Глава 13

Через два дня.

Четвёртый двор.

Я зевал и работал. Во вторник не выспался из-за криков за стеной. Соседям жуткие кошмары снились, да и после «шаурмэна» не спалось. А в прошедшую среду не спал из-за того, что потащил Тень на ночную охоту. Но получил лишь два Очка Кармы… Кошмары что-то опасаются сюда прилетать. Или мне не везёт…

Сегодня же у нас четверг, и неделя пролетела как-то незаметно, но это неважно.

— Михаил? — спросил слегка сутулый худой мужчина с баночкой пива.

На костяшках у него татуировка, на лице лёгкая щетина, кожа морщинистая, и словно из мужчины все соки выпили. Одет же в простую, поношенную одежду далеко не первой свежести, да и пахнет от него так себе. Словно под забором пьяный валялся.

— Он самый, — я протянул руку, после чего мы присели на скамью.

— Откуда? — спросил тот и отпил пива.

— Это имеет значение?

— Нет, но мне *** как интересно. И как я *** когда ты написал мне, не описать словами. Никто не знает, что мать называла меня Василисом Прекрасным, а Гену — Генырычем… У неё всегда было плохое чувство юмора, — хмыкнул мужчина, но с ностальгией на лице, и вновь отпил пива.

— Ты поверишь, если я скажу, что являюсь кем-то вроде медиума?

— А чё нет? — удивил он меня.

— Серьёзно?

— Да, я на зоне всякого дерьма повидал, — хмыкнул он. — Был один чёрт, который предлагал мне душу продать за свободу. Мол за полгода на УДО выйдешь. Я его к чёрту послал, а те, кто соглашался, потом сами не свои были. Знаешь, как будто человека вдруг опустили, и в жопу ***. Вот такие ходили. Стоять рядом даже жутковато было. Но по УДО потом вышли ровно через полгода…

Я посмотрел на него с удивлением, но на паранормальщину не особо тянет.

— Но эт фигня, — продолжил мужчина. — Там один чёрт мог что угодно достать, не выходя из камеры. Оно просто появлялось у него. А ещё ходили слухи…

Начал он болтать, но больше похоже, что мужчине просто хочется выговориться. Однако многое лишь предположения, слухи и ничего конкретного. Никто не выдал себя. Ну, иначе, думаю, Мир наказал бы.

— Ну так чё? Ты типа медиума?

— Твоя мать не нашла покой и теперь страдает в виде призрака.

— ***! — выругался он, а лицо исказилось от боли. — Она всегда была такая. Глаз за глаз, зуб за зуб… Мамка не успокоится, пока не воздаст по заслугам обидчику! И чё, ей совсем ***?

— Да, плохо ей. Страдает из-за предательства и убийства. Ну и за квартиру бесится. Мол: «Из-за хаты убили ироды!».

— Да, хата для неё это прям сокровище. Мы ж из такой жопы выбрались, что слов нет. Мать ради квартиры всю жизнь и здоровье отдала… В общем, — он вздохнул и, бросив пустую банку в урну, обернулся ко мне, — что делать-то? И главное, что ты сам хочешь с этого поиметь?

— Хочу, чтобы дух нашёл покой и не пытался меня загрызть, — скривил я губы. — А также… Я за свою мать любого порву и горы сверну. А тут такое. У меня прям кипит всё внутри от той фигни, что произошла!

— И чё, долю не потребуешь?

— Не потребую. Но буду благодарен, если однажды и ты поможешь мне, если, не дай бог, я влипну в серьёзные неприятности.

— Базара ноль, Миха, — он протянул руку и я, пожав её, начал с Василием, сыном того призрака, писать заявления. Я выступаю свидетелем, но нужно будет ещё с бабушками переговорить. Они те ещё сыщики. Может, знают что?

Но это уже потом. Сейчас нужно действовать быстро, пока Геннадий ничего не заподозрил. Точнее, его жена.

Затем мы съездили в отделение полиции, да и в целом поездить пришлось. Так что сейчас спустя кучу времени мы пришли в кондитерскую лавку. Она недалеко от ЖЭКа, прямо у дороги. Это было небольшое одноэтажное здание, на крыше которого стоят столы, стулья и можно съесть купленное.

Я уже давно пускаю слюни на кондитерскую… Ни разу в жизни не был в кондитерских и вот наконец-то смог утолить своё любопытство.Я взял ягодный пирог, чая, и мы сели наверху.

— Чтоб я, да сам пришёл к ментам… и заявление писал… — сокрушался Вася, но на пирог налегал. Я, собственно, тоже.

— Всё бывает впервые. Закон на нашей стороне. Он как машина и без топлива не едет.

— Занести надо, да? — вздыхал Вася.

