Глава 23

Чикки молча летела рядом, но вдруг приземлилась мне на плечо, а потом обняла за шею.

— Всё будет хорошо, — сказала фея, а я ощутил её тепло.

— Знаю. И… спасибо.

Она отлетела и, улыбнувшись, указала рукой на небо.

— Сегодня поймаем кучу Кошмаров. Ты весь прям сияешь от обилия энергии!

— Да?

— Ну, ты просто энергию не видишь, поэтому не понимаешь.

— Логично, — хохотнул я, а эта смутилась.

— Яркий ты… И ещё! Ты ведь знаешь, что чем больше в тебе энергии, тем выше шанс, что что-то произойдёт?

— Хорошее произойдёт?

— Не факт…

Я остановился около бывшего ресторана и посмотрел на фею.

— Ну… — продолжила она с задумчивым видом. — Говорят, что энергия кармы притягивает удачу. Но это не так. Карма — это ведь как про награду, так и про наказание. Так что как-то так.

— Лишь сильнее запутала…

Я пошёл дальше, и вдруг услышал вой! Жуткий такой, что даже фея спряталась за моей спиной. И мы поспешили к автобусу, благо Леший сразу открыл дверь и впустил нас.

— Старик, что там за чудище воет? — сходу спросила фея и села на прилавок.

— Да хрен его знает! Да и плевать. Главное, чтобы сюда не лез! И чего пришли-то? Что нужно? — спросил коротышка, встав за прилавком. Я же объяснил ситуацию и попросил зелье. — Хм… Иммунитет немного поможет. Регенерацию же нельзя. Навредите сильно! А вот настойка от хвори… Да, она может помочь. Минутку.

Старик залез под прилавок и достал шкатулку, в которой глиняные бутылочки.

— Ага, оно!

Зелье от хвори

Качество: 6/10

Состояние: 83%

Срок годности: испортится через 189 дней.

Вес: 46 г

Описание: лечит различную хворь, универсальное средство.

Цена: 1 монета

— Оно не навредит? — спросил я.

— Нет, эта штука лечит вообще всё. Вопрос лишь в эффективности. Что-то лечит хорошо, что-то кое-как. Но не навредит.

— Значит, одна такая может помочь? — посмотрел я на бутылочки. Совсем крохотные.

— Одна? Нет, конечно! Пить по дозе в день, пока не излечишься. И нет, цену не скину. Товар, знаешь ли, ходовой! — уверенно заявил старик с бородой изо мха.

Я разозлился, потому что цена явно завышена, но вдруг кое-что вспомнил.

— Чикки, а есть духи-целители? Те, кто придут и посмотрят маму.

— Конечно! — воскликнула та, и аж глаза заблестели. — Как я сразу не догадалась!

— Да-да, веди шарлатанов! Вот станет ей хуже, вспомните про меня, — старик скрестил руки под бородой и едва ли не губы надул от обиды.

— Вот, — я положил монету и взял одну бутылочку. — Матери нужно же что-то дать, чтобы она подумала, что её и правда зелье вылечило.

— Оно и так её вылечит, — фыркнул старик и забрал монету.

Мы же поспешили домой.

— Так, я полечу искать целителей. Охота на Кошмары отменяется? —спросила Чикки, когда мы уже подошли к подъезду.

— Нет. Пока я «сияю», нужно «ловить».

— Х-хорошо… — смутилась Чикки, и мы вошли ко мне в квартиру.

Я немного поработал, отредактировав главы, которые мне прислали авторы. Посмеялся над шутками на тему голубиного говна и «пу-пу-пу». После чего помылся и едва не заржал. Чикки принесла полотенце с кухни и укрылась им как одеялом. Ну и уже сопела.

Она весь день спала и теперь с удовольствием спит ночью… Но я открыл окно на балконе, поставил будильник на «пораньше» и лёг спать.

Вот только мать вдруг проснулась. Я приоткрыл глаз, и она пошла на балкон, чтобы подышать у окна. И… Спрыгнула с него! Я только собрался испугаться, как осознал, что мы же на первом этаже…

И, открыв глаза, увидел Кошмара. Двух кошмаров! Один сидел на мне, раскрыв пасть, а второй лапой придавил Чикки, и та пыталась отмахнуться от него. Вот же ***!

