8 глава

Спустя пятьдесят пять минут я покинула комнату, прошла по коридору и начала спускаться с лестницы, внизу которой меня ждали уже одетые мужчины.

Капитан, как и всегда, в мундире, но явно более праздничном, чем обычно, судя по его белому цвету и золотым эполетам с аксельбантами, а вот инквизитор себе не изменил и свой черный сюртук с черным плащом ни на что не променял.

Видеть их лица было особым удовольствием.

Что инквизитор, что капитан пялились на меня с изумлением и одновременно с восхищением.

Я же наслаждалась их вниманием, купаясь в чисто мужских эмоциях.

Ну а что, любой женщине приятно, когда мужчины (даже несостоявшиеся любовники) на неё так смотрят.

Не зря я тогда приобрела себе это шикарное платье.

Еще думала, куда оно мне в том захолустье, где я жить буду. Уж там я точно ни разу не смогу его надеть. Но, вспомнив о наставлениях прабабули о том, что женщина всегда должна иметь в гардеробе хотя бы одно платье, в котором не стыдно будет и к королю на срочную аудиенцию сходить, я все-таки решилась.

И не прогадала.

Стоило оно, конечно, очень дорого. Жемчужно-серый цвет. С черно-серебристой оторочкой. В меру строгое, с воротничком-стоечкой, но с игривыми рюшками по груди, зрительно увеличивающими её раза в два (а она у меня и так немаленькая). Эти рюши были оторочены черно-серебристой отделкой и вышивкой с маленькими секретами – вшитыми артефактами чистоты, свежести, глажки, особой прочности и даже автоматической ужимки до размеров хозяйки. Как и длинные рукава с воланами, и подол платья до пят. А еще черный широкий пояс, зрительно уменьшающий талию, с серебристой вышивкой ручной работы. И вновь вшитыми артефактами.

Именно из-за этих артефактов цена платья и была такой высокой. А еще их надо было заряжать раз в месяц. Но не мне… я сама себе была зарядным устройством.

В этом мире не носили корсеты на постоянку, но для этого платья он все же был и застегивался спереди. Сам подол спускался красивыми складками до пят и тоже имел черно-серебристую вышивку в несколько вертикальных широких полос.

Я была рада, когда узнала, что здесь нет пышных платьев. Такой вот стиль я обожала.

Мне повезло, и платье это мне досталось бесплатно.

Я зашла его только примерить, чтобы понять, как оно на мне будет сидеть, и разговорилась с хозяйкой салона. Оказывается, её дочь была смертельно больна, её выписали из Белого Дома умирать.

Так как девочка была в этом же доме (на втором этаже), я решила заглянуть и посмотреть на неё. Ну и, само собой, без проблем вылечила ребенка.

А когда пришла на следующий день, она уже была полностью здорова и прыгала вокруг матери. А та, увидев меня, бросилась мне в ноги.

Еле отцепила.

Тогда хозяйка и предложила мне отплатить за здоровье дочери.

И платье это, еще и аксессуары к нему: специальная сорочка нательная, корсет, милые кружевные панталончики, митенки, шляпка под цвет, даже ботинки темно-серого цвета на удобном каблуке, мягкая накидка для прогулок в прохладную погоду, маленькая дамская сумочка, чтобы зеркальце влезло и помада, – всё это мне досталось бесплатно.

Вот так, во всеоружии, с мурлычущей тенью на плече (которую, я уж думала, и не найду и которой дала незамысловатое имя Мурзик – надо же малыша как-то называть), чинно спустилась вниз и чопорно произнесла:

– Господа, я готова. Или всё отменяется?

Первым очнулся капитан и, тут же взяв меня за руку, произнес с придыханием:

– Госпожа Аника, вы великолепно выглядите.

– Спасибо, – скромно улыбнулась я, прикрыв свой сверкнувший удовольствием взгляд пушистыми ресницами.

