Глава 19

Залив Анива — жемчужина юга Сахалина. Тёплая вода, тридцать с лишним километров великолепных пляжей, богатая экосистема и прекрасный вид.

Всё это было засрано, уничтожено и доведено до такого состояния, что МЧС официально запретило купаться на пляжах Анивы. Мол, здесь нет официальных постов спасателей, нет медобеспечения, и не выполнены все условия для безопасного отдыха. И, вспоминая новости прошлых лет, вода в какой-то момент стала настолько опасной, что могла нанести вред здоровью…

В общем, купаться нельзя. Но когда это останавливало людей? Благо, сейчас, спустя десятилетия, да ещё и по решению суда, строятся очистные сооружения.

Ну и мы же Сахалин, туристический остров. Вот и пытаются привести нашу жемчужину в достойный вид. Дай бог, смогут. Но пока что купаться нельзя.

И сейчас мы приехали к одному селу, рядом с которым расположен крупный агрохолдинг. Думаю, нет смысла говорить, кто именно загадил Аниву… Точнее, внёс самый значительный вклад.

Но ладно, сейчас не до ворчания. У нас важное дело…

— И как её достать? — спросил Лёха, глядя на плывущий чёрный остров из слизи. Но нет, это не слаймы, это хуже. Медузы!

— Плыть! — захохотал крупный мужчина, и мы все уставились на него. А там вместо ног рыбий хвост, ведь он — «русалка». Точнее, русал. Ну или водяной, по-нашему. Одет в футболку, на голове — кепка козырьком назад, на шее — золотая цепочка, на пальцах — четыре кольца. В руках же трезубец.

Чуть в стороне с девчатами стояла эффектная девушка. Чуть пухленькая, грудастая, щекастая и в купальнике. В руках тоже трезубец. Но девушка держала ладонь на лице. Стыдно за «отца-скуфа». За что именно стыдно, я так и не понял.

— Вот сам и плыви, Леонид, а мы там сдохнем, — заявил Лёха, указывая рукой на остров медуз.

— Отключение текстур. Вода удалена, — услышали мы приятный женский голос.

— Ура! Рассказчица! — воскликнул Лёха, и все мы уставились на воду. А её нет… Пропало море! Лишь дно и медузы…

— Мать вашу… — раздался голос русалки. — Хорошо, что не полезла в воду…

Все мы закивали, ведь всё здесь было в чёрных медузах!

— Да, это было предсказуемо. Так залив засрать. Вот люди и ругаются, а Негатив копится, — заявил Леонид. И да, он совершенно прав. Мы видим воплощение огромного потока Негатива островитян. И что с ним делать, никто не знает.

Я же окинул взглядом нашу команду. Лёха со своей суккубой, кстати, одетые в обычную одежду. Екатерина — во всё том же топе и шортиках. Саня, уже сидевший на диване рядом с Пером, ну и Варвара, дочь Леонида.

Они с Камчатки, и, как говорится, какое море, такие и русалки. Сейчас живут в Поронайске, что в центре Сахалина. Их и ждали. Всё же триста километров, и нужно выделить время, дабы приехать. Ну или приплыть. Кто их знает?

— Что делать-то будем? — спросил Ян. Про него я совсем позабыл. Он был лисой и просто сидел на песке.

— Что-что. Разбиваем лагерь, мы здесь надолго, — заявила Екатерина и, вытянув руку, указала на медуз. — Будем зачищать.

— Их же дофига, — опешил Лёха.

— Да. Будем постепенно зачищать. Других вариантов нет.

— А нельзя с берега магией расстрелять? — спросил я.

— Если бы можно было, он бы не ставил палатку, — лис кивнул на Перо, а тот уже собирал палатку! Причём шустро так, и палатка большая. И раз он собирает сам, а не «создал», значит, мы здесь и правда надолго.

— Стоп, а работа? — понял я.