Но вдруг мы услышали грозный «Мяв!».

Кошмары обернулись, и я схватил тварей за шеи и ударил током. А потом сперва одну, потом вторую головой впечатал в стену и продолжил бить, пока не сдохли!

Ты уничтожил Кошмара и получаешь 2 ОК.

Ты уничтожил Кошмара и получаешь 3 ОК.

У тебя 33 ОК.

Они сдохли, и я простонал. Перенапрягся.

— Ты как? — обернулся к Чикки, которая пыталась отдышаться.

— Перепугалась до смерти!

— Кажется, мы снова совершили ошибку…

— Да… Я не смогла тебя разбудить, потому что на меня первую напали…

— Мяу, — вздохнул кот и посмотрел на нас как на идиотов, а потом вновь улёгся с мамой.

Подумав, посмотрел на Чикки и приподнял одеяло.

— Прячься там.

Фея посмотрела и выглядела неважно, так что я опустил одеяло.

— Хотя нет, отдыхаем. Ничем хорошим это не закончится.

Я закрыл окно на балконе и вздрогнул от того сна, когда мать выпрыгнула в окно… Ненавижу Кошмары. Твари… А они, вон, летают себе в небе. Целая туча! Вот бы шарахнуть по ним чем-нибудь мощным!

Сразу пару уровней взял бы…

Вздыхая, я вернулся в кровать и посмотрел на фею, которая сидела на подушке.

— М-может, Тень сможет тебя разбудить?

— Мурк, — возразил котяра. Отвлекаться от сна он не собирается…

— Давай спать, — предложил я фее и накрылся одеялом. Да и она натянула свою тряпку.

— А ты днём спишь?

— Когда как, — ответила та.

— Ну ты же Ночная фея.

— А ты — Дневной человек, — хмыкнула та и легла набок. — Как ты можешь работать ночью, так и я — днём.

— Понял.

Закрыл глаза и попытался уснуть. Но сон что-то не шёл, я ворочался, мучился и услышал тихий стон, полный боли… Маме плохо?.. Чёрт!

— Миш… Миша… — стонала она во сне… Я встал, и мать схватилась за грудь, а на лице агония!

— Лекарство! — воскликнул я и кинулся на кухню

Схватив бутылочку, стоявшую на столе, вернулся в спальню и залил лекарство маме в рот, как вдруг она раскрыла глаза. И в них я увидел… ужас! И миг спустя мать вырвало кровью и чем-то плотным! Яд? Я отравил её⁈

— Миша! — раздался крик, и я открыл глаза.

— Как же вы меня задолбали! — прорычал я и обеими руками схватил здоровенного Кошмара за шею. Эта тварь напоминала птеродактиля и была размером с крупную собаку.

Монстр клюнул меня в плечо, обжигая болью. А я ударил тварь током и свалился с ним с кровати. Монстр тут же ударил меня крылом, едва не сбив с себя, но не хватило силы. Однако было больно! Словно кулаком по скуле ударили.

Тварь ещё раз попыталась меня клюнуть, но я вновь ударил током, и клюв прошёлся лишь рядом с шеей, а не пронзил её. Тогда я ударил монстра лбом по глазу. Потом ещё и ещё, не забывая бить током. Живучая скотина!

— Мяу! — подскочил Тень, держащий в зубах нож. Кот бросил его, и я, подхватив нож, вонзил в шею твари, потом ещё и ещё!

Ты уничтожил Кошмара и получаешь 6 ОК.

У тебя 39 ОК.

Я тяжело задышал и присел на колени, и ко мне подлетела Чикки.

— Миш, ты ранен!

Посмотрев на плечо, чертыхнулся… Его пронзило клювом! Лять… Если этот монстр ударит меня клювом, пока я сплю, он же легко убьёт меня!

По спине пробежался табун мурашек, а сам я поднялся и побрёл в ванную, где промыл рану. Адреналин ещё не сошёл, да и шесть Очков Кармы — это, честного говоря, много.

Но я сразу достал из-под ванны баночку с мазью Лешего и обмазал рану. После чего зашил её и наложил стерильную повязку. Да, имеется опыт. Не скажу, что большой, но есть.

— Ты как? — спросила Чикки с тряпкой в руках. Похоже, она вытирала кровь с пола.

