4

Линара

Не знаю, сколько времени проходит, прежде чем я прихожу в себя. В комнате стоит неестественная тишина, ни звука, ни движения. Или это я больше ничего не слышу? Только бешеный стук сердца, гул в ушах и собственный страх. Грудь сдавливает, дышать тяжело, будто воздух стал густым, как смола.

Поднимаюсь с постели, ноги дрожат, меня всю потряхивает. Внутри — хаос. Торопливо роюсь в ворохе своей одежды, почти на ощупь. Пальцы цепляются за ткань, на секунду сжимаю руки в кулаки. Отчаяние медленно подкатывает к горлу. Где он? Где этот чертов телефон?

Наконец нащупываю пальцами холодный корпус. Он будто обжигает кожу. Судорожно нажимаю на вызов. Гудок. Второй. Третий.

Абонент временно недоступен. Оставьте сообщение после сигнала.

Тихий механический голос врезается прямо в сердце. Руки непроизвольно начинают дрожать. Нет! Нет, нет, нет.

Откладываю телефон в сторону, вытирая ладони об одежду и набираю снова. Снова, снова, и снова. Внутри меня что-то рвётся, разлетается острыми осколками. Пальцы дрожат так, что я едва попадаю по экрану.

— Пожалуйста, Олег, ответь...

В груди разрастается паника, она душит меня изнутри, разрывая лёгкие. В памяти вспыхивают обрывки. Олег, поправляющий мне рюкзак перед первым сентября. Олег, несущий меня домой на спине, после моего падения с велосипеда. Олег, обещающий всегда быть рядом, даже если будет тяжело…

Он не мог просто исчезнуть!

Снова автоответчик. Всё тот же пустой, равнодушный голос, который рвёт меня изнутри. Как будто весь мир решил замолчать, когда мне больше всего не хочется оставаться в тишине.

Мир перед глазами плывёт, слезы застилают глаза, стираю горячие капли, но они текут без остановки. Дыхание сбивается, становится рваным. Что происходит? Что мне делать?

Каждый вздох рвёт грудную клетку изнутри. Я должна что-то сделать. Бежать, искать его? Следом другая мысль — тяжёлая, придавливающая, как плит. Нет! Если я уйду