— У меня у самой днём планы. Так что днём дела делаем, а по ночам сюда, — предложила Екатерина.

— Ну а пока давайте заход? — предложил Лёха, и все согласились.

Мы двинулись к морю, которое пропало, но я видел, как по нему движутся медузы. Их словно волнами качало. И когда я в обуви зашёл в море, сразу понял, в чём дело… Вода не исчезла! Она просто стала прозрачной и какой-то иной. Ощущаю сопротивление жидкости, но она не мокрая.

— Ага, — меня по плечу похлопал Ян. — Если метнуть магию, она разобьётся о воду. Ну а Нод ты не видишь, чтобы очистить его. Он внутри этой жести.

Он кивнул на остров медуз. И да… не смогу очистить Нод.

— Значит, просто зачистка?

— Хах! Не расслабляйся, это же Негативы.

Я глянул на ближайшую медузу и, вытянув биту, запустил Очищение. И…

Ты уничтожил миньона Негатива и получил 0 ОК.

— Почему ноль? — опешил я, когда ближайшая медуза распалась на жижу.

— Слишком слабые. Продолжай, — сказал лис, и я продолжил. И на третьей…

Ты уничтожил миньона Негатива и получил 1 ОК.

— Кошмар… Мне никаких сил не хватит, — понял я особенно то, что монеты не падают…

— Ага-ага, поэтому используй грубую силу, — заявил Ян и, подойдя к другой чёрной медузе, вонзил в неё кинжал. Та сразу стала жижей и начала исчезать. — Но это лишь мелководье. Дальше будут такие, от которых огрести проще простого. Я уже зачищал Аниву, но тогда всё было не настолько «задница».

— Ясно… — я вернул биту в инвентарь и достал катану.

— Ого! Не думал, что увижу это оружие.

— Жизнь — штука удивительная… — ответил я и вонзил катану в ближайшую медузу. Она была крупная, размером с лопух. Но… не убил. Лишь с шестого удара понял, куда бить.

Ты уничтожил миньона Негатива и получил 0 ОК.

Мы пробивались всё дальше, и вскоре, когда вода была нам выше пояса, появилась первая крупная медуза. Она была около метра в диаметре.

— Осторожнее, они могут отравить или ударить током, — сказал Ян, стоявший рядом, а затем убрал кинжал в ножны на поясе и достал из Инвентаря копьё. По нему пробежалось пламя, и парень рванул вперёд.

И вдруг медуза вырвалась из воды! Она буквально встала на щупальца и остальными ударила по Яну. Тот отбил их копьём, как вдруг щупальце, пройдясь по дну, схватило лиса за ногу!

Я ударил разрядом, но он разбился о «воду», а Яна дёрнуло, и он упал, роняя копьё! Я тут же кинулся на помощь, но лис взорвался пламенем.

Медузу смело, вода закипела, и меня накрыло горячей волной!

— Ты как? — из воды поднялся Ян. Он был весь красным…

— Как и ты… — простонал я.

— Одолжи перчатки… будь другом… — попросил тот. Я протянул их, и Ян активировал Реанимацию через перчатки сначала на себе, а потом и на мне, но уже за счёт своей маны.

Затем мы, подобрав копьё, пошли на берег.

— Мха-ха-ха, быстро вас отделали! — смеялся подплывший к нам толстяк. Он был очень ловок и быстр в воде. Водяной всё же. Мужчина вырвался из воды, но остался сухим.

— Подловили… И я, лис, не люблю такое… — ворчал Ян, а Леонид указал в сторону.

— Красавица моя как разошлась. Просто ух!

Мы посмотрели на Варвару, и девушка выпрыгнула из воды, словно лосось на нересте. Её трезубец вонзился в ядро двухметровой медузы-монстра, с которым сражалась Екатерина.

Чудовище тут же лопнуло, а русалка пролетела через эту чёрную жижу и рухнула обратно в прозрачную воду.