— Благодаря полученной энергии вполне неплохо, — я дотронулся до перевязанного плеча. Рана болела, и её щипало, но мазь действовала как обезболивающее. Так что постепенно становилось лучше.

— Но как они открыли окно балкона?..

— Мать, наверное, ночью вставала и окно открыла, — предположил я. — Нужно поставить москитную сетку. Или Кошмары смогут её преодолеть?

— Вряд ли, сила Тени не даст. Ну или если пробиваться… — Чикки задумалась, а я взял тряпку из её рук и ополоснул. И правда, кровь смыла.

Спать уже не хотелось, так что я сделал чая и бутербродов. У меня даже ветчина была и сыр плавленый. Но Чикки тяжело есть бутерброды, поэтому я отварил ей яйцо. Три яйца… Одно себе и два прожорливой фее.

— Мяу⁈ — с возмущением спросил чёрный кот, просунувший голову через стену. Но, увидев яйца у Чикки и бутерброд у меня, кот аж третий глаз открыл.

— Тебе сделать бутерброд? — поинтересовался я, едва сдерживая смех. Очень уж забавно выглядел кот, а Чикки чуть яйцом не подавилась.

— Мяу!

— С сыром?

— Мурк⁈

Он прямо сказал: «Что в слове мяу тебе не понятно? Неси этот чёртов бутерброд с сыром и ветчиной!». Как известно, слово кота — закон. Так что вскоре я сделал два бутерброда. Один зверю, второй мне.

И что интересно, поевший кот в спальню пошёл не через стену, а пешком, через дверь.

— Ладно, полетела я, поработаю хоть немного, — сказала объевшаяся Чикки. — Спасибо за еду!

— Спасибо за помощь.

— Угу! И поищу целителей! — она полетела к форточке, но я окрикнул её.

— Погоди, поспрашивай ещё по поводу тех, кто может сражаться с Негативом.

Я объяснил ей про Негативные Ноды, о которых говорил Гоблин, Чикки, показав «Ок», улетела. Я же двинулся в туалет и спать. Благо мать более не открывала окно… Но проснулась она одновременно со мной.

Телефон у матери обычно лежит под ухом, и громкость будильника слабая, чтобы меня не разбудить. Но вместе с её будильником зазвенел и мой.

— А ты чего? Спал бы… — сказала мама, продрав глаза.

— Сейчас, — я сбегал на кухню и вернулся с зельем. — Пей.

— Это… оно?..

— Да, тебе точно поможет и ещё… — я указал на стул у стены.

— Платье?.. — опешила та.

— Заговорённое. Считай, что волшебное, поэтому носи, пока позволяет погода. Даже дома, — строго сказал я этой едва проснувшейся женщине.

— Ничего не поняла, но ладно, — ответила она с улыбкой.

Я же пальцами указал на свои глаза, потом на её. Ну и лёг досыпать. В сон погрузился моментально… А когда проснулся, матери уже не было. Как и платья.

Платье точно поможет. Всё же это плюс восемь Живучести! Это не как в играх, когда у тебя плюс восемьдесят процентов здоровья. Тут это комплекс эффектов. Желудок почти в два раза сильнее. Кости? Во сколько раз они стали прочнее? Тоже почти в два раза?

Реально ли ей теперь заболеть или заразиться вирусом? А сколько будет жить человек с двадцаткой Живучести?..

Загрузившись мыслями, не заметил, как пролетела половина дня. И меня окрикнул Леонид Иванович. Я убирался в четвёртом дворе, сразу за ЖЭКом, так что мужчина меня искал целенаправленно.

— Мих, мне ответили! Что мне им написать? — примчался он ко мне, и мы присели на лавочку да принялись думать, что ответить на официальную претензию.

Заявлений мы отправили кучу. Везде куда можно было, и даже через Госуслуги. Леонид Иванович не особо хотел ставить Макс, но всё же поставил, нужно было. И, наверное, я один не понимаю, в чём проблема с Максом…

Ладно, неважно. Мы полтора часа убили, чтобы изучить ответы и придумать, что ответить на них. Попытки чиновников отписаться не пройдут!

— Если нужно будет, к депутатам пойдём, — заявил я Леониду Ивановичу.

— Да кому мы нужны?..

