Глава 19

Маргарита

– Какой наглец! Это надо же быть таким невоспитанным и… и… невоспитанным! Вот точно, два яблочка одной яблони, а папа с виду приличный человек, а мама на фото такая интеллигентная женщина.

Умылась, не заметила, что второй раз почистила зубы, бубню себе под нос. Прополоскала рот, пригладила волосы, поправила лямку ночной сорочки, посмотрела на себя в зеркало.

Щеки красные, в глазах блеск, у меня никогда не было за раз столько восхищенных и заинтересованных взглядов мужчин. Это Дорохова у нас звезда на курсе была, говорят, с ней даже профессор один крутил роман, но это не точно.

Нет, это не возбуждение, а аллергия на клубнику.

Паша привез ягод Софи, а потом так активно меня ими кормил. Девочка права, в него нельзя влюбляться, этот не только разобьет сердце, а еще станцует на его осколках, ни разу не поранившись.

– Так, пора спать, Цветкова.

Выключила свет, из двух свободных спален на втором этаже выбрала самую маленькую – рядом с комнатой девочки, но с большим окном, выходящим на реку. Где-то справа пафосный соседский участок с тем самым симпатичным садовником, знакомство с которым было так беспардонно прервано. Но оно и к лучшему, так бы и стояла, заикаясь и моргая ресницами.

Заглянула к Софии, девочка давно крепко спала после насыщенного и такого суматошного дня, пес лежал на полу рядом со своей хозяйкой, вытянув лапы, наевшись вдоволь совсем не собачьей пищи.

Устроилась удобно в своей кровати, накрылась тонким одеялом, надо бы закрыть окно, с реки к утру будет тянуть прохладой, но было уже лень вставать.

Все-таки работать няней – это сложно, нужно не только угодить ребенку, но и сделать все правильно: не накричать, быть с железными нервами, не обидеть, помочь, вовремя накормить, научить чему-то полезному, рассказать что-то увлекательное и интересное.

Прикрыла глаза, сразу замелькали картинки прошедшего дня, голый торс Вишневского, его серо-голубые глаза и челка, упавшая на лоб. Дача, красивая природа, шкодливый пес и интересный сосед, в руках которого был секатор, а белоснежная улыбка ослепляла.

– Дорогая, вот ты где, я ищу тебя уже минут десять.

Дорогая?

Это кто? И кому?

Обернулась тогда на голос, прикрывая глаза ладонью от солнца. Прямо на меня шел молодой мужчина: светлая футболка, широкие плечи, уверенная походка, на руках цветные узоры татуировок.

– Ну, привет, дорогая, соскучился, сил моих нет. Куда ты убежала? По всему дому и участку ищу.

Не обращает внимания на Егора, вот словно его и нет, прижимает меня к себе, тонкий аромат парфюма, что-то цитрусовое и свежее. Я, просто не понимая, что происходит, стою на месте соляным столбом, позволяя беспардонно тискать, заглядываю в его синие глаза.

А потом он целует, открыто, смачно, в губы, так что я чувствую привкус кофе и сигарет, парализованная происходящим и наглостью.

– Ты чего тут потеряла? – задает вопрос, улыбается, а я снова онемела и лишилась дара речи, но уже от беспардонности и наглости.

– Привет, Паша, – голос в стороне, это сосед Егор, выглядит он уже не так уверенно и не улыбается.

Паша. Точно, Софи говорила, что приедет некий Паша, и в него влюбляться не следует. Да больно-то надо в такого наглого. Пытаюсь аккуратно высвободиться из объятий, но меня держат крепко, пес бегает вокруг и лает на Егора, а между мужчинами чувствуется напряжение и холод в жаркий июньский день.

– Я с тобой, гнида, не здороваюсь и не разговариваю, а если увижу рядом с моей девушкой, то я одолжу у тебя секатор и воспользуюсь, будет больно.

О, да тут война.

Столько ненависти и экспрессии.

Моему якобы парню ничего не ответили, Егор поджал губы, криво ухмыльнулся, а меня, ухватив за руку, потащили к дому.