— Да. Заявления, — хмыкнул в ответ. — Нужно ругаться, жаловаться, а порой и приходить, устраивая разнос. Тогда «машина» поедет.

— Проще было бы подловить Генку, монтировкой по балде и заставить явиться с повинной, — фыркнул Вася.

— Не забывай про его жену. Её тоже будешь монтировкой по балде бить? Делаем или по закону, или никак, — поставил я ультиматум.

— А эт чё, не по закону? Сам пошёл с повинной? Сам, — фыркнул Вася. — Но я тебя понял.

Кивнув ему, обговорил, что будем делать дальше. И… нужно с мамой проконсультироваться. Как она, кстати, там? Голова от навыков не болит, надеюсь?..

* * *

Какой-то офис.

В это время.

— Вызывали? — мать Михаила ворвалась в кабинет начальника, словно ураган. В своём белом платье с изящными узорами и сияющими от жизни волосами, что были распущены, эта женщина, светилась как лампочка в ночи.

— Да, Виктория Владимировна, — улыбнулся ей Семён Палыч, начальник всего отдела.

Его кабинет был большим. Ведь людей под его управлением было много, всё же фирма крупная и быстрорастущая. Топливный мировой кризис в самом разгаре, и производители топлива просто купаются в деньгах. Прям как эта корпорация. Но сейчас не об этом.

Здесь имелся стол для совещаний, за которым могут уместиться до десяти человек. Слева и справа от него высокие шкафы, заваленные папками с документами. Дальше уже шёл рабочий стол самого Семёна Палыча, который словно стена ограждал начальника от простых смертных.

Это был большой, массивный и эффектный стол из массива дерева. А перед ним стояли стулья на колёсиках. Ну и на столе лежала стопка документов.

— Вот документы, их надо согласовать со всеми руководителями подразделений, подписать и отправить директору, — приказал мужчина сорока пяти лет.

Он был опрятным, лишним весом не страдал и был весьма приятен внешне. Из-за этого, его сотрудники регулярно пытались привлечь его внимание. То тортиком угостят, то невинно пофлиртуют, пока Семён Палыч не прогонит работать… Но не Виктория. Она появлялась как ураган, и пропадала столь же резко.

— Поняла, — женщина мигом оказалась перед столом и взяла документы. Она взглядом быстро пробежала по всем тринадцати листам и собралась было уходить, но застыла.

Семён Палыч удивился этому, но промолчал, всё же Виктория Владимировна — особа, можно сказать, эксцентричная. И гадать, что у неё в голове, даже он побоится.

И вот темноволосая женщина обернулась с крайне задумчивым выражением лица.

— Прошу прощения, Семён Палыч, но тут вроде ошибка… Серьёзная очень…

Мужчина сильно удивился, ведь эти документы он сам проверял и согласовывал.

— Покажите.

— Вот, — Виктория подошла и показала третий лист. — Смотрите, мы ссылаемся на закон, а статью указали совершенно иную. Но это раз…

— Погодите, сейчас проверю.

Мужчина открыл специальную программу для юристов. Там описаны все законы, статьи и многие ответы на вопросы, которые часто задают юристы. Всё же порой можно голову сломать, чтобы понять тот или иной закон и правильно интерпретировать то, что там написано.

— И правда, — мужчина нахмурился и взял телефон. Но не мобильный, а стационарный. Набрав короткий номер из трёх цифр, он позвонил в соответствующий номеру кабинет. — Карина Николаевна, зайдите ко мне.

— Я могу идти? — тихо спросила Виктория.

— Да, идите, спасибо за то, что вы такая внимательная.

— А про остальные ошибки я потом расскажу, да?

— Какие?.. — приподнял тот бровь. — Нет, расскажите сейчас.

Вздохнув, она вновь взяла документы и указала на некоторые пункты в этой претензии, которую компания посылала поставщику.

— Здесь нас пошлют лесом, а здесь… Ну какая пени за просрочку? — спросила женщина, присевшая на край стола, всё же наклоняться и едва ли не грудь в лицо совать неприлично. Да и понять могут не так.

— Мы же сами согласились, что если форс-мажор, то никаких пени трясти не будем… А теперь выставляем себя чёрт знает кем. И вот… — продолжила Виктория Владимировна, и в этот момент в кабинет зашла высокая, эффектная женщина, с пепельными волосами и ярким маникюром. Да и педикюром, всё же женщина была в туфлях с открытым носком.

— Карина Николаевна, у меня есть некоторые вопросы, но подождите, пожалуйста, — сказал мужчина и продолжил диалог с женщиной за столом. — Да, форс-мажор есть, и про пени вы верно подметили. Но почему вы не согласны с пятым пунктом?

— А потому что он противоречит новому закону.

Семён Палыч с удивлением посмотрел на женщину. Даже с недоумением.

