Глава 59.

Слова невестки неприятно царапают. Поднимаюсь из-за стола.

– Ты ничего не знаешь о жизни, Аня. Тебе повезло сразу встретить такого, как мой брат, и спрятаться за его спину. Так почему ты считаешь, что имеешь право говорить мне подобные вещи?

Невестка тушуется.

– Ясь, прости. Я не хотела тебя задеть… Мы же все за тебя переживаем. Правда, прости. Забудь, что я сказала.

– А ты бы забыла? Не переживай обо мне. У меня уже всё хорошо.

Забираю чашку и ухожу в гостиную к ёлке. Рассматриваю новогодние игрушки, весело играющие отблесками огней гирлянды. Недовольство понемногу отступает.

После шумного завтрака уезжаем домой. Невестка виновато на меня поглядывает. Уже когда садимся в машину, она берёт меня за локоть:

– Ясь, ну правда, прости ты меня…

Обнимаю нашего пухляша.

– Проехали и забыли. Я же всё равно люблю тебя, булочка.

Аня тыкает меня кулачком в бок. Ей не нравится, когда её так называют.

– Вот теперь мы квиты. – смеюсь и усаживаюсь в машину.

Сегодня Ларс за рулём.

– У тебя очень хорошая семья. – улыбается он. – Мне всё очень понравилось.

– Да. Спасибо. – кладу руку ему на колено.

У него тоже хорошая семья. Нас с Тёмой очень хорошо приняли. Возможно, следующий Новый год мы проведём вместе с его родителями, сестрой и братом.

В гостях хорошо, а дома лучше. Я вдруг поняла, что стала домоседкой. Мне нравится наш дом и атмосфера в нём. В гостиной на столе стоит корзина орхидей. Они такие же великолепно свежие, словно вылепленные талантливым мастером из тончайшего воска.

Рядом с корзинкой небольшой подарок.

– Почему не открываешь? – Ларс становится сзади.

Пожимаю плечами.

– Наверное, потому что не хочу подарков от этого человека…

– Что плохого в подарке?

Поворачиваюсь к Ларсу.

– А ты Николь подарок сделал?

Он кивает.

– Конечно. Это естественно. Она – мать моего ребёнка.

Ладно. Раз так… Прикусываю губу и снимаю тонкую золотистую ленточку. Довольно большая коробочка с логотипом одного очень известного ювелирного дома. Ларс хмыкает.

– Твой бывший знает толк в ювелирке.

Оборачиваюсь к Ларсу.

– Извини, можно я наедине открою?

Он понятливо кивает.

– Конечно. Кофе будешь? Пойду заварю. Как же хорошо дома… – он уходит на кухню.

Я открываю коробочку. В тёмно-синий футляр вжато новогоднее украшение на ёлку в виде объёмного золотого Рождественского ангела. В руках он держит хрустальное сердце, сверкающее в отблесках света. Внизу по золотой одежде ангела канвой написано по-английски «Каждый достоин прощения и любви»… Великолепная работа. Изящная…

Поджимаю губы. Цепляю золотой тонкий шнур указательным пальцем и вынимаю ангела из футляра.

– Мам, покажи! – Тёма требовательно дёргает меня за джинсы.

– Держи. – отдаю ему ангела.

Он рассматривает его, а потом бежит к ёлке и вешает на ветку. Ларс возвращается из кухни, отдаёт мне кружку и идёт к Тёме. Уже вместе они рассматривают золотую фигуру с сердцем.

– Очень красиво. – выносит вердикт Ларс, кладя руку на плечико Тёмы.

Сын тут же поворачивается к нему, забыв про ангела, берёт за руку.

– Пойдём лего собирать?

– Конечно, пойдём. – тут же соглашается Ларс. – У тебя теперь есть над чем трудиться… с какого набора начнём?..

Мои мужчины уходят, а я поднимаюсь в спальню. Да, дома хорошо…