Глава 2

Три дня я избегала «Якоря». Три дня пыталась убедить себя, что напряжение в баре было плодом моего воображения, что я преувеличиваю. Что Лиам просто помог мне, а Рэйф просто флиртовал, как флиртуют все художники – легко, ни к чему не обязывающе. Но по ночам я видела их. Серые глаза Лиама, при взгляде на которые хотелось выдохнуть и довериться. Усмешку Рэйфа, от которой что-то сжималось внизу живота. Его руки с татуировками, которые рисовали меня на салфетке. Я просыпалась в холодном поту, с рукой между ног, ненавидя себя. Майкл изменил тебе полгода назад, Эвелин. Ты что, уже готова снова обжечься? Но это было не то. С Майклом все было… предсказуемо. Безопасно. Он целовал меня по вечерам, мы занимались сексом по субботам, он говорил правильные слова. А потом трахал свою коллегу в нашей постели, пока я была на выставке. Лиам и Рэйф не были безопасными. Они были как шторм – и я боялась, что если сделаю хоть шаг в их сторону, то утону. В четверг утром миссис Коллинз позвонила мне и сделала предложение, от которого я не смогла отказаться. – Эвелин, дорогая, – в ее голосе слышалась вина, – помнишь фреску с морским дном в главном зале? Там есть фрагмент, который находится под водой – в затопленной части старого фундамента маяка. Городской совет хочет, чтобы ты осмотрела его перед реставрацией. Но для этого нужен дайвер. Я уже договорилась с Лиамом Кортезом – он лучший в округе. Мое сердце ухнуло вниз. – Миссис Коллинз, я не… я не умею нырять. – Он научит, милая. Лиам очень терпеливый. Он ждет тебя в его центре в два часа дня. Не опаздывай! Она повесила трубку, прежде чем я успела возразить. *** Дайвинг-центр Лиама располагался на краю пристани – деревянное здание, пахнущее солью, неопреном и чем-то еще… морем, свободой. Внутри было прохладно, стены украшали фотографии подводных пещер, коралловых рифов и затонувших кораблей. Лиам стоял у стойки и разбирал оборудование. На нем была черная футболка, которая подчеркивала широкие плечи и загорелые руки. Когда я вошла, он поднял голову и улыбнулся. Медленно, тепло, так, что у меня перехватило дыхание. – Эвелин, – его голос звучал ниже, чем я помнила. – Рад, что ты пришла. Миссис Коллинз сказала, что ты нервничаешь. – Я не нервничаю, – соврала, сжимая ремень сумки. – Просто… я никогда не ныряла. – Тогда начнем с основ, – он обошел стойку, и я почувствовала его запах – морская соль, что-то древесное, мужское. – Пойдем на пирс. Сначала я покажу тебе, как дышать. Как дышать. Боже, я забыла, как это делается, когда он был так близко. На пирсе было солнечно, над головой кричали чайки. Лиам достал маску, трубку и ласты. – Сначала попробуем здесь, на мелководье, – объяснил он, опускаясь на колени рядом со мной. Он коснулся моего подбородка и повернул мое лицо к себе. – Смотри на меня, Эвелин. Главное правило – не паникуй. Твое дыхание – твой якорь. Медленный вдох через рот, медленный выдох. Попробуй. Я вдохнула. Его большой палец скользнул по моей нижней губе – случайно или нет? – Хорошо, – прошептал он. – Еще раз. Сглотнула, пытаясь сосредоточиться на дыхании, а не на том, как его серые глаза смотрят на мои губы. – Теперь надень маску, – он аккуратно поправил резинку на моих волосах, задержав пальцы на затылке. – Если что-то пойдет не так – подними руку. Я буду рядом. Всегда. Всегда. Это слово эхом отозвалось в моей груди. Мы спустились в воду. Она была холодной и соленой, и я инстинктивно вцепилась