Глава 8.1

— Забирай свою девку и уходи подальше от нас! — камень из слов вдовушки ощутимо ударил в спину хромого воина.

Сердце загрохотало, словно барабан перед боем. Тихая ночь в Шинари звенела холодной тёмной пустотой. Над головой мужчины резвились мягкие снежинки, а грудь разрывалась от горячей ярости. Он — Ансгар, воин и защитник, не раз смотревший в глаза смерти, стал поводом для расчёсывания языков, а теперь какая-то вздорная баба смеет гнать его из Оторонского леса.

— Я ушёл из деревни. Мало?! — Ансгар сомкнул пальцы на горле Ли.

— Мало, — прохрипела. — Коди видел твою рабыню живой, был с ней в хижине. Мой сын не умеет врать, его казнят, Гар!

Воин разжал руку, и вдова, кашляя, схватилась за шею. Размахивая факелом, она сквозь слёзы причитала о том, что Коди обречён, что во всём виноват Гар, а ей впору собственными руками рыть сыну могилу. Ансгар почти не слушал. До ушей мужчины долетали огрызки фраз, а в мыслях уже бродило вино, что он выпьет, когда опасность отвернётся от Коди.

— Заткнись и слушай, — мужчина холодно оборвал стенания вдовы. — Завтра я приду к тебе за лошадью, — он внимательно посмотрел на оторопевшую женщину, — и телегу приготовь. Сделай так, чтобы я мог незаметно для чужих глаз перекинуться парой слов с Коди.

Вдова с опаской покосилась на Гара, но кивнула в знак согласия. Выбор невелик — довериться хромому воину или хоронить сына. Ли — склочная женщина, испортила отношения с соседями, но затевать серьёзный спор с Гаром не решилась.

Дождавшись, когда огонёк факела исчезнет в чаще Оторонского леса, Ансгар поспешил вернуться в дом. Мужчина занавесил окна тряпками, приоткрыл дверь и ещё раз прислушался — ночной лес спал. Гар спешно разгрёб солому на полу, откинул доски.

— Девочка… — он смотрел на перепуганную, трясущуюся от холода Ёлку и чувствовал, как вина разрывает сердце.

— Я убить тебя, — синюшными губами прошептала Ёля.

***

Просидеть столько времени без движения в холодном тесном подполье — не шутки, и даже тёплые вещи не спасли. Ёлка не чувствовала пальцев ног, её колотило. Она использовала весь небогатый словарный запас на бранном шинарском, чтобы выразить крайнюю степень возмущение поступком Ансгара, пока он помогал ей избавляться от верхней одежды.

— Убить Гара меньше, Гару надо сидеть там!

— Прости, — лепетал мужчина, стягивая с её ножки сапог. — Гар счастлив, но если тебя не будет рядом, Гар умрёт от горя.

Супер! Хоть какие-то подвижки. Кроме ментального единения их с Ансгаром до сих пор ничего не связывало. Уже месяц спали в одной постели, допускались нежные объятия и волнующие кровь прикосновения. Девушка чувствовала, что возбуждала мужчину, но Ансгар не решался зайти дальше, и очарование сменилось раздражением.