Инквизитор же, гад такой, промолчал, пожадничав комплименты для меня. Видимо, обижался за мой утренний отказ. Ну ничего, успокоится.

– Робишон, время, – сказал он недовольным голосом, отворачиваясь и идя в библиотеку.

Я мысленно фыркнула.

Мы с капитаном последовали за инквизитором.

А затем капитан отпустил мою руку, встал на середину освобожденного от коврового покрытия пространства, достал из кармана своих брюк коробочку темного цвета, размером со спичечный коробок, поставил её на пол и попросил меня и инквизитора подойти ближе и встать в небольшой круг возле артефакта, а затем и вовсе взяться за руки.

Мы все трое взялись за руки, одну мою руку крепко сжал капитан, вторую – инквизитор. Мужчины тоже между собой взялись за руки. А затем капитан, подняв ногу, опустил её с силой на коробочку, будто намеревался её раздавить.

Перед глазами вспыхнул яркий свет, я от неожиданности зажмурилась и даже пошатнулась, но крепко сжимающие руки мужчин не дали мне упасть. А когда открыла глаза, то поняла, что мы стоим в темном помещении без окон, с одной дверью.

Мой котенок перестал мурчать и, спрыгнув мне в руки, начал вертеть свой макушкой, явно с любопытством разглядывая пространство.

Мужчины отпустили мои руки и тоже посмотрели в сторону двери.

– Что дальше? – спросила я их.

– Ждем, – коротко ответил инквизитор. – Нас сейчас сканируют магически. Как только сканирование закончится, за нами явится провожатый.

– Понятно, – кивнула я и начала гладить моего Мурзика по пушистой шерстке, а тот в ответ опять затарахтел, как маленький трактор.

Как я ни пыталась его рассмотреть, опять ничего не получалось. Силуэт явно был кошачий, как и мягкая шерстка, но мордашку было не видно.

– Интересно, а Мурзика не посчитают опасным? – спросила я у мужчин.

– Мурзика? – переспросил капитан.

– Ага, я его так назвала, – кивнула я.

В ответ оба мужчины хмыкнули.

– А что такого? – удивилась я.

– Да ничего особенного, – ответил Криж. – Самое опасное существо из диких земель с именем Мурзик – что может быть «такого»? – последнее слово он произнес, не скрывая саркастичных ноток.

Я лишь пожала плечами.

Подрастет – буду называть его как-нибудь более экстравагантно. А пока, кроме имени Мурзик, в голову ничего не приходило. К тому же,тень был (или все же была?) не против. Даже вполне себе откликался на своё имя.

Мурзик на наши разговоры и ухом не повел. Ушки, кстати, у него чувствовались, и мордочка тоже, а глазки он жмурил, когда я осторожно касалась их пальцами. Даже острые клыки и те у него были, но он не кусался, а так, слегка обозначивал их остроту на моих руках.

Я даже хвостик нащупала, который он тут же спрятал себе под попу, а потом, кажется, начал играть со мной, как настоящий котенок. Напрыгивать на руку, обнимать всеми четырьмя лапами и уже больнее прикусывать, но не сильно.

Я не стала дальше с ним драться, чтобы не проверять, до какой степени он способен меня поранить, и начала успокаивающе поглаживать.

Котенок сразу же отцепился и, исчезнув, оказался на моем плече.

Все это время мужчины наблюдали за моей игрой с милахой и молчали.

А затем дверь открылась, и нас позвал на выход мужчина в черном мундире.

На наше сканирование потратили примерно минут пятнадцать.

Затем мы еще минут десять кружили по дворцовым коридорам, следуя за провожатым и слушая его краткую инструкцию, как вести себя в присутствии императора. Спорить запрещено, дышать и думать тоже. Последнее – шутка, но ощущение такое, что если император прикажет, то все его распоряжения мы должны выполнить неукоснительно.

Шли мы слишком быстро, и я не успевала толком ничего рассмотреть.