— Спасибо! — крикнула Катя, но на неё тут же налетели другие твари. Правда, девушке с каменной кожей было плевать. Она, похоже, вообще урона не получает…

Лёха и Ша-Ара охотились на мелководье, а Саня бегал по воде и уже носился около острова. По нему пытались бить щупальца медуз, вырываясь из прозрачной воды. Но парень всё прекрасно видел и уклонялся от них или рубил ветром.

Мы же на его фоне смотрелись… беспомощными. Хотя!

— Ай, ***! Прямо по лицу!!! — взвыл Лёха. Там Ша-Ара рубила здоровенную медузу, которая пыталась поймать девушку, а Лёха держался за щёку, которая стремительно опухала.

Битва с суккубом вышла эпичной. Девушка буквально прыгала по воде, и её пылающие мечи отсекали щупальца трёхметровой медузы. И вдруг Ша-Ара выплюнула поток пламени, поражая чудовище.

Медуза тут же втянулась в воду. Но по воде ударил кнут Лёхи, и суккуба отскочила. Вода покрылась льдом, и лёд достал до дна, замораживая монстра.

Но после этого и Лёха, и Ша-Ара пошли на берег. Парень держался за щёку, суккуба — за бок. В итоге мы толпой пришли к палатке, которую возвёл Перо.

Она была большая, походная, а не для сна. Так что имелись окна, вход, и внутри стоял длинный стол, на котором уже громоздились газовые плитки и пакеты. В углу небольшой стол с ноутбуком. За ним и работал Перо. Ну и чай пил с чебуреками.

Пахли они божественно… Но, зная Перо, едой он не поделится.

Ещё здесь был длинный диван напротив длинного стола. Вот на него мы и рухнули.

— Мих, будь другом, перчатки, — попросил Лёха и вскоре активировал Реанимацию через них. А потом посмотрел на суккубу и, сжалившись, дал ей Реанимацию. Но тут же к нам пошёл Саня. И…

— Мха-ха-ха-ха! — заржал Лёха, потому что невысокий кореец аж раздулся.

Саня же отобрал у него перчатки и активировал Реанимацию на себе. Потом и Ян дал ему Реанимацию… Тут к нам зашёл Леонид, точнее, его тащила дочь…

Сегодня мои перчатки были очень популярны! Всем досталось.

— Это мы огребли на мелководье. А дальше что будет? — спросил Ян, и все вздохнули.

— Что-что, задница будет, — раздался недовольный голос, и мы посмотрели на вход и уронили челюсти. У Екатерины лицо распухло… Что за монстр смог пробить её защиту?

— Позволь помочь тебе, — Ян тут же подскочил к девушке и использовал мои перчатки. Хоть плату бери за их использование!

У лиса же хвост завилял, как у собаки… Хм, а Катя не лисица случайно? А то рыжая и рыжий…

— Спасибо, — девушка погладила того по макушке и окинула взглядом диван, забитый нами. — Будем зачищать берег и уходить глубже. Если просто прорываться к острову, то будет, как с Клинком Ночи и мной…

Мы кинули взгляд на Саню, который существенно сдулся, но всё ещё припухлости имелись.

— Видимо, реально надолго, — подметил Лёха. — Может, подмогу позвать?

— А кто свободен? Шива — в горах, Ульяна — спит, — сказала та и кивнула на меня. — Остальные, кто как. Но поспрашивайте, конечно. Да, Михаил? — спросила она, потому что я поднял руку.

— У меня напарница есть. Маленького уровня, но физически весьма сильная. Поможет с мелочёвкой.

— Зови, — кивнула та.

— О, ты про Дарью? Зови-зови, ей не помешает поднять уровней, чтобы мой заказ выполнить, — оживился Ян, и все уставились на него. — Не скажу. Сама расскажет, — ответил тот на немой вопрос людей.

