Глава 6. Адам

Если она думала, что я отведу взгляд, то очень сильно ошиблась! Нелепо, неопытно стаскивает с себя футболку, думая, что этим можно меня завести. Можно другим, тем, что я вижу перед собой теперь, когда на ней этой жутко воняющей чужим мужиком тряпки.

Точёная фигурка, аккуратная высокая грудь и соски, съежившиеся от холода. В ее красивых глазах туман. Девушке плохо, но гордость не позволит признаться. Откуда же ты взялась такая на мою голову? Кай еще слюни на нее пускает и у меня в штанах образовался основательный стояк, ведь трусов на ней тоже нет, а я успел об этом позабыть, пока вытаскивал ее из кустов. Не до того было.

— Как тебя зовут, чудовище? — фыркнув снимаю футболку и с себя. Ловлю в ее ошалелых глазах заинтересованность вперемешку с возмущением. Малая пробежалась по торсу, задержалась на татуировке на правом боку, спустилась ниже по косым мышцам, уходящим под ремень брюк, который я как раз успел расстегнуть.

— Пфф, ничего особенного, — развернувшись ко мне попкой залезает в ванную забывая, что перед ней не простой мужик с улицы. Перед ней волк с очень острым обонянием и он прекрасно чувствует, как ее тело наполнилось возбуждением.

— Ну-ну, — прямо в штанах следом за ней оказываюсь в кабинке. Открываю воду, регулируя температуру. Ее вновь ведет, едва успеваю поймать и наши обнаженные тела соприкасаются выше пояса. Девчонка замирает не зная, как себя вести дальше, я не тороплюсь отпускать. Неловкая пауза затягивается, штаны противно липнут к телу, облегают его еще сильнее демонстрируя нехилый член, готовый вырваться наружу, но я не Кай, держать его в штанах умею гораздо лучше, а если припрет… У меня есть на ком оторваться! — Зовут тебя как? — голос предательски подводит, но это полная хрень. Мне непонятно, почему она не восстанавливается. Ссадины на теле не заживают, они продолжают кровоточить. Я не могу ошибиться. Наш найденыш точно волчица. Чертова белая волчица! Упрямая, глупая, наивная, неопытная.

— Мария, — девушка упирается ладонями мне в грудь отталкиваясь, отдаляясь, только далеко убежать здесь не выйдет.

— Адам, — прекрасно зная, что имя мое она уже слышала, исключительно из вежливости решил назвать его лично ей. — Младший брат…

— Кай. Я слышала, не глухая, — все еще ерепенится наша новая знакомая, но первый шок ее покидает и неминуемо начинает давить сильнейшая усталость. Сопротивляться становится все сложнее. Мне тоже…

Придерживая ее за талию одной рукой, второй пытаюсь налить гель для душа на свою мочалку. Дыхание сбилось, когда мягкая ткань коснулась ее тела. Веду рукой очерчивая полушария груди, осторожно промокаю ранки, специально задеваю горошинки сосков. Ее губы раскрываются так маняще, что фантазия уже подкидывает шикарные картины с участием моей Маши. Сплавить бы брата погулять, да вбиваться в ее тело всю ночь до изнеможения, до искр в глазах, до криков этой невыносимой занозы. Приковать наручниками к кровати, чтобы глупостей не делала и иметь везде долго и сладко.

Мочалка движется дальше… Низ живота… Лобок… Меня прет от ее реакции. Зрачки расширяются, реснички дрожат, Маша тонет в моем взгляде, я вижу, как девчонке не хватает воздуха, знаю эту реакцию. Мотает головой, ее кидает в сторону, держу, прижимая крепче к себе. Намыленная грудь приятно скользит по торсу.

— Прекрати, — пытается забрать мочалку у меня из рук.

— Я ничего не делаю, — усмехаюсь. — Просто пытаюсь смыть с тебя тот несчастный куст. Демонстрирую листик, запутавшийся в длинных волосах.

— Я могу сама, — Маша нервно сглатывает, но я не ведусь на эту глупость.

— Забудь это слово, пока ты со мной, — разворачиваю девушку спиной к себе и начинаю мыть с ягодиц. — Ты правда ни разу в городе не была? — пытаюсь отвлечься от мыслей, стекающих в пах.

— Нет. Что мне тут делать? — она пожимает плечами.

— Учиться? Или у вас в стае все ограничивается домашним обучением? А может, — решаю поддеть занозу. — Ты и читать не умеешь? А я то думаю, откуда столько дурости в твоей хорошенькой головке! Ай, бля! — дергаю ногой от боли. Эта зараза взяла и наступила со всей дури мне на ступню. — Что ты творишь?! — хватаю ее за шею разворачивая лицом к себе. На алых губах довольная улыбка, которую захотелось стереть с красивого лица. Сжимаю пальцы крепче, подтаскиваю ее как можно ближе. Маше приходится встать на носочки, чтобы было не так больно. — Я, — хриплю ей в рот. — НЕ. ПОЗВОЛЮ. ТАК. СЕБЯ. ВЕСТИ. СО МНОЙ!!! Запомни, а лучше запиши прямо себе в подкорку. Играть со мной крайне опасно, девочка. Последствия тебе могут не понравится! Или, наоборот, — просто кайфую от запаха ее возбуждения. — Очень понравится!

— Большой и страшный черный волк, — хихикает она, кривляясь, как ребенок. Разворот и девчонка вжата в стену. Морщится, больно ударившись и без того покалеченной спиной. Грубо врываюсь языком в приоткрытый от тихого стона рот, сминаю наглые губы стискивая пальцы на ягодице.

— Ммм, — мычит Маша пытаясь меня оттолкнуть. Но я трахаю ее рот языком вкладывая в этот поцелуй всю накопившуюся за последние часы злость. Ловлю ее острый язык, втягиваю в рот понимая, что она совершенно не умеет целоваться. Осознание приходит слишком поздно, шумно вздохнув успокаиваюсь, чуть прикусываю нижнюю губу, оттягиваю на себя, посасываю, веду по ней языком пытаясь реабилитироваться.

— Я предупреждал, — смотрю в ее полные злости и обиды глаза уже предполагая, что неугомонная натура мне этого не простит. Про то, что я совершенно не умею извиняться, решил умолчать.

— Козел, — фыркает в ответ девчонка.

— Уж точно не ангел. Это вон, к Каю, — недовольно морщусь понимая, что совсем не хочу отдавать ее брату. — Ты уже достаточно чистая. Идем.

— Я сама! Не трогай меня! — возмущается мелкая, но кто ее слушает? Перекинув через плечо, так и вынес голой из ванны.

— Вы чем там занимались? — присвистнув от увиденной картины из злющего, возбужденного меня в мокрых, липких штанах и болтающейся на моем плече Маши с голым задом, у него глаза чуть не выпали на пол.

Занес Марию в свою спальню, бросил на кровать, сверху на девушку кинул чистую футболку и полотенце, сам же снял мокрые джинсы, в которых печально звякнули ключи от байка, спустил трусы, которые тоже можно выжимать. Ощущая на себе заинтересованный взгляд обернулся всем телом получив массу удовольствия от покрасневших щек и взгляда, направленного на внушительный стояк.

— Одевайся, я все же позвоню врачу, — последовал своему же совету, влезая в сухое белье и тонкие домашние штаны. — Прежде чем захочешь отомстить, вспомни, что поцелуем в ванной, я мог бы и не ограничиваться!