Одно могу сказать: всё было очень шикарно.

Как в Екатерининском дворце, в который я ездила на экскурсию еще в далеком детстве.

Белые, синие,или красные стены, отделанные золотыми барельефами. А на потолках мозаика с 3D графикой. Ощущение было такое, будто этих потолков вообще не было, а лишь небо с облаками… Или это магия? Рассматривать более детально было некогда, а спрашивать страшно. Вдруг это всем тут известная истина, а я себя выдам неуместными вопросами?

Поэтому пришлось, прикусив язык, молча следовать за провожатым.

Одно могу сказать: все было очень круто. Пафосно и дорого.

И каково же было моё изумление, когда мы вошли в личный кабинет императора и увидели самого императора.

Его кабинет был настолько аскетичным по сравнению с остальными комнатами, что сразу же захотелось переспросить: не переместились ли мы случайно куда-то в другое место?

В обычное здание для чиновников, возможно, даже военных?

Комната была отделана в скучных серых тонах, с самым обычным белым потолком, и черной мебелью. Без какой-либо кричащей расцветки.

А сам мужчина был, словно военный, одет в мундир. Черный. Без всяких там эполетов и аксельбантов.

Невольно сравнила императора с инквизитором. Тот тоже любитель всего черного.

Он сидел за монструозным черным столом. Даже встал и вышел из-за него, чтобы поприветствовать меня и моих сопровождающих…

Императору Аяксу Десятому на вид было лет пятьдесят. Худощавый, с военной выправкой. С благородной сединой на висках. И кое-где на коротких волосах.

Он взял мою руку и поцеловал.

Я улыбнулась и поздоровалась.

Очень сильно захотелось присесть в присутствии этого мужчины, но я не стала позориться, а то вдруг как-нибудь не так присяду. Тем более что наш провожатый сказал, что я, как ведьма, не обязана приседать в присутствии императора.

Он был среднего роста, но источал такую харизму, уверенность в себе и внутреннюю силу, что сразу было понятно, кто передо мной находится.

– Так вот вы какая, белая ведьма Аника из Курстена. Рад вас приветствовать, – сказал он приятным голосом.

– И я рада, ваше величество, – ответила я, улыбнувшись.

А император, так и не отдав мне мою руку, повел меня к креслу, усадил, вернулся за свой стол, сел сам, а затем разрешил и капитану с инквизитором садиться.

Мне показалось или от моих провожатых повеяло легким недовольством?

Но нет, я осторожно посмотрела сначала на одного, затем на другого, их лица были непроницаемы.

Сначала капитан кратко изложил мой подвиг перед отечеством, и император выдал мне награду в коробочке – это был орден Святой Елены (именной) и документы к нему, в которых говорилось о ежегодной выплате на мой личный счет. А затем инквизитор доложил о моем питомце, на которого нет-нет да и косился иногда императорский взгляд.

– Это действительно невероятно. Я, признаться, думал, что мои подданные преувеличивают ваши заслуги перед отечеством, Аника, – сказал мужчина, глядя мне в глаза. – Но сейчас, видя тень на вашем плече и слушая доклад капитана Сункара, я понимаю, что нет, они скорее преуменьшают. Вы заслужили свою награду.

– Спасибо. Это моя работа, – скромно потупилась я и затем спросила: – Ваше Величество, простите, что спрашиваю, но я толком ничего не знаю про моего нового питомца, а мне сказали, что только вы поможете мне с его воспитанием.

Император вдруг запрокинул голову и рассмеялся почти до слез. Я с непонимаем смотрела на мужчину, дожидаясь, когда он успокоится. Даже растерянно взглянула на инквизитора с капитаном, но те, кажется, тоже недоумевали, отчего так веселится император.

– Простите великодушно, прекрасная белая ведьма, но воспитать тень невозможно, – наконец-то сказал он.

А затем император со всей серьезностью посмотрел на моих провожатых.

