Глава 27. Кай

Твою ж мать!!! Меня кроет так, что весь мозг стек в стояк за пару секунд. Ее неумелые пальцы в хаотичном ритме ласкают член лишая меня рассудка сильнее, чем запах крови. Каждый стон моей волчицы врезается в тело напрягая его до боли. Я из последних сил держусь, чтобы не ворваться в желанную девушку. Терзаю зубами ее соски удерживая нас на грани какого-то сумасшествия. Маша кричит, выгибается и умоляет сделать хоть что-то, чтобы эта агония прекратилась.

Влажное от смазки и месячной крови лоно моей истинной пульсирует под пальцами от нетерпения. Давлю всей ладонью сминая мокрые, набухшие лепестки вместе с клитором. По очереди втягиваю в рот ее соски.

— Сделай с этим что-нибудь, я умоляю, — хнычет девушка, хватает меня за волосы, тянет на себя и жадно целует, забирая остатки дыхания. Сжимаю плотнее пальцы на ее чувствительной точке между ножек.

— Маша, — хриплю, когда ее ногти проходятся по стволу. На миг закрыв глаза опускаю вниз свободную руку, накрываю ее ладонь своей и задаю нужный темп. — Вот так, маленькая. Не останавливайся, — прошу занимая рот девушки своим языком. Он сталкивается с ее и в этом поцелуе гаснет еще пара наших стонов.

Это безумие кажется вечным. Мы сгораем в чувствах и желаниях друг друга. Все эмоции, которые не смогли пробиться даже после падения щита, сейчас, в этой нереальной близости, накрывают с головой. Я чувствую ее возбуждение, как свое. Уверен, она ощущает тоже. В красивых карих глазах полнейший хаос.

— Да!!!! — она кричит от сильнейшего оргазма, до боли сжимает кулак на моем члене, трется о пальцы продлевая это ощущение, но оно не отпускает. Ей мало, я хочу больше. В голове никак не сформируется мысль: почему? Сука! Почему я до сих пор не трахаю ее во всех позах?! Она стучится, как древнее знание, просто забытое или по какой — то причине заблокированное, но сквозь пелену тупого животного инстинкта никак не может пробиться. С ее появлением мы с братом стали испытывать массу новых чувств, мы даже друг друга с Адамом стали ощущать иначе, а еще… Еще мы слышим мысли друг друга, как в детстве. Я думал раньше, что это щит лишает нас такой возможности, но он действует и не мешает происходить всем изменениям в нашей жизни с появлением истинной.

Малышка вновь задает правильный темп сжимая сильнее мое возбуждение. Сползает пальцами ниже, сжимает уже готовые взорваться яйца, вновь поднимается к члену глядя мне прямо в глаза. В них проявился вертикальный зрачок. Я улыбаюсь, видя в своей истинной волчицу, приветствующую моего зверя в этом огненном аду.

— Быстрее, — сам толкаюсь бедрами скользя стволом в ее кулаке. Грудь девушки подрагивает от частого дыхания. Кручу между пальцами чувствительный сосочек, осторожно сминаю вершинку. Малышка откидывает назад голову выгибая спину, еще выше приподнимая грудь. — Моя, — шепчу ей чувствуя приближающийся оргазм. — Да, девочка, — едва успеваю упереться вздрагивающим, изливающимся членом в ее плоский животик. Горячая сперма метит мою истинную оставляя на ней запах мужчины. Мой запах.

Я опускаюсь над Машей упираясь в матрас локтями с обеих сторон от ее тела. Каждое прикосновение чувствительной плоти к коже малышки сокращает во мне каждую мышцу, зубы сжимаются, скрипят, прорезаются клыки. Я веду языком по шее, вылизываю маленькое ушко, дую на него, прикусываю, слушаю ее стоны. Понимаю, что хочу ее. Безумно хочу ощутить целостность наших тел. Член и не думает опадать, он полностью со мной согласен, но взять Мари все же не решаюсь.

«Что же меня так тормозит?» — вновь задаю себе мысленный вопрос.

— Я! — слышу злое рычание брата за своей спиной