— Каким конкретно?

— Эм-м-м-м… Что-то вроде было… — начала она вспоминать, но мужчине хватило и обрывочных сведений.

— А… из нового пакета, всё руки не дошли заняться им. А вы — молодец, Виктория Владимировна! Мы чуть сами не подставились, хорошо, что вы мониторите все изменения.

— Да?.. Я, наверное, просто слышала где-то… — виновато заулыбалась женщина, которая уж точно последние месяцы ничего не читала про новые законы и поправки.

— Неважно, главное, что мы не попали в «неприятное положение». И на этом всё?

— Вроде да…

— Тогда я дам вам почитать финальную версию. А пока свободны. Благодарю ещё раз.

Виктория поспешила уйти, но взгляд Карины заметила. Прожигающий, завистливый, и сейчас ей устроят выговор за ошибку в документах. Серьёзную ошибку… С Кариной и так плохие отношения, а сейчас будут просто кошмарные.

— Прорвёмся! — пробубнила себе под нос Виктория, оказавшись в коридоре, и поспешила к себе в кабинет. Работать дальше.

* * *

Третий двор.

Некоторое время спустя.

— Спасибо, дядя-мумия! — улыбалась Ленка. Вновь у неё были проблемы с велосипедом. Колёса сдулись, а я их накачал.

Мы вновь были у ЖЭКа, всё же где я насос возьму? Её отец — это вечно замученный мужик, чей мелкий бизнес едва выживает из-за повышения налогов и бешеных кредитов. Ему не до велосипедов. А мать… Она где-то есть. Думаю, на лавочке сидит или на Вайлдберриз ушла за очередной горой шмотья.

— Ой, так вы ведь уже не мумия, так что нельзя вас так называть, — заявила девочка, которой, напомню, десять лет. Она подняла указательный палец и помахала им. — Теперь вы — дядя… дядя… Во! Дядя-дворник!

— Логично, да, — кивал я и улыбался.

— Лен, вот ты где! — раздался недовольный голос, и мы увидели стройную женщину средних лет. — Я тебя везде ищу! Нельзя же так пропадать!

В руках у неё были фиолетовые пакеты, полные одежды… Ну а чем ещё?..

— Еду, мам! Мне дядя-дворник колёса накачал!

— А? — женщина уставилась на меня, а потом повысила голос. — Лена! Нельзя разговаривать с незнакомцами! Тем более оставаться с ними одна. Ты с ума сошла⁈

— Так это же дядя-мумия, но теперь он — дядя-дворник! — возмутилась девочка, и женщина уставилась на меня. Не моргая…

— Да ну! Он же лысый был и жуткий!

— Ну, спасибо, — хохотнул я и провёл ладонью по своим коротким, буквально полтора сантиметра в длину, волосам. — Я иду на поправку, вот и выгляжу лучше.

— А… Простите… И пошли домой, Лен.

— До свиданья, дядя! — девочка помахала рукой, и они ушли.

Да и я засобирался домой, а то уже вечереет. Но…

Ты совершил доброе дело и получаешь 1 ОК.

Поздравляю, ты накопил 90 ОК и получил 7 уровень!

По телу пробежала волна тепла, и аж дышать стало легче. Уровень… И я сразу повысил Магию до четырнадцати.

Окно развития

Уровень : 7 (0/112)

Очки характеристик : 0

Характеристики :

Сила — 10(12);

Ловкость — 10;

Выносливость — 10(12);

Живучесть — 18(22);

Магия — 14;

Мудрость — 12(14);

Навыки:

Очистка негативной энергии, уровень 5;

Усиленный слух, уровень 2;

Шокирующий разряд, уровень 5;

Знание японского языка, уровень 2;

Усиленная регенерация, уровень 3;

Взлом замков, уровень 1;

Вспышка света, уровень 1;

Ветер, уровень 1;

Когда у меня регенерация улучшилась до третьего уровня?.. Неужели она получает «опыт», когда просто восстанавливает моё угробленное здоровье?.. А слух, судя по всему, тоже сам качается.

Размышляя над навыками, вернув насос и переодевшись, пошёл домой.

— Сампо ни ва ёй тэнки дэс нэ (Какая хорошая погода для прогулки), — включил я уроки японского языка, но, к моему удивлению, на пути домой меня перехватила Чикки.

— Ничего не говори, люди смотрят, — заявила фея в платье. — Меня Упырь просил передать, что заплатит тридцатку, если ты придёшь к нему и дашь крови. Говорит, из-за Кровавой луны ему совсем плохо и держится из последних сил. Может глупостей натворить, если не выпьет крови.

— Не сорвётся? — тихо спросил я, продолжая идти.