– Надеюсь, вы понимаете, господа, что этот разговор чрезвычайно секретный?

– Конечно, ваше величество.

– Само собой.

Мужчины ответили по очереди.

Император выдохнул и продолжил, уже смотря только на меня:

– Тень – это не питомец. Это разумное существо. Пожалуй, даже умнее человека в несколько раз. Еще в далекой молодости волей моих недоброжелателей я оказался в диких землях. Он выбрал меня случайно. Я думал, что это потерявший свою стаю волчонок, я тогда держал волкособа у себя дома и вообще любил и восхищался этими животными, вот и решил приютить малыша. Он выпил моей крови и полакомился сушеным мясом, что было у меня в запасе. А после охранял, пока я не добрался до границы. Если бы не Сарт (это имя я дал ему), я бы не выжил.

И тут рядом с мужчиной проявилась большая тень, ростом с большого волка и очертаниями фигуры сильно на него похожая. Но опять же, разглядеть волчью морду или глаза не получалось.

Император положил руку на холку своей тени и начал поглаживать.

– Я для него не хозяин, я для него донор, – сказал мужчина, заставляя мои брови приподняться от удивления. – Он питается моей магией. Она для него как лакомство. Как оказалось позже, я понял, что тени употребляют в пищу лишь магию. А наша материальная пища им совершенно не нужна. Они её едят лишь затем, чтобы совершить ритуал привязки. А дальше только магия. Они собирают её из воздуха. Но такой маг, как я или вы, Аника, – это что-то вроде деликатеса. От которого нереально отказаться. И свой деликатес эти существа будут тщательно охранять, никому не позволяя причинять ему вред.

– Но разве это не опасно? Он не будет отбирать у меня слишком много сил? – нахмурилась я.

– Нет, – покачал головой мужчина. – Я знаю Сарта уже более ста лет. И еще ни разу не ощутил хоть какой-то отток магии. Он берет то, что развевается в воздухе. То, что мы даже не замечаем. Излишки.

«Ста лет… ничего себе…» – мысленно подивилась я, а вслух спросила:

– Понятно. Но как же тогда с ним быть? Что, если он на кого-то нападет?

– Мой Сарт еще ни разу просто так ни на кого не нападал. Только защищая меня. И да, мои команды он тоже не выполнял никогда, дрессировке не поддается совершенно. Но я на всякий случай оставлю рядом с вами этих бравых мужчин, чтобы они проследили первые несколько месяцев за вашим питомцем. И в случае чего докладывали мне.

Я в легком шоке уставилась на императора.

– Они будут заглядывать иногда? – переспросила я осторожно.

– Думаю, что нет, – улыбнулся правитель, – придется вам потерпеть более близкое общение. Капитан доложил, что вы гостите в его доме. Думаю, что ему будет не сложно продлить ваше проживание еще на несколько месяцев, а учитывая дружеские отношения между капитаном Робишоном Сункаром и инквизитором Астоном Крижем, думаю, что и ему будет не сложно погостить у старого друга.

– Но, – начала было я, однако инквизитор слегка наступил на мою ногу под столом, заставляя замолчать, и перебил:

– Что ж, ваше величество, мы будем с честью нести свою службу. Но вы же должны понимать, что я веду расследование…

– Не вы ли, Астон Криж, докладывали мне недавно, что Аника является одним из главных свидетелей в вашем деле? И вполне возможно, следующей жертвой? – с ленцой в голосе и одновременно холодом во взгляде спросил император.

И мне даже показалось, что в кабинете стало на пару градусов прохладнее.

– Я, – не менее жестким тоном ответил инквизитор, и я заметила, как в его взгляде мелькнуло что-то очень давнее, я бы даже сказала – застаревшее и непримиримое, как будто… да нет, не может быть.

И я начала невольно сравнивать обоих мужчин и нашла очень много одинаковых черт.

Он какой-то близкий родственник императора, что ли? Или очень-очень близкий?

