Глава 14

Вишневский

– Я все уладил, билеты заказаны, отель забронирован, пакуй бикини, вечером вылетаем.

Кристина завизжала в трубку, потом что-то упало, снова визг – о том, какой я хороший, золотой и просто замечательный, что она сделает мне все мыслимые и немыслимые вещи. Вот это я понимаю – отношения, никто никому ничего не должен, сплошные приятности и никаких разборок и претензий.

Отключаюсь, вновь набираю Алису, это дело я так и не разрулил и, грешным делом, уже подумываю, лучше бы вчера ее тело было на холодном столе морга. Как говорится, нет Алисы – нет проблем.

А ведь я ее когда-то любил, вот реально крыша ехала от ее невинных голубых глаз, длинных волос, как она смотрит и моргает ресницами. Тонул как пацан в этих чувствах. А может, это была и не любовь, так, буйство гормонов и помутнение рассудка, как говорила мама.

Так, новый договор с «СеверТехом» подписали, а еще хотели секретаршу мою с красным дипломом специалиста увести, нет, господа, мне самому такая нужна больше воздуха. Все-таки строптивая дамочка эта Цветкова хоть и миленькая, фамилия Колючкина ей бы подошла больше, но внешность – она всегда обманчивая.

Но мне пришлось ее дожать, немного опуститься до шантажа. А как она хотела? Босс не милый ласковый котик, босс – это босс, ты либо в нашей компании, либо вон иди ищи другую работу. Но отчего-то чувствую себя паршиво, вот осадочек остался, такой гадкий, с привкусом желчи.

Софию удалось собрать быстро, она любит бывать на даче, любила там быть с бабушкой, а при упоминании о том, что Маргарита поедет с ней, вообще пришла в восторг. Пес прыгал, на радостях съел кашу вместе с Соней, дочка собрала целый чемодан одежды и игрушек, Федор загрузил все это богатство в багажник, получил от меня инструкции и ключи от дачи и отчалил за нянькой.

Дело осталось за малым: донести информацию о моем отпуске до отца, а вот это дело нелегкое. Папа у меня кремень, и вообще, мне кажется, все эти его стенания по поводу высокого давления – выдумки.

– Дмитрий Борисович у себя? – зайдя в приемную генерального директора, где царила стерильная чистота и тишина, как в библиотеке. Улыбнулся двум секретарям. Лица словно маски, ни капли эмоций.

– Да, но Дмитрий Борисович занят, у него Ольга Леонидовна.

О, как! Занят он с Леонидовной.

– Мне можно.

– Стойте, куда вы?

– Говорю же, мне можно.

Стукнул для приличия, открыл двери, но никаких пикантных моментов не застал. Не знаю, как отреагирую, увидь я Ольгу в недвусмысленной позе или положении, удовлетворяющей моего отца. Умом-то я понимаю, он мужчина, есть физиологические потребности, но как сын, хоть и тридцатипятилетний, ревную.

– Всем доброго дня, Дмитрий Борисович, я на минутку, по поводу своего отпуска.

Отец отрывается от изучения бумаг, Ольга Леонидовна изучает меня, немного неприятно, но ничего, я переживу.

– Какой отпуск?

– Заслуженный.

– А у тебя все дела завершены?

– Все под контролем, да и меня не будет всего неделю, скоординирую отдел удаленно.

– Удаленно, значит?

А вот сейчас генеральный директор снимает очки, хмурит брови, откидывается на спинку кресла. Сейчас рванет, помню этот взгляд с детства. Я рос не избалованным пацаном, как Пашка, мне всегда доставалось по праву старшего и сильного, по определению отца.

– А все проблемы с Алисой ты тоже решишь по удаленке?

Да, вот с Алисой была неприятность, ее стоило найти до вечера, вправить мозг, навешать люлей ей и ее подельнику – с кем-то же она придумала эту провальную аферу с шантажом?

– Я найду сегодня и все улажу.

– Уладит он, ты слышала?

