Глава 19. Главное лакомство синха

Из упругого облака выступил великолепный в своём гневе, Дэрэм. Белые волосы развиваются, белые брови — грозно сведены на переносице, ноздри бесконтрольно вздымаются. Я по наитию отскочила от рыжего бога, и оказалась совершенно права, ибо с ладони беловолосого близнеца слетела молния, метко целясь прямо в грудь плотника. Последний нахмурился, и выставил раскрытую пятерню напротив груди, как бы защищаясь. Не успела и моргнуть, как молния врезалась в деревянную пластинку, зажатую в пальцах Руана.

— Хозяйка, ты бы хоть предупредила, что твой жених — синх. Я бы может и не вернулся тогда, — не понять было говорил Руан серьезно или просто шутил.

Скорее, последнее, только мне некогда было разбираться, ибо в бесцветных глазах Дэрэма горела такая злость и… голод, что я отшатнулась от него, едва заметила этот бешеный взгляд.

— Альби-и-ина… — протянул новоиспеченный жених. От его ладоней исходила белая мгла. — Я ощутил прикосновение чужого мужчины… — сквозь зубы процедил этот собственник, рождая в моей душе волны недовольства.

— Руан всего лишь помог мне и сделал по заказу разнос! Вы что, теперь будете ревновать меня к каждому столбу? — я попятилась, еще больше отходя от плотника. А то глядишь ненароком достанется ему.

— Если у столба имеются первичные половые признаки, то да! — синх шагнул ко мне, разом преодолевая всю комнату. Сильное тело просто в наглую притиснуло меня к стене. — Тебе еще повезло, что Артэм не владеет магией перемещений и сейчас слегка занят.

— Госпожа Тиль Тар, кто этот синх? — пискнула испуганно Виола, вжавшись в стену, под продолжающимся расстилаться по полу, туманом.

— Это… мой потенциальный… мужчина… — выдавила я под грозным взглядом Дэрэма. Руан за спиной закатил глаза и хмыкнул:

— Я вас оставлю, хозяйка. С синхами лучше не спорить… Тем более, пока связь не окрепла окончательно… Вам нужно поговорить. Виола, пойдем, прогуляемся до бабушки Эдельвейс, у меня к ней одно дело есть. Жуткой срочности. — Рыжий сделал страшные глаза, и утянул девочку прочь из лавки. На плече малышки, свесив тонкие ножки, восседал Крендель. Он послал мне издевательский воздушный поцелуй. Выглядел при этом донельзя довольным.

Стоило двери закрыться, как Мгла разрослась настолько, что я едва могла видеть расплывчатые силуэты мебели, а присутствие синха рядом окончательно выбило из колеи. Это теперь постоянно так будет? Сердце бьется сильными ударами и грохочет в висках, дыхание учащается и в нос ударяет Его запах.

— Всегда. Так будет всегда, дорогая… — обреченно просипел Дэрэм, вплотную прижавшись. — И да… Ты спросила это вслух…

Он не дает и шанса одуматься, испугаться или отступить. Горячие губы проходятся вдоль моей шеи, дразня, искушая, обещая что-то большее, пробуждая неутолимую жажду близости.

— Дэрэм… зачем ты пришёл… мы же договорились… — пролепетала, пытаясь избежать его, но это было невозможно. Мощное, гибкое тело со стальными мышцами нереально было обогнуть или как-то отстраниться. Клыки недовольно царапнули кожу, но не поранили.

— Знаю, — его интонация полна безысходности. Словно это не он, а я поймала его в ловушку из твердых горячих рук. — Но стоило мне ощутить, что кто-то другой касается тебя… смотрит на тебя… Ахр-р… — его рык становится диким, и язык мужчины касается кожи на шее, ласкает, поднимается к мочке. Он уже давно понял, что там располагается крайне чувствительное местечко. И стон вырывается неосознанно, раскрыв губы в тихом всхлипе.

— Дэ-рэм, — по слогам молю о чём-то, и мужчина меня прекрасно чувствует, доказывая смысл этой глупой обручальной руны. Сдвигается в бок и накрывает поцелуем уже требовательные губы, утоляя мою жажду. Я…соскучилась? Не видела несносных близнецов полдня и изнывала от тоски, занимала себя повседневными бытовыми делами…

Правда, понимание это пришло не сразу, а когда увидела блондина, метающего из глаз и ладоней злые молнии. Ревность его оказалась невероятно приятной, острой и терпкой на вкус. Как и мягкие губы, сминающие мои в отчаянном поцелуе.

— Знаешь, чего мне стоило смириться, что мы с братом тебя поделим?.. — на мгновение он отстранился. Радужки бесцветных глаз слегка светились. Как и руна на лбу бога.

— М? — я затуманенным взором блуждала по красивому лицу. Мысленно обвела скулы и острый подбородок. Его присутствие меня опьяняло, будоражило. В голове плясал восьмибальный шторм, грозящий вот-вот утопить все принципы в пучине страсти. Разрушить баррикады, возведенные бесконечным недовольством собой.

— Многого, очень, — он снова склонился к моей шее, высунул язык и провел им влажную дорожку наверх. Чувственно и сладко. Я забыла как дышать. Тело напряглось в ожидании дальнейших действий Дэрэма. — И выше моих сил… гораздо больше возможного… представить тебя с кем-то еще, кроме нас. Ты — наша, Альбина. Навсегда. Как бы ты сейчас не сопротивлялась, хотя я вижу, что тебе тоже нравится эта игра… делать вид, что можешь сдержаться…

Его губы снова накрыли мои. Я расслабилась. Снова позволила себе отпустить глупые комплексы, забыть, как выгляжу, и просто насладиться им… его пальцами, бесцеремонно залезшими под юбку и сдвинувшими краешки чулок — экземпляров изыска местной моды. Язык танцевал во рту, в такт гибких пальцев, выписывавшей нечто невообразимое по ткани трусиков, не спеша, впрочем, продолжать эту ласку. Слишком скоро неторопливые движения стали пыткой.