– Ну тогда не вижу проблемы, – улыбнулся уже довольно знакомой улыбкой император. – В ваших руках большой резерв следователей, можете координировать расследование, не отходя далеко от госпожи Аники. Буду ждать ваших отчетов.

Император встал, и это был сигнал к тому, чтобы нам всем тоже подниматься.

Нас очень быстро вернули в тот же зал, из которого мы вышли, и предупредили, что у нас не более трех минут, чтобы вернуться обратно в Родшим.

– Император ваш родственник, Астон Криж? – не удержалась я от вопроса, когда мы уже стояли в кругу, взявшись за руки.

– Он его отец, – ответил капитан вместо сверкнувшего недовольным взглядом инквизитора.

– О, – ответила я, и тут капитан с силой ударил ногой по очередному артефакту, который достал из кармана, и у меня в глазах опять случилась вспышка.

Правда, вместо того, чтобы оказаться в библиотеке дома капитана Сункара, мы оказались в очередной темной комнате без окон.

– Ничего не сработало? – удивленно посмотрела я на мужчин, только вот по их мрачным лицам поняла, что сработало, но явно как-то не так.

А когда увидела, что дверь в серой комнате отсутствует, а посередине стоит постамент в виде обрезанной колонны высотой где-то метр и в диаметре сантиметров двадцать, а на нем еще и здоровенный черный конусообразный камень, то поняла, что дело совсем скверно пахнет.

Мой котенок тоже перестал урчать, поднялся на моем плече и громко зашипел.

Затем спрыгнул, увеличился в размерах до тигра, отчего я в шоке шарахнулась подальше, как и мужчины. И начал пытаться грызть артефакт. Но тому явно было пофиг.

Кот грозно рычал, драл колонну, бил её лапами, но… она не сдвигалась с места.

Затем он прыгнул на меня, лизнул в лицо и … исчез.

Просто испарился в воздухе.

– Похоже, он попрощался, – сказал инквизитор, который умудрился схватить меня за талию, а я и не заметила даже.

– Что? – не поняла я. – Что это было вообще? Что происходит?

Я дернулась из рук мужчины, и он тут же меня выпустил.

Капитан стоял рядом и хмуро осматривал стены и сам артефакт.

– Тень попрощался, а может быть, пошел за помощью, но думаю, что он нам вряд ли сможет помочь, – ответил Робишон.

– Вы скажете, что происходит? – потребовала я, переводя взгляд с одного мужчины на другого.

– У меня две новости: одна хорошая, другая плохая, – ответил инквизитор и улыбнулся, только улыбка его не касалась глаз.

– Начните с плохой, – сказала я.

– Мы в Комнате Сустейна. Сустейн – древний артефактор, который и создал эту комнату. Он также создавал самые опасные артефакты. Конкретно этот артефакт, в котором мы сейчас находимся, вытягивает все магические силы, опустошая человека или любой другой артефакт и накапливая энергию в азолит. – Инквизитор взглядом указал на тот темный камень, что стоял на колонне. – Азолит хорошо удерживает большое количество энергии, которую потом можно расходовать, напитывая любой другой артефакт. Эта комната – ловушка. Из неё не выбраться изнутри. Можно попробовать применить магию, но в таком случае азолит начнет в сотни раз быстрее тянуть её из мага и просто высушит его полностью. До смерти.

– А если магией не пользоваться? – просипела я.

– А если не пользоваться, то физически открыть ловушку нереально, – ответил вместо инквизитора капитан.

– Но здесь же воздуха нет, – в шоке уставилась я на мужчин. – Мы умрем и так? Задохнувшись?

– Есть, – ответил инквизитор. – Воздух создает другой артефакт. Вот эта колонна. – Он подошел ближе и похлопал по ней рукой. – Материал – ашим в специальной обработке. Он позволяет жить любому человеку очень долго, больше тридцати дней примерно. Как раз этого времени хватит до тех пор, пока человек не начнет умирать от истощения и жажды и не решит попробовать выбраться, применив магическую силу. Тогда заработает азолит и вытянет всё, что есть, до последней капли. В том числе и жизнь.

