Глава 67.
Никогда не думала, что окажусь такой собственницей. Быть может, Ларс никого руками не трогал… Быть может, это просто его «невинные шалости» и этого требует мужская природа, но для меня это оказалось слишком… Я готова общаться с Ларсом, мне, по-прежнему, с ним уютно, но что касается постели… Меня тошнит от него, от его касаний.
Мы протянули ещё месяц. И, наконец, состоялся серьёзный разговор.
- Я всё испортил, да? – Ларс смотрит на меня виновато-просительно.
Мне приходится с трудом разлепить губы.
- Да…
- Слава, я тебе обещаю, я больше даже на улице не посмотрю на другую женщину. – он улыбается грустно. – Мне никто, кроме тебя, не нужен. Ты же знаешь.
- Я знала, Ларс. Понимаешь, каждый раз, когда ты ласкаешь меня, я думаю, как ты ласкал других женщин. Я не знаю, что с этим делать. Как это вытравить из головы? – касаюсь пальцами виска. - Наверное, я неправильная.
- Послушай, милая… - он накрывает мои пальцы ладонью, а мне безумно хочется забрать руку. - И у тебя, и у меня были сексуальные партнёры в прошлом. Ты же не ревнуешь меня к ним? Это всего лишь прошлое. Отнесись ко всему, как к прошлому.
Не знаю, как ему объяснить.
- Если бы это было прошлым, я бы так к этому и отнеслась. Но ты сначала смотрел на этих бл..дей, а потом приходил ко мне в постель. Я на столько тебя не возбуждаю? Или у тебя проблемы с потенцией?
К моему облегчению, Ларс сам забирает руку.
- Ни то, ни другое, милая. Я уже пытался до тебя донести – это было просто невинное развлечение, не более.
- Я бы поняла, если б тебе надо было самооценку поднимать. Но ты же – успешный, обаятельный, молодой мужчина… Я не могу понять, Ларс. Прости. Это сильнее меня.
Мы молчим, рассматривая друг друга.
- Это конец… да? – Ларс не отводит взгляд, смотрит прямо в душу.
Мне больно. Мне физически больно. Я хочу оставить, хоть маленький, шанс нам.
- Давай просто поживём немного отдельно. Так делают многие во времена семейного кризиса.
Ларс грустно улыбается.
- Ты не вернёшься ко мне. Я всё испортил…
Да, он всё испортил… Мне было хорошо с ним. Очень. Поэтому так больно.
Мы решаем, что Ларс съедет. Он хотел помогать мне оплачивать аренду дома, но я отказываюсь. Сама справлюсь. Как справлялась всегда. А не справлюсь, найду квартиру.
Хочу полететь домой. Мама с папой вернулись из Африки. Папа подхватил малярию, не смотря на вакцинацию. Болезнь испортила его характер. Маме тяжело. Да и мне надо развеяться. Я тоскую. Я снова не улыбаюсь. Расставание с Ларсом снова ломает меня.
Тёму новость о поездке к бабушке привела в восторг. Но тут вдруг мне позвонил Дэйл. Он попросил о встрече. И мы опять сидим в той же кафешке.
- Ярослава, Тёма сказал, вы собираетесь к родителям? – он не улыбается, его голос напряжённый и строгий.
- Собираемся.
- Ты не посчитала нужным сказать мне об этом?
- А зачем?
Конечно, мне надо было уведомить его. Теперь Тёма становится поводком, на котором Арно будет меня держать.
- Я должен знать, где мой сын. Надеюсь, ты не собираешься там остаться? – Дэйл опасно прищурил глаза.
- Ещё не знаю. Возможны варианты. А что?
Дэйл переплетает пальцы и кладёт руки на стол.
- Я хочу, чтобы Тёме было хорошо. Но ты ведь знаешь закон. Если ты останешься там, я потребую чёткого его исполнения, и Тёма будет жить со мной и с тобой пятьдесят на пятьдесят.
Чёрт! Вот и начинается тот самый шантаж.
- Я тебя услышала. Делай, как считаешь нужным.
Поднимаюсь из-за стола, и Дэйл хватает меня за запястье. Его прикосновение обжигает.
- Ярослава, прошу, давай обойдёмся без родительских войн. Я люблю сына и всё, чего хочу, - быть рядом. Я хочу заботиться о нём и… о тебе.
Мягко высвобождаю запястье из его хвата.
- Спасибо, о себе я сама в состоянии позаботиться.
Дэйл поднимается.
- Тёма сказал, что Ларс ушёл от вас. Если тебе нужна будет помощь, любая, ты всегда можешь обратиться ко мне.
Не могу удержаться от сарказма.
- Какая щедрость! Как-то уже обратилась. Потом еле собрала себя. Так что, мы уж лучше как-нибудь сами.
Дома я впервые выказываю Тёме недовольство. Умом понимаю, что ребёнок всего лишь поделился с отцом новостью. Но нервы на пределе.
Ночью проснулась от того, что сын треплет меня за плечо.
- Что, Тём?
- Мам, можно к тебе?
Поднимаю одеяло, запуская сына в постель. Тонкие ручки тут же обвились вокруг шеи.
- Мамочка, я тебя больше всех люблю! Вот так!
Прижимаю сына к себе. Глаза налились слезами. Вот он – самый главный мужчина в моей жизни. Всё остальное – ерунда…