А потом мы вновь пошли в воду. Но теперь уже аккуратно и неторопливо мы… все получили по мордасам… Вроде и видишь, как к тебе тянется щупальце. Но в воде тяжело двигаться, и тебя нет-нет да схватят. Или медуза вытянет щупальце дальше, чем рассчитываешь. В итоге прилетит по лицу.

Медузы любят бить по лицу! Пришлось оставить перчатки у Пера, чтобы люди брали их и лечились. Но учитывая, сколько энергии на это тратится, мы дольше силы восстанавливали, чем зачисткой занимались…

После третьего захода я поехал домой. Все были уставшие, так что ехали молча. Русалки остались с Пером на пляже. Так что возвращались мы впятером и зевали.

— Короче, завтра напишите, когда сможете, я всех соберу да отвезу, — сказал Алексей, который и вёз нас. Он даже отозвал суккубу, чтобы та восстановилась. А то её чуть не разорвали медузы.

— Хорошо, — ответил я и посмотрел в окно. До Южного нам ехать где-то тридцать или даже сорок километров. За окном был лес. Спокойный ночной лес. А в Арене было светло. День, солнце, тепло…

Как покинули Арену, сразу спать захотелось. Вот и зеваем все. Зато, глядя на ночной лес, Ночное зрение прокачивается.

Так что на пути домой не болтали, и вскоре я оказался дома.

«С возвращением», — меня вновь встречала Юки. На лице — сияющая улыбка, в руках — записка.

— Я дома, — не мог не улыбнуться в ответ.

Я сразу пошёл в душ, где Юки потёрла мне спинку, потом — в кровать. Рядом с ней стояло дерево, и как только Ульяна проснётся, её заберут на авторазбор. Того гиганта убивать. Тогда и меня возьмут.

Если проснётся поздно, то без меня пойдут…

Закрыв глаза, тут же уснул и проснулся. Будильник орал, и было утро…

— Уа-а-а-а-а-а, — зевала мама и приподнялась с котом на руках. Тень сопел и не собирался просыпаться, так что мама положила его рядом и, обычно спящая в пижаме, встала да потянулась.

— Доброе утро, — сказал ей.

— Доброе! Самочувствие отличное, энергии и сил ещё больше. Снова устрою ураган на работе! — мама буквально ослепила меня улыбкой.

— Устрой.

— А ты чего так улыбаешься?.. — прищурилась она.

— Да вот представляю, как мужики табунами будут искать мой номер телефона и писать да звонить, чтобы подкатить к тебе через меня.

— Ой, наивный! — смеялась она. — В моём возрасте мужчины ленивы и прямолинейны. Такой фигнёй заниматься они не будут. Уж поверь старой женщине. И обычно они, узнав про тебя, сразу разбегались.

— А теперь я, считай, здоровый и беспроблемный, — добавил я и поднял указательный палец. — Плюс я с квартирой. Ты — с квартирой.

— Ох! — схватилась она за щёки. — Да я теперь уже сама себя хочу!

— Шути-шути. А потом придёшь и скажешь, что вот этот дядя теперь мой отчим, — хмыкнул я в ответ.

— Ой, фантазёр, — помахала она рукой и пошла в ванную.

И нет, я не против, если у мамы кто-то появится. Папу мы никогда не забудем, но и оставаться в одиночестве не вариант. Ну не буду же я с мамой жить всю жизнь?..

С такими мыслями я пошёл готовить завтрак, а потом мы разбежались по работам. День будет тяжёлым… Особенно ночь.

* * *

Работа матери Михаила.

Кабинет начальника.

Десять часов утра.

— Доброе утро, Семён Палыч! — Виктория Владимировна ворвалась в кабинет начальника, словно ОМОН, и не успел тот ответить, как на его столе стояла стопка документов.

— Это от директора. Срочно-пресрочно! — взяв первый лист, она вручила его мужчине. Тот кратко прошёлся взглядом и поставил подпись.