– Считалось, что артефакт – это лишь проект сумасшедшего мастера, который так и не был создан, ибо его казнили, – добавил капитан.

– Кто-то решил всё же его воссоздать? – нервно облизала я губы и почему-то сразу же захотела пить и есть одновременно.

– Это невозможно, – одновременно сказали мужчины.

– Почему это? – не поняла я.

– Все наработки мастер сам уничтожил перед тем, как его поймали. Учеников у него не было. Остался лишь альбом с изображениями и описаниями артефактов. Из него мы об этой комнате и узнали.

– Понятно, – пробормотала я. – И Мурзик, видимо, понял, что нам всем крышка, потому и ушел?

– Возможно, он пошел за помощью, раз сам не смог справиться с проблемой, – пожал плечами инквизитор. – Но это лишь мои догадки.

– И значит, выхода нет? Мы умрем либо от истощения, либо от магического иссушения? – перевела я взгляд с одного мужчины на другого.

– Да, – спокойно ответил капитан.

– Так, стоп! – подняла я руку вверх. – А что, если сейчас, например, я начну кого-нибудь из вас лечить и, пока артефакт тянет из меня силы, вы быстренько с помощью магии разобьете эти стены? Мы все спасемся?

– Не получится, – покачали головами мужчины, но продолжил капитан: – Размер камня такой, что он способен высосать всех нас троих. Так что, как только мы попробуем применить магическую силу, он вытянет её из нас в считаные мгновения. В этом и проблема. Мы просто не успеем ничего сделать.

– Вы уверены? – неверяще уставилась я на мужчин. – Может быть, попробуем?

– Уверены, – кивнул инквизитор. – Азалит в таких размерах никогда не продавался. Его дробили на очень мелкие камни и только так продавали. Потому что он был еще и опасен для любого мага. Мы изучали размеры. И такой камень, судя по его габаритам, способен убить трех магов, а может, даже четырех. Благо сам азалит – большая редкость. Тем более таких размеров. Не представляю, где Сустейн его взял.

– И какая же тогда новость хорошая? – взглянула я на чересчур спокойных мужчин и тоже начала уже успокаиваться, заражаясь их уверенностью.

Мужчины переглянулись и с напряжением посмотрели на меня, и мне это не понравилось.

Говорить начал инквизитор:

– Хорошая новость в том, что азалит питается не только магической энергией. И поэтому мы знаем, как отсюда выбраться.

– В теории, – добавил капитан.

И замолчал.

– И какой же тогда еще? – поторопила я мужчин, уже злясь на то, что они тянут резину.

Заговорил Астон Криж:

– Азалит впитывает не только магическую, но еще и сексуальную энергию. – Я приоткрыла рот от удивления, но инквизитор, не обращая внимания на мою мимику, продолжил: – Если рядом с ним будет кто-то заниматься сексом, то он начнет наполняться так же, как заполнялся бы магической энергией. Об этом свойстве узнали уже давно, поэтому и перестали азалит использовать. Ибо многие особо хитрые торговцы заполняли эти камни вместо магической энергии сексуальной, от которой не было никакого прока. А проверить, какая там энергия, не было возможности. И азалиты как накопители запретили использовать где-то тысячу лет назад. Сейчас про их свойства и не знает толком никто. Лишь те, кто занимается артефакторикой. Да инквизиторам для общего развития об этом лекции читают в семинарии.

– Это такая шутка? – прошептала я, на этот раз уставившись на черный камень.

– Нет, – ответил капитан. – Это не шутка.

– Но как же мы поймем, когда он заполнится? – пробормотала я, всё еще шокированная признанием мужчин.

– Очень просто: из черного он превратится в белый.