— К тем, кому дорого своё место, — хмыкнул я в ответ. — У нас есть девятый избирательный округ и депутат от этого округа. Если грамотно подойди к вопросу, можно сделать так, что депутату будет легче помочь нам, чем бороться с последствиями.

— О как! — ахнул полный мужчина.

Вскоре он ушёл, а я продолжил работать. Но меня то и дело отвлекали бабушки… Одно хорошо, я получил Очко Кармы за хорошую уборку. И работу сделал до шести. Думал я…

— Как домой, а траву кто скосит? — возмутилась Пакша, которая уже собралась домой и своей тушей перекрыла коридор ЖЭКа.

— Уже починили машины?

— Починили-починили.

— Вот и славно, но работать с газонокосилкой под окнами домов после шести нельзя. Да и в целом за шум во дворе после шести может прилететь жалоба.

Пакша лишь фыркнула и ушла, а я отметился и пошёл по магазинам. Сегодня приготовлю кое-что вкусненькое! С помощью Системы отобрал яиц, которые точно безопасны, выбрал самый свежий салат и всё остальное.

Курица на Сахалине, судя по тому же блогеру, на троечку. Ну, если брать в обычном магазине. А где ещё брать? Сегодня четверг, ярмарка откроется лишь завтра…

И вот я принялся готовить, но мне вдруг позвонили, и я впустил человека, который притащил москитную сетку.

— Благодарю, — я отсчитал деньги и передал лысеющему мужичку.

— Если окно нужно поправить или заменить, обращайтесь. Диагностика бесплатная, — сказал тот, но мне не нужно, так что ушёл он почти ни с чем.

Окно я и сам смогу поправить. А если не смогу, позову мужиков из ЖЭКа. Они за пузырь… За пару пузырей и не такое сделают. Рукастые всё же. Весь район на них держится. Они ЖЭКу от прошлого руководства в наследство достались

Но ладно. Приведя дом в порядок, принялся варить куриную грудку. Самую лучшую, что я нашёл! Так что пришлось изловчиться, чтобы сделать курицу нежной.

Правда, я не знаю, как оно на вкус в ресторанах и кафе… Не пробовал. Но главное, что нам с матерью нравится. Далее я сделал соус. И да, я готовлю салат «Цезарь».

Найти более-менее съедобные помидоры, чтобы у них был вкус не резины, пришлось постараться. Нашёл черри, вот они оказались вполне приличные на вкус и оценку Системы.

Я нарезал салат в тазик, убрал в холодильник, и пришло время для сухариков. На них я пустил свежий батон, а пока они запекались, принялся за спагетти. Не есть же лишь один Цезарь? Точнее, можно, но лучше что-то на гарнир. Да, салат будет основным блюдом…

И тут отворилась дверь. В коридор вошла мать, и выглядела она на удивление бодрой.

— Привет, — улыбнулась эта невысокая черноволосая вах какая красавица.

В белом платье да с распущенными волосами, мама выглядела лет на десять моложе. Милая, невинная и с цветами в руках.

— Это… коллега подарил… — виновато улыбнулась мать.

— Ещё бы не подарить такой женщине. Ух-вах! — жестикулируя, сказал я, смущая мать.

— Сколько я комплиментов наслушалась сегодня… И завистливых, да ехидных взглядов женщин увидела… Радуются сучки, что я больна!

— Пусть ногти грызут, вылечим тебя, — уверенно заявил я. — И ещё тебе нужно уволиться с одной из работ.

— Но…

— Мам, вопрос с деньгами я решу, не волнуйся. К тому же думаю вскоре я смогу уменьшить дозу своего лекарства. Мы высвободим кучу средств.

— Но, Миш, а вдруг у тебя ухудшится состояние? — строго спросила мать.

— Поэтому я сперва переговорю с врачом.

Мать согласилась, и я запретил ей снимать платье.

— Всё, женщина, теперь это твоя вторая кожа. Даже спи в нём, пока не выздоровеешь! — шокировал я её, когда та собралась в комнату, чтобы переодеться.

— Прикалываешься?..

— Нет. Вполне серьёзно, — ещё сильнее удивил я мать. — Просто неделю поживи так, а потом ещё раз сходишь проверишься у врача.

— Но… Оно же грязное и мятое будет… А ещё вонять! — запротестовала мать.

— Не спорь, женщина, — сказал я фразу отца, и мать присмирела. — Неделю. Хорошо?