в руку Лиама. Он в ответ сжал мои пальцы. – Я здесь, – повторил он. – Дыши. Опустила лицо в воду. Сначала меня охватила паника – вода вокруг, невесомость, глухота. Но потом я услышала свое дыхание в трубке – размеренное, успокаивающее. И почувствовала руку Лиама на своей талии, которая помогала мне погружаться. Передо мной открылся подводный мир. Изумрудные водоросли колыхались в такт волнам, мимо проплывали серебристые рыбки, солнце пробивалось сквозь толщу воды золотыми лучами. Лиам показал жестом: плыви за мной. Мы проплывали вдоль старого фундамента маяка, и я увидела фреску. Выцветшую, покрытую ракушками, но все еще прекрасную. Русалка с распущенными волосами тянулась к поверхности, а вокруг нее кружили дельфины. Я забыла обо всем. О Майкле, о страхах, о том, что не умею доверять. Здесь, под водой, в этой тишине, я чувствовала себя… свободной. Лиам коснулся моего плеча, указывая на пещеру в скалах. Я кивнула, и мы поплыли туда. Внутри было темно, но стены светились – это были биолюминесцентные водоросли, о которых я читала, но никогда не видела. Они мерцали голубым и зеленым, превращая пещеру в сказку. Я обернулась к Лиаму – и замерла. Он смотрел на меня. Не на водоросли, не на пещеру. На меня. И в его глазах было что-то такое голодное, что я почувствовала, как по телу разливается тепло, несмотря на холодную воду. Он снял свою маску. Потом мою. – Лиам, что… – начала, но он уже притянул меня к себе. Поцелуй был медленным, глубоким. Его губы были солеными, твердыми, требовательными. Он положил руку мне на затылок и зарылся пальцами в мокрые волосы. Я застонала ему в рот, обвила руками шею, прижалась ближе. Вода вокруг нас светилась. Мы парили в невесомости, и это было похоже на сон: его язык скользил по моему, зубы прикусывали нижнюю губу, и я чувствовала, как под гидрокостюмом начинает гореть кожа. Когда мы всплыли, я дышала так, словно пробежала марафон. – Прости, – выдохнул Лиам, не отпуская меня. – Я не должен был… Черт. Но ты была так прекрасна там, внизу, и я… я не смог сдержаться. – Не извиняйся, – прошептала я хриплым голосом. – Просто… не делай этого снова. Или делай. Я не знаю. Он усмехнулся, и этот звук отозвался у меня между ног. – Честность. Мне нравится. Мы молча вернулись на пирс. Я стягивала гидрокостюм, чувствуя его взгляд на своей спине, на изгибе бедер. Под костюмом был слитный купальник, но из-за того, как смотрел Лиам, мне казалось, что я голая. – Эвелин, – он шагнул ближе, и я почувствовала тепло его тела у себя за спиной. – Я хочу увидеть тебя снова. Не для дайвинга. Для… просто для нас. Обернулась. Его лицо было серьезным, челюсть напряженной. – Лиам, я не ищу отношений. Я переехала сюда, чтобы сбежать от них. – Тогда не будем называть это отношениями, – он провел пальцем по моей щеке, и я прикрыла глаза. – Назовем это… узнаванием. Ты хочешь меня. Я хочу тебя. Давай не будем усложнять. Хочу. Да, черт возьми, я хотела его. Хотела чувствовать его руки на своем теле, слышать его голос, шепчущий непристойности, ощущать его уверенность, от которой я таяла. Но прежде чем я успела ответить, с пристани нас окликнул чей-то голос: – Лиам! Ты занят или можешь помочь? Обернулась – и сердце у меня упало. Рэйф стоял на краю пирса в рваных джинсах и черной майке, открывающей татуировки на руках. В его пирсинге отражалось солнце, а волосы были растрепаны ветром. Он выглядел как грех в человеческом обличье. И его взгляд метнулся