Глава 7

Таня

— Ну и что все это значит? — выпаливает сестра, буквально падая на диванчик рядом со мной в одном из кафе рядом с работой.

— Настя, ну я же не специально. У меня просто вылетело из головы, что он возвращается.

— У меня всего сорок минут оставшихся от обеденного перерыва, потому что Татьяна Александровна, не опаздывает! Я тебя слушаю! — недовольно хмурит брови, закидывает ногу на ногу, в довершение всего складывая руки на груди.

— Костя устроился к нам на фирму полгода назад, до этого я ничего о нём и не слышала.

Даю сестре информацию о её бывшем парне. Вообще-то первое знакомство принадлежало мне, ещё на последнем курсе университета. Это было очень искренне и .. слишком наивно. Когда в один из тёплых весенних вечеров они вернулись вместе и Настя объявила, что они... пара, у меня не было никаких шансов. А еще раньше, в последних классах школы я пообещала себе одну вещь... Никогда не донашивать за сестрой ни одежду, ни её... парней.

Поэтому, когда спустя полгода их отношения дали трещину из-за нежелания Кости так рано связывать себя узами брака, Настя психанула и оформила свой первый контракт на работу на круизном лайнере. На предложение Кости видеться хоть изредка, как друзья, мною был дан категоричный отказ и он был вычеркнут из моей жизни. Но через шесть лет появился в ней вновь. Возмужавшим? Да! Все таким же интересным? Безусловно!

Но Миша... Моё сердце уже с ним...

— Хорошо, — сестра проводит рукой по по спинке носа, выслушивая мой ответ до конца. — И какие же у него на тебя планы?

— Сейчас мы просто знакомые. Даже не друзья, Насть!

А ведь я оправдываюсь! Потому что поведение Кости порой, и правда, выходит за рамки обычного знакомства. Но я никогда не давала и не даю повода!

— Правда? — сестра иронично ухмыляется. — А с каких это пор ты даёшь себя тискать обычным знакомым? Если б не моя способность повторять твой убийственный взгляд, он бы и целоваться полез! Даже не сомневаюсь!

— На-а-асть, — почти умоляю сестру прекратить её издевки. — Пожалуйста...

— Да верю я тебе! Перестань оправдываться! И если честно, я бы на твоем месте его не игнорировала, это ж отличный способ заставить твоего Мишу поревновать! Он, кстати, так сегодня и спросил, чего это я так чудесно выгляжу, уж не для ненаглядного ли Костика вырядилась?

В прямом смысле теряю дар речи. Михаил Андреевич никогда не задает личные вопросы! Неужели сразу же почувствовал что-то не то? Да мы сейчас как клоны, а одежда... Ну не может одежда так сильно влиять на восприятие. Или может? Предательский холод опять заполняет сердце — полдня и он уже интересуется, как она собирается провести вечер...

— Тань, что ты зависла, я же задала вопрос! — Настя допивает кофе и аккуратно ровняет все предметы на столике. Уже привычка.

— Прости, что ты спросила?

— Его парфюм, ты не сделала на нём акцент, а ведь это уже не люкс.

— Да, "ниша", но я бы не сказала, что что-то уникальное. По мне так довольно тяжёлый и подавляющий аромат. Но ему подходит. А что, что-то не так?

Отмахивается:

— Не бери в голову! Но, Тань, если ты и дальше будешь забывать о "костиках", даже не знаю...

— Не буду! — раздражаюсь я.

— Тогда план прежний, но с Костей нужно что-то делать!

— На-а-асть? — делаю попытку я.

— Что? — мгновенно реагирует она на мой провокационный тон.

— А ты не хочешь попробовать ещё раз? У вас же...

— Нет! — жёстко обрубает она. — Поняла года через два, что он был абсолютно прав, мы совершенно разные люди. И ни мой, ни его возраст на тот момент были не при чем.

"Разные люди"? Хм... Но тогда она озвучила, что ему ещё рано обзаводиться семьёй...

— Так вот, как там с графиком его посещений? — продолжает сестра. — Надеюсь, он не имеет привычки хаотично посещать твоего шефа? Насколько они, кстати, близки? — пошлый смешок.

— Дружат вне работы, в основном зимний отдых — лыжи, сноуборд. На личный приём в основном с утра. Днём только по предворительной договорённости.

— Отлично! — начинает собираться она. — Значит сегодня может нарисоваться только ближе к вечеру, пошли в туалет.

— Зачем? — удивляюсь я.

— Меняться! — смеётся она. — Босс на выезде без тебя, а мне там без него делать нечего, тем более с Костей рисковать нельзя. Будь у него побольше времени за мной понаблюдать... Пошли, а то опоздаешь.

Возвращаюсь на работу. Очень непрвычна высота Настиных каблуков, но она убедила, что Лариса не дремлет, да и вообще весь офис. Я что слепая? И даже Дима?!! Вот ведь, правда, меньше знаешь, крепче спишь. Надеваю туфли сестры... Приподнимаюсь на носочки, покручивая бедрами. Бо-о-оже, какая красота!