Ольга поправляет белую блузку, вроде как не принимает участия в нашем разговоре, точнее, в линчевании меня, но все это ей наверняка доставляет дикое удовольствие.

– Может быть, мы поговорим без посторонних?

Начинаю злиться, потому что не люблю, когда отчитывают на публике, демонстрируя свою силу и власть.

– А тут нет посторонних, тут все свои и все работают на благо и на процветание компании – все, кроме тебя. И если мы не найдем, я подчеркиваю – МЫ не найдем твою бывшую любовь и непутевую мать Софии в ближайшее время, то пикантное видео с ее участием может уйти конкурентам, а Веденеев мне звонил с утра и намекал.

Плохо. Очень плохо.

– Не может быть. Оно не должно было к нему попасть.

– А вот мы и не знаем, попало или нет, и что он вообще хочет. Так что забудь про Мальдивы с любовницей и займись делом. А после него – дочерью, она у тебя как безотцовщина, предоставлена сама себе, и лишь собака ей настоящий друг.

Откуда он узнал про Мальдивы? Ольга Леонидовна качает ногой, на меня не смотрит, и я не могу понять, что она может знать? И откуда?

– С Софи все улажено.

– Надо же, он все уладил! Наладчиком пойдешь работать – на завод, там у тебя лучше получится налаживать и улаживать, или поедешь на Север вместо Мальдив – налаживать нам новое оборудование, – отец резко встает, повышает голос, взгляд требовательный и строгий. – А эту Алису я терпел до сегодняшнего дня лишь потому, что она по какой-то случайности родила мою внучку, но мое терпение лопнуло, я займусь ей сам. И поэтому ты идешь в отпуск, но чтобы заниматься дочерью, а не греть бока не пойми с кем и летать в эйфории.

– Но, отец!

– Да, я отец, и я об этом никогда не забывал. Ты решил Софи сплавить на дачу, вот и самому будет не лишним подышать воздухом. Все! Можешь идти!

Нет, это в мои планы точно не входило, к тому же билеты куплены, отель заказан, Кристина собирает бикини. Нет, папа, мне не шестнадцать лет.

Я бы мог все это высказать в лицо отцу, но не стал, к тому же Ольга сидела с таким важным видом, замораживая своим холодным взглядом.

Ничего не ответил, вышел, хлопнув дверью, секретари в приемной испуганно вздрогнули. Всего трясло от злости и негодования.

– Не советую перечить отцу.

Протяжный голос Ольги Леонидовны, чуть уловимый аромат такого же, как и она сама, холодного парфюма. И как она так быстро и тихо вышла?

– А я не нуждаюсь ни в чьих советах.

– Зря.

– Слушайте, вы ведь у нас помощник генерального, так вот помогайте, перебирайте документы, фиксируйте встречи и звонки, а в нашу семью не лезьте, вам в ней никогда не быть.

Задел. Вижу, задел. Но женщина не подала и вида, лишь уголки губ чуть дрогнули.

– А вот это вы точно зря, Михаил Дмитриевич, я глубоко ценю и уважаю вашего отца как превосходного руководителя…

– Ой, все, хватит, меня уже тошнит от вашей лжи и притворства.

– По себе судите?

– Бессмысленный разговор, но вы меня, по глазам вижу, поняли.

Не стал дожидаться ответа, вышел из приемной, спустился на свой этаж, вызвал своего заместителя, ведь для чего-то он мне нужен? Вот и будет в мое отсутствие руководить. Надеюсь, не завалит весь отдел.

– Он ушел?

– Да, но не думаю, что всему сказанному он последует.

– Конечно, нет, Миша всегда был упрямым, поэтому стоит принять чуть более радикальные меры, – Дмитрий Борисович посмотрел на своего помощника. Ольга хорошая, исполнительная, без нее было бы совсем трудно после ухода Светланы, но он прекрасно видит, что к нему у женщины не только деловой интерес. – Всего один звонок – и для него закроют небо. Потом «спасибо» еще скажет, семья важнее всего.