— Хорошо… А что у нас на ужин?.. — почти на цыпочках подошла мать, а потом восхищалась целым тазиком Цезаря.

Мы взяли самые глубокие тарелки, залили салат соусом и, заедая спагетти, объедались. Да, объедаться вредно, но! У нас повышенная Живучесть, так что всё нормально.

А когда мать ушла спать, салат ел кот. Да и от спагетти он не отказался. Но тут раздался стук в дверь, и я открыл, а там… жаба! Большая такая, в жёлтом платье, шляпке и сумочкой на плече. Ну и Чикки рядом парит.

— Здравствуйте, проходите, — сказал я.

— Благодарю, — кивнула та и, разувшись, вошла. — Пациент там, да?

Она указала на спальню, и я повёл её к матери. Та, как и обещала, спала в платье. И жаба ловко запрыгнула на кровать, а потом длиннющим языком коснулась лба матери.

— Хм… Понятно-понятно… — жаба достала из сумочки записную книгу с карандашом и начала что-то записывать.

— Что скажете?

— Ничего хорошего. Раньше нужно было лечиться. Теперь придётся раскошелиться на магическое лечение, — жаба обернулась ко мне. — Пять монет, и я проведу «выжигание».

— Выжигание?.. — ужаснулся я.

— Да, — она вытянула жабью руку, и та покрылась огнём. — Я выжгу опухоль и метастазы. Но не всё, а где-то половину. Через неделю повторим, и так, пока ваша мать не излечится.

— А почему сразу нельзя всё сжечь?

— Потому что ваша мать смертная, и у неё нет навыка регенерации. Монеты она тоже не сможет употребить. А без этого, боюсь последствия лечения вам не понравятся, — уверенно ответила жаба, и я протянул пять монет. — Благодарю.

Жаба убрала монеты в сумочку. После чего лапами коснулась матери, и не прошло много времени, как мать покраснела, как будто у неё жар…

Длилось всё двадцать минут, после чего мать начала остывать, а жаба лапой провела по своей голове.

— Всё. Половина опухоли уничтожена, метастазы где-то на две трети. Могу продать зелье лечения за монету. Тогда наутро ваша мать будет себя чувствовать как огурчик.

Подумав, передал ещё монету.

— Благодарю. Вернусь через неделю. И да, платье на ночь можно снимать. У вас ведь есть Сумрачный кот, — она кивнула на Тень, вымазавшегося в сырном соусе.

— Спасибо, — поблагодарил я. — И не хотите поесть? У меня Цезарь есть и спагетти.

— Спагетти? Не откажусь, — квакнула жаба в платье, и мы прошли на кухню. Заодно поговорили. Точнее, Чикки поговорила….

— И вот! Я кричу, думаю, всё, хана мне! Но прибегает Михаил и набрасывается на Гончую! А он был кожа да кости. От такого рывка почти умер!

— Ква! — ахнула жаба и посмотрела на меня.

— Да-да, гораздо хуже выглядел. Бледный, худее на несколько кило и едва живой. Но бился он храбро. Лупил тварь метлой!

— Метлой? Ква-а-а-а! — восхищалась жаба и ела спагетти. Цезарь она не любит, а вот спагетти ела только так…

— Метлой! И победив, Михаил завалился умирать! Мол, всё, хана мне. Он уже смирился с кончиной, и я ему: «Не умирай глупец! Держись!» — эмоционально рассказывала Чикки, и жаба заворожённо смотрела на фею. — И уже, казалось, всё, жизнь покинула его, как Негатив сдох! Михаил, получив энергию, буквально с того света вернулся! Я ему сразу принесла монету, что осталась после Негатива, и сказала, хочешь жить — поглощай!

— А он?

— Ну он же смертный! Увидел меня, удивился так сильно, что речь забыл! Но я была убедительной! И в итоге он поглотил монету, буквально оживая, — хвасталась коротышка.

Я же пил чай и улыбался. Теперь точно всё будет хорошо. Но мне нужно иметь минимум шесть монет к следующей пятнице. А ещё нужны деньги. Много денег….

Посмотрев на сообщение от Гоблина, вздохнул. Похоже, нужно рискнуть жизнью…

(ну, снова артик от художницы, она так видит, не ругайте её)