– Отпусти. Отпусти, я сказала.

Только на крыльце удалось вырвать руку, запрокинув голову, посмотрела в лицо мужчине.

– Ты такая маленькая, буду называть тебя Дюймовочка.

– Кто вообще дал вам право устраивать этот спектакль и облизывать меня?

– Это я еще не облизывал.

– Еще такая выходка – и вы получите по лицу, я не люблю, когда меня трогают посторонние.

– Я не посторонний. Я Павел.

И тут он снова потянулся, а я чисто по инерции взмахнула рукой и не сильно, но залепила ему пощечину. Пять секунд смотрим друг на друга в полном оцепенении, я – от случившегося, потому что в жизни никого не била, а тут вот решила начать махать руками.

Павел смотрит удивленно, улыбается, потирает щеку, ни капли гнева или агрессии.

– А ты мне нравишься, Дюймовочка, приедет Миша, полезет целоваться, так же ему залепишь, но сильнее.

– Паша, Паша приехал, мой Паша приехал!

Софи с визгом бросается мужчине в объятья, он берет ее за руки, кружит, девочка смеется, пес лает, короче, начинается настоящая вакханалия. Но так приятно видеть ее счастливой, да и этот Паша меняется на глазах, задает Софи кучу вопросов, подкидывает на руках, вот еще один ее верный друг, и хорошо, что он не собака, а человек.

С ним у девочки гораздо больше эмоций и понимания, чем с родным отцом.

– А ты познакомился с Маргаритой? Она моя няня, папа отправил нас в отпуск на дачу. А дедушка приедет?

Вот только дедушки тут не хватало, я же тогда совсем потеряюсь, если генеральный директор компании будет рядом.

– Дедушка очень занят, ты знаешь.

– А папа?

– А вот папу надо сюда затащить. Тебе нравится Маргарита? А где вы ее нашли?

– Не надо обсуждать меня с ребенком, я все слышу, это неэтично.

Ушла на кухню, помыв руки, начала готовить обед, раскрывая по очереди каждый шкаф, ища кастрюлю и сковородку. Адреналин все еще кипел в крови, нужно было чем-то себя занять, да и Софи пора обедать. Стивен сидел на полу и смотрел круглыми черными глазками-бусинками в ожидании лакомого кусочка.

– Нет, ты будешь кушать собачью еду, она сбалансирована, там много полезных микроэлементов и витаминов, да и стоит дороже человеческой.

Насыпала в чашку корма, но пес не оценил, а убежал, наверное, шкодить.

И вот сейчас, пытаясь заснуть после суматошного дня, вспоминаю, как прошел обед, и что Паша хоть и наглый, но добрый и веселый парень. Два брата, а такие разные: собранный и сконцентрированный на работе Михаил и полный жизни и идей Павел. Если такие визиты будут частыми, надо запастись успокоительными.

Провалилась в сон, как в пропасть.

Услышала шаги, шорох, убрала на лоб маску для сна, даже не сразу поняла, что зажглась люстра, а не наступило утро. Зажмурилась, а когда сквозь полузакрытые веки увидела силуэт мужчины, который наклонялся над кроватью, перед глазами пронеслась вся жизнь.

Грабитель?

Насильник?

Я точно не поставила дом на сигнализацию.

Надо бежать к Софии.

Господи, что же будет?

Закричала во весь голос, замахала руками, схватила с прикроватной тумбочки увесистый томик Куприна, запустила вперед.

– Помогите! Спасите! А-а-а-а-а-а-а-а!

– Цветкова, тихо, совсем ненормальная?

Маска для сна сползла на глаза, стало ничего не видно, а страха прибавилось еще больше. Истерика накрыла сознание, никогда не думала, что такое возможно, но это был реальный, самый настоящий ужас.

Я отбивалась, меня хватали за руки, за плечи, что-то говорили, но я слышала лишь свое имя. А когда меня схватили за волосы и поцеловали, мягко, но требовательно впиваясь в губы, перестала дышать.

Нет, это точно был не Паша, да и не насильник, он бы так не целовал.