув волосы назад.

Как будто назло ему делаю, чтобы удрал поскорей.

— Если бы я сам знал…

— Что, прости?

— Ты просто мне понравилась.

Мои зрачки расширяются.

— Да неужели? Чем? Ты что извращенец? Шрамы тебя возб…

Он рот мой ладонью быстро накрывает, спиной к стене прижимает, смотрит на меня грозно, так опасно, что тело горячей дрожью, словно иголками насквозь пронзает.

Секунда.

Две.

Дыхание сбивается.

Он ладонь убирает… и резко на мои губы набрасывается, жадно целуя.

Я не верю в то, что сейчас происходит.

Это сон какой-то. Сон…

Самый красивый парень города сладко меня целует.

И неужели ему плевать на моё уродство?

***

Это мой первый в жизни серьёзный поцелуй…

Этим самым он меня в другое измерение бросает.

Я обмякаю. Забываюсь. Ног не чувствую.

Мышцы ватными становятся.

Вот-вот упаду и в пыль рассыплюсь.

Боже, как это сладко!

Потрясающе.

Мне впервые так хорошо и приятно.

Артём мои губы нежно своими ласкает. Чувственно и осторожно их сминает. А потом пальцы в волосы запускает, ноготками кожу головы царапает.

Мурашки рассыпаются по всей коже… Дарят неземную дрожь. Пульс то бешено стучит, то удары пропускает.

Бам!

И я улетаю в сладостно-жаркую нирвану.

В которой хочется навсегда остаться и забыться.

Не знаю точно, сколько времени проходит.

Но я, больше не я.

Я руками шею парня обвиваю. Крепко-крепко его к себе прижимаю, отвечая на ласки полной взаимностью.

— Главное не обёртка, а то, что внутри.

Отстраняется. Руки с головы не убирает.

Гладит меня тёплыми ладонями.

Боже, как же это хорошо!

Если бы я была бы снежинкой… в миг бы растаяла.

— Если позволишь я останусь у тебя на ночь, а утром помогу навести порядок — починить то, что сломалось.

— Но почему, зачем? — брови выгибаю.

— Не спрашивай. Я просто хочу сделать что-то хорошее.

— Карма в копилочку, значит? — смеюсь.

— Не только.

Я нехотя выскальзываю из объятий парня, губы пальцами трогаю. Они слегка припухли и пульсируют. А кожа горит, сохраняя на себе отпечатки долгого и чувственного поцелуя.