от Лиама ко мне. Потемнел. – Эвелин, – его голос звучал ровно, но в нем слышалось раздражение. – Не ожидал увидеть тебя здесь. – Она работает с миссис Коллинз, – ответил Лиам, и его рука собственнически и покровительственно легла мне на поясницу. – Осматривала подводную фреску. – Понятно, – Рэйф усмехнулся, но улыбка не коснулась его глаз. – Тебе повезло, Лиам. Индивидуальные уроки дайвинга. – Рэйф… – предостерегающе начал Лиам. – Что? – Рэйф поднял руки в притворном жесте капитуляции. – Я ничего не говорю. Просто констатирую факт. Напряжение между ними было ощутимым. Я почувствовала себя канатом в перетягивании. – Мне пора. Спасибо за урок, Лиам. – Эвелин, подожди… Но я уже шла прочь, чувствуя, как два взгляда сверлят мне спину. *** Вечером, когда я пыталась сосредоточиться на эскизах фрески, в дверь постучали. Открыла дверь – на пороге стоял Рэйф с бутылкой вина и виноватой улыбкой. – Мир? – протянул он бутылку. – Я сегодня вел себя как мудак. – Да, – согласилась, но посторонилась, пропуская его внутрь. Он огляделся: крошечная квартирка, заваленная холстами, кистями и тюбиками с краской. Остановился у мольберта, на котором стоял незаконченный портрет женщины с фотографии с маяка. – Кто это? – Женщина с фотографии я нашла ее на чердаке маяка, она была в окружении мужчин,– я налила вино в два стакана – бокалов у меня не было. – Не могу выбросить ее из головы. Кем они были? Как жили? Вот, взгляни. Протянула ему рамку, Рейф несколько секунд рассматривал ее, потом вернул мне, взял стакан, сел на диван – точнее, упал, раскинув ноги. – Может, они были свободнее нас, – его голос стал тише. – Может, им было плевать на мнение других. – Ты говоришь так, будто знаешь, – села рядом, оставив между нами безопасное расстояние. Он усмехнулся горько. – Моя бывшая жена ушла, потому что я «недостаточно нормальный». Слишком много татуировок, слишком мало амбиций, слишком… я. Она хотела мужа-юриста, а получила художника-бродягу. – Прости, – коснулась его руки, и он вздрогнул. – Не надо, – он перевернул ладонь и переплел наши пальцы. – Я здесь, чтобы начать все заново. А потом… я встретил тебя. Он провел большим пальцем по моему запястью, и я почувствовала, как участился пульс. – Рэйф… – Я видел, как Лиам смотрел на тебя сегодня, – он придвинулся ближе, почувствовала запах его одеколона – что-то пряное, с дымком. – Он хочет тебя. Но и я тоже, Эвелин. И я не из тех, кто отступает. Его лицо было в нескольких сантиметрах от моего. Я видела золотистые искорки в темных глазах и шрам над бровью. – Это безумие, – прошептала. – Вы оба… я не могу… – Почему нет? – его губы коснулись уголка моего рта. – Кто сказал, что ты должна выбирать? – Я не… я не такая, Рэйф. Я не умею играть в эти игры,– отстранилась, сердце бешено колотилось. – Это не игра, – он поднялся и посмотрел на меня сверху вниз. – Но если ты не готова, скажи. Я уйду. Мы оба уйдем. Но если ты хочешь… если хоть какая-то часть тебя хочет узнать, каково это – быть желанной для двух мужчин одновременно… Он не договорил. Просто оставил визитку на столе и вышел. Я сидела в тишине, дрожа всем телом. Между ног пульсировало, соски терлись о ткань футболки. Тело хотело того, от чего разум в ужасе отшатывался. «Мы выбрали любовь, а не правила». Может быть, та женщина на фотографии была смелее меня. А может, она просто позволила себе почувствовать. Взяла визитку Рэйфа. Адрес тату-студии. Господи, во что я ввязываюсь?