Только он протянул лист, как его уже не было. Да и Виктории Владимировны не было…

— Доброе утро, Кирилл Андреевич! — послышалось из коридора, и Семён Палыч рассмеялся. Почему именно, он и сам не понял. Но стало смешно.

Взяв другой документ, мужчина начал изучать его и вскоре подписал. Утренняя рутина. Виктория Владимировна собирает бумаги от всех и приносит начальнику на подпись. Раньше каждый сам приходил и приносил бумаги. А это по десять-двадцать человек в день… Порой и больше тридцати!

А теперь все смекнули, что можно спихнуть это на Ветрову, и активно так делают. Но и Семён Палыч рад. Лучше один человек, но несколько раз в день, чем толпа мычащих, тупящих и часто ошибающихся «сотрудников».

Семён Палыч подобрал бы другое слово, но он — человек культурный и не любит ругаться. Однако, когда один и тот же человек шесть раз приходит с документом и каждый раз в нём новые ошибки, без мата не обойтись…

А Виктория Владимировна не только проверяет документы и исправляет чужие ошибки, но и облегчает работу Семёну Палычу. Вот только, как говорится, накаркал…

— Семён Палыч…

В кабинет зашла высокая, эффектная женщина с пепельными волосами, ярким маникюром и педикюром.

— Что вам, Карина Николаевна? — спросил мужчина, оценив эффектный летний наряд женщины, которой, к слову, было тридцать четыре года.

Женщина надела чёрные чулки, красное платье с эффектным декольте, а волосы уложила в элегантную причёску.

— Виктория Владимировна вечно где-то бегает и занимается всем, кроме работы. Поэтому я принесла документы нашего отдела, а также выполнила поручение, которое вы вчера поручили Ветровой, — уверенно заявила та. — Оно в вашей сетевой папке. Я там сделала свою папку, всё там, — сказала та, подойдя к большому столу из массива дерева.

Перед ним стояли стулья на колёсиках, но женщина предпочла стоять и слегка наклониться, дабы выделить все свои достоинства, так сказать.

— «От Кариночки»? — прочитал тот.

— Она самая, — заулыбалась женщина, и мужчина открыл папку и нашёл там документы. Затем открыл другие документы, но уже из папки от Ветровой. Минут шесть смотрел, читал и высчитывал.

— Что ж… За инициативу хвалю, за результат ругаю, потому что, помимо опечаток, у вас, Карина Николаевна, слетел формат ячеек в таблице. Либо вы изначально сделали плохо, и данные округлились, что в конечном итоге даёт совершенно другие цифры. Сверьтесь с тем, что мне вчера сдала Ветрова.

— Сдала?.. Вчера?.. — опешила Карина Николаевна.

— Да, и, судя по времени создания копии файла, Виктория Владимировна домой ушла лишь в девятом часу вечера, — Семён Палыч поднял взгляд на Карину, а та словно лимон съела. — Поэтому в следующий раз рекомендую убедиться, что вы тратите рабочее время на что-то полезное. К примеру, на исполнение прямых рабочих обязанностей.

— Д-да… Семён Палыч… Прошу прощения… — сказала та, и зазвонил телефон.

— Да, Константин Иванович?.. Понял, иду, — мужчина положил трубку и посмотрел на женщину. — Идите работать, Карина Николаевна.

Та пулей убежала, а начальник отдела направился в кабинет директора, где собирался весь руководящий состав филиала. И дело было очень важным…

— Что ж, товарищи, — заявил директор, глядя на дюжину человек, и вытянул руку, указывая на мужчину тридцати лет. — Знакомьтесь, это Артём Михайлович. Ваш новый директор. Пока только исполняющий обязанности. А я — в Москву. На повышение, — заявил он, шокируя всех.

Смена власти на таких предприятиях никогда не заканчивалась «бескровно». Поэтому по спинам людей пробежал холодок. А кто-то, наоборот, увидел в этом шанс…