— Не должен, но кота лучше взять…

Посмотрев на фею в голубом платье, согласился, и вскоре я стоял перед котом.

— Мяу? — опешил тот из-за того, что вместо кормёжки, я беру его работать.

— Прикроешь, иначе если я умру, кто будет тебе готовить еду?

— … Мяу?..

— Да, мама будет готовить, но она — девочка. Будет готовить что попроще. Или и вовсе сухой корм купит, — ответил я коту.

— Мр-р-р-р… — недовольно проворчал он и согласился пойти со мной.

«Будьте осторожны», — мне к лицу прилетела записка Юки, сидевшей за ноутбуком. Но я перевернул её другой стороной, и там было нарисовано, как Юки целует кота, мол, это к нему обращение. Вот же зараза… троллит!

Надев на зверя ошейник с поводком, мы пошли к Упырю. Уже вечереет, и он, видимо, с работы вернулся. На улице же отличная погода, всё зелёное, и на придомовой территории бабушки посадили цветы.

Вот только стоило мне прийти во второй двор. Как чертыхнулся… Спортплощадку засрали! Сейчас там собралось девять человек, от двенадцати до двадцати лет. Молодые, крепкие и наигравшиеся в футбол.

Напомню, что спортплощадка огорожена высоченным, метра три или более, забором. Ну, чтобы мячи не вылетали. И там, на мягком покрытии и сидели «футболисты». Пили и ели всякую дрянь, всё в чипсах, упаковках и вообще свинарник.

Учитывая, что русское имя среди них имеет лишь пацан лет тринадцати, шансов договориться и заставить эту толпу убрать за собой практически нет.

Так что я просто сделал пару фотографий, ну, чтобы «запомнить», и пошёл дальше. Но не прошло и минуты, как ко мне подбежали два парня. Высокие, спортивные и с чёрными глазищами, которые аж пылают, как фары в глазах кота… Тьфу ты! Вновь вспомнил эту фразу из книги, которую редактировал…

Они остановили меня прямо перед подъездом соседнего дома на пешеходной дорожке.

— Слышь, ты чё такой⁈ — сразу наехал на меня тот, что был слева. У него кривой нос, видимо, боксом занимается, и ему часто ломали нос.

Парень резко толкнул меня, и я попятился.

Я, конечно, иду на поправку, но весовая категория пока тут неравная.

— Ты ***⁈ — матерно спросил я.

— Ты чё нас снимал, а? Удаляй фотографии! — заявил второй, он был в серой футболке.

— Хочу и снимаю, в чём проблема. Ты что, в федеральном розыске? — спросил я и надавил: — Скрываетесь? Мне полицию вызвать?

— Ты сейчас лежать будешь, если не удалишь фотографии, — прорычал на меня ломаный нос.

Пошутил бы про Ломоносова, но не хочу оскорблять уважаемого человека. И да, я сейчас не про людей перед собой.

И тут самое главное не показывать слабости. Сколько я уже с такими, как они, имел дел? Потешаться над слабыми, больными и убогими для подобных — это способ показать «стае» свою силу.

А стая, вон, стояла вдали и поглядывала на нас.

— А ты сидеть будешь. Оба будете сидеть. Думаешь, запугаешь меня?

— Ты чё такой дерзкий? Ты откуда вообще такой, а? — рыкнул на меня второй. И тот же миг первый нанёс удар. Прямой, в лоб! И я попятился, но… Устоял.

Оба уставились на меня с шоком, и этого промедления хватило, чтобы я выхватил газовый баллончик, новенький кстати, и выдал струю им в рожи.

Ломаный нос, видимо, уже не раз получал газом в рожу и сразу прикрылся, но получил берцем по яйцам… Знаю, это подлый приём, но думаю, мои удары кулаком ему будут как укусы комара.

«Драчун» согнулся, и пока второй хватался за лицо, первый получил коленом в рожу! Со всей силы, что у меня двенадцать! «Боксёр» рухнул, но ещё раз пять получил ногой. Парень умело закрывал лицо, но лишь его…

— Урод! — прорычал второй с красными слезящимися глазами. Он набросился на меня, но видел плохо, так что промахнулся и, споткнувшись, упал на припаркованную рядом машину. Прямо на капот…

Зарычав, он обернулся и второй раз получил струёй в рожу. Половину баллончика вылил бы на него. Но нельзя, тут окна рядом. Так что аккуратно нужно.

— Я тебя урою! Закопаю ***! — кричал тот, хватаясь за лицо, а я уже достал телефон и на видео записывал все угрозы в свой адрес.

Видимо, к Упырю я попаду ещё не скоро, потому что уже нажал на кнопку вызова сто двенадцать. Такие на каждом подъезде города есть. И вскоре оператор тоже слушал, что со мной сделают, в каких позах и как часто…