— Тебе идет... Очень! Всё!

Да что ж это за дверь, хоть колокольчик на неё вешай.

— Спасибо, Костя! — принимаю серьёзный вид и интересуюсь: — Что-то срочное? Михаил Андреевич уже уехал.

— Нет, я к тебе, Тань, — сосредоточенно меня разглядывает, а я не нахожу ничего лучше, чем опустить глаза и сложить руки на груди. С другой стороны не дурак же, сразу должен понять, что никаких доверительных бесед вести я не намерена.

— Помнишь перед отъездом ты обещала меня выслушать и сбежала? — замечаю, как шаг за шагом он приближается и занимает позицию, перекрывая мне путь как к столу, так и к выходу. Отступаю. Нет! В глазах вспыхивают искры. — Таня, нам нужно поговорить, — уже более настойчиво произносит он, и когда я пытаюсь юркнуть мимо него к двери, оказывюсь прижата к боковой стенке шкафа.

— Таня, — жар его выдоха струится вниз по моему виску, щекоча и одновременно согревая, — ты не сможешь бегать от меня вечно.

Он не чужой. Когда-то давно я вообще считала его своим. Поднимаю голову, смотрю прямо в глаза. Протискивает руку между мной и шкафом, крепче сжимая мою талию, и плотнее прижимая к себе. Вторая рука ложится на мою щеку, указательным пальцем поглаживая внешний уголок глаза, в то время как большой касается центра нижней губы, слегка надавливая и приоткрывая.

— Говори,— с раздражением сбрасываю его ладонь, резко мотнув головой. Даже не думает отстраняться, перемещая и вторую руку за спину.

— Тогда весной... на вечеринке... я перепутал тебя с Настей, я не знал, что вас двое, ты никогда не говорила о сестре. Она же не посчитала нужным уточнить. А ты со своим принципами... Тань, я наломал дров, но знаешь, что я понял за все это время? Ты — это самое лучшее, что случалось в моей жиз...

— Хватит, Костя! — дергаюсь, приложив максимум усилий. — Что было, то было, все в прошлом, мы выросли, у меня к тебе нет никаких претензий, но и чувств, извини, больше нет!

— Есть! Хочешь докажу?..

— Я люблю Михаила! — чуть ли не выкрикиваю ему в лицо.

— Да? Именно поэтому ты позвала Настю?

Мой рот открывается от удивления.

— Тань, вы совершенно разные, и это лишний раз доказывает, каким идиотом я был тогда.

— Таким и остался! — уворачиваюсь, когда он пытается приблизить ко мне лицо. — Я его люблю!

— Нет.

В один миг меняет позицию, вклинивая колено между моих ног, и надежнее придавливая меня к шкафу всем своим телом. Касается ладонями моего лица и почти вплотную приблизившись к нему, произносит прямо в губы:

— Я люблю тебя!

А дальше... Дальше он целует меня! Совсем не так как это было тогда! С таким напором и страстью, что первую минуту нахожусь в какой-то прострации, а потом оцепенение спадает, а на его место приходит... желание? Что?!! Какое желание? Уже сама откидываю голову назад, подставляя шею, под каскад его чувственных, томных поцелуев. А возбуждение нещадно охватывает все моё тело... Что там говорила Настя про вред воздержания? Его рука ложится на грудь, очерчивая её окружность, а затем сминая и вырывая у меня хриплый стон нетерпения. Что мы творим? Мы? Да, потому что хочу этого не меньше, чем он. А судя по зашкаливающему пульсу больше, намного больше...

— Не здесь, — шепчу я, когда его рука проскальзывает у меня между ног и возвращается на бедро, оставляя за собой прохладную влажную дорожку.

Подхватывает на руки и через несколько секунд за нами захлопывается дверь кабинета шефа, а ещё через мгновение я касаюсь спиной дивана. Костя со спринтерской скоростью освобождается от всего, что может нам помешать. Тепло его кожи, лёгкий бодрящий запах без намека на давление и превосходство. Растворяюсь в нем, улетаю от его нежных медленных ласк чередующихся с напором и скоростью. И когда он немного болезненно втягивает кожу на шее, одновременно входя в меня, я понимаю, что все это время пока его не было рядом, я хотела именно этого... его. Того, кто оставил меня тогда... Но вот он здесь, рядом заглаживает свою вину... Та-а-ак ... М-м-м... Напряжение не выдерживает, разлетаясь миллионом ярких искр по всему телу, даря долгожданное освобождение и позволяя слезам беспрепятственно стекать по щекам, чего я не разрешала себе даже не помню сколько.

— Таня, все хорошо? — с тревогой спрашивает Костя, перекатываясь на спину и укладывая меня на себя.

— Да, Костя, — прижимаюсь щекой к его груди, нежно поглаживая её пальчикми.

— Таня... Я тебя ему не отдам.