Низ живота стало потягивать, промежность увлажнилась. Все происходящее было отражением самого сокровенного, самого постыдного сна. Желанного и ранее запретного. Как заветное лакомство, к которому так хочется прикоснуться и съесть за раз, а не растягивать маленькими порциями. Я была очень близка к тому, чтобы сорваться.

— Дэрэм… это… какое-то безумие… — простонала сквозь прерывистое дыхание и в промежутках между быстрыми поцелуями.

— Точно. Безумие, что мы ждали тебя так долго, распаляясь на других женщин, — синх опустился на колени и под протестующий стон закинул мое колено себе на плечо, вынудив опереться о стену.

Долгожданная ласка не заставила себя ждать. Трусики все же сдвинули, и приникли к самому сокровенному и жаждущему месту.

— А-ах! — я больно закусила палец, чтоб не сильно шуметь. Мысль о том, что нас услышат снаружи прямо пробивала поясницу постыдной волной, но и почему-то заводила невероятно. Язык беловолосого близнеца уже вполне освоился внизу, с завидным постоянством заставляя меня сжиматься и стонать.

В какой-то момент движения стали чаще, ритмичнее, и крышесносный оргазм приятным напряжением пробил них живота. Но Дэрэм не остановился, как я думала, а лишь переключился на внутреннюю сторону бедра, осыпая его быстрыми прикосновениями губ. Средний палец бога легко скользнул между складочек, радостно сжавших его в ответ.

— Что ты делаешь? — несколько потерявшись под волной удовольствия, я плохо соображала.

— Хочу, чтобы ты не сомневалась, когда придёт момент, — бесцветные глаза посмотрели снизу горящим голодным взглядом. — Мы же договорились? Никакого принуждения, Альбина… только твои желания. Чувственность, постепенно пробуждающаяся в тебе. Ты уже знаешь, чего ждать от моих прикосновений, и сама открываешься на встречу. Больше не сжимаешься враждебно, а принимаешь с радостью… Я почти тебя приручил…

— Глупости… — выдохнула, ощутив, как его палец входит в меня.

— Как скажешь, дорогая… — он царапнул клыками по нежной коже, а после… прокусил ее. Совсем не больно, скорее наоборот, в сочетании с его ласками иррациональное чувство единения вдруг возникло в сознании. Это и есть связь? Ощущать вкус крови на своих губах, когда Дэрэм неспешно смакует каждую каплю?.. Стонать от чувства невообразимого голода и удовольствия одновременно. Взрываться звёздами, теряясь в самом лучшем лакомстве синха — крови возлюбленной.

Пусть он не знает, что я прекрасно понимаю происходящее. Пока это будет моим секретом. Коварным женским вывертом, когда выбора нет. Дэрэм сказал, придёт момент. Возможно, он настал прямо сейчас. Когда комната вращается и перед глазами всё плывет, когда пальцы нервно и с мольбой о большем сжимают крепкие мышцы чужих плеч, когда хочется… избежать расставания и продлить минуты как можно дольше… Кричать, метаться в его руках и знать, что у меня тоже появилось любимое лакомство…

Два близнеца, с которыми свела сама судьба. Черное и белое безумие, воплощенное в их телах, умах и качествах. Идеальных для меня… Божественных…

Дэрэм оторвался от бедра и зализал раны. Белый туман исчез. Мужчина поднялся, и облизнулся как сытый зверь. Клыки втянулись, а вот руна засияла словно еще ярче.

— Ты… сыт? — сморозила очередную глупость.

— Едва ли, — отозвался мужчина, сильнее вжимаясь в меня напряженным телом. Где-то между ног я почувствовала возбужденную плоть, упирающуюся в низ живота. Он потерся об меня, кожа к коже, растягивая влагу между нами, давая почувствовать размеры и перейти на новый виток безумия.

— Дэр… но я же не… Всё должно быть не так, — я пошевелилась, стараясь вырваться из захвата, но сделала только хуже.

Большой напряженный член бога прижался к промежности сильнее и надавил на клитор, пуская по возбужденному донельзя телу горячие, требовательные, импульсы.

— Согласен, — он прочистил горло. — Не здесь и не так. Ты достойна лучшего, — горячий язык раздвинул мои губы и нежно прошелся по внутренней, чувствительной коже.

Он же принял мое мнение, тогда почему не останавливается?! Еще и рот заткнул и только ловит негодующие вздохи.

Дэрэм совершил провокационное движение бедрами, давая прочувствовать всю длину от основания до головки, что на мгновение упёрлась во вход, но быстро поменяла положение, устремляясь вниз по желанию обладателя органа. И еще раз. Сладостная пытка. Он ускорился, чувствуя, что я откликаюсь, и тоже хочу этого. Пусть и не до конца, но познать его хотя бы так…

— О… Боже… — простонала сквозь неистовые поцелуи Дэрэма.

Резкий финальный толчок прекратил общую агонию. Я обессиленно повисла на руках партнера.

— Что-то мне подсказывает, ты имела в виду какого-то конкретного бога…

— Точно… — слабо простонала в ответ, медленно приходя в себя. Мысли путались, тело горело…