Глава 59

Лиза

У каждого человека есть черта, за которую он уже не может переступить. Терпение оно все же не бесконечно. Я долго прощала все, слепо верила, закрывала глаза и несла свою больную любовь… Я не могла ее побороть… обжигалась сама, но в глубине души продолжала на что-то надеяться.

Спасибо Никите, что отправил меня к Константину. Поистине добрый человек, а такие, на моем веку огромная редкость. Он открыл мне глаза на Богдана. Не стал скрывать правду. Хоть это его друг.

- Лиз, все может быть не так, - Люба, его жена, гладит меня по голове и пытается утешить. Пододвигает ближе салфетки.

- Все так. Ты слышала своего мужа, - всхлипываю. Даю волю слезам, хочу выплакать свою боль… нет сил нести ее в душе.

- Богдан… он специфический человек. Но я не верю, что он желал зла… Есть какая-то причина его поступков… - она очень добрая, пытается оправдать гада.

Только все очевидно. Слишком. Увы…

- Люб, все это время дети были у него! Понимаешь! Ты сама мать! Поставь себя на мое место! У него была тысяча и одна возможность сообщить мне. Но нет. Он их прятал, - меня прорывает как плотину. Попадись мне сейчас Богдан, придушила бы… и ничего бы не дрогнуло в сердце. – Даже… допустим… был зол на меня… думал, что предала… Но скрывать от матери ее детей? Это уже за гранью! Поговорить нельзя было? Нет. Не ищи ему оправданий. Не может быть прощения. Это точка. Все. Бесповоротная, - ударяю кулаком по столу. Ярость во мне клокочет и ищет выхода.

- А мне кажется, ты и это бы ему простила, - Лена стоит в дверях и смотрит на меня сочувствующим взглядом. Жена Стаса очень мудрая женщина, которая столько всего пережила… и при этом сохранила теплоту и доброту души. – Но… - замолкает.

Повезло Богдану с друзьями, и жены у парней отличные. А вот Богдан… может, для них он друг, а вот мне достались его все самые темные стороны.

- Договаривай! – рявкаю на нее. – Прости…эмоции, - мне стыдно за свою несдержанность.

Но правда что-то надломила во мне. Сделала меня другим человеком, убила все светлое, что жило вопреки всему к Богдану.

- Слава, - опускает голову. – Я знала, что поступок Стаса еще аукнется, - вздыхает. – Но он не мог поступить иначе. Она его сестра. Муж ее спас, отправил как можно дальше. Он был уверен, что она больше не приедет в страну, никаким образом не даст о себе знать. Ведь у него на нее компромата столько, что на приличный срок хватит.

- Лен, ты чего, - Люба горько усмехается. – Славка – это змеюка, и она всегда пролезет.

Девочки правы. Слава… это удар…слишком низкий и подлый…

В то время как я мучаюсь без детей, места себе не нахожу… Он преспокойно живет вместе с ними! Со Славой! Именно с ней он был всегда! И она с моими детьми! В то время как своего ребенка загубила!

Это нельзя простить! Нет любви! Есть только ненависть! Сильная. Всепоглощающая!

Мои дети с этой женщиной! Катенька и Коля… сколько они натерпелись…

От этой боли мне до скончания дней не избавиться. Мои дети, при живой матери находились столько лет в детском доме! Как это осознать?!

Я хочу, чтобы все заплатили! Каждая гнида, которая к этому причастна! И никому не будет пощады!

Едва могу дождаться, когда мы поедем к детям. Подгоняю мужчин, чтобы быстрее завершали приготовления. Слишком долго я ждала!

Даже не верю, что еще немного и увижу детей! Больше никогда их не отпущу! Они мои! Только мои!

Когда подъезжаем к его дому, меня колотит как в лихорадке. Дыхание перехватывает.

Богдан выходит к воротам. Смотрю на него, и сердце одновременно прокалывают тысячи острых и ржавых кольев. Я наконец-то излечилась! Улыбаюсь своей ненависти. Она куда лучше моей одержимой любви!

Пока приближаюсь к нему, замечаю во дворе женщину… с моими детьми… Мне не надо ее разглядывать, узнавать, нутром чую… Славка!

Подхожу к Богдану и со всей силы влепляю ему пощечину, еще… еще… мало… Он заслуживает гораздо большего…

Но сперва надо отогнать змею от моих деток!

Вбегаю во двор и кричу:

- Катюшка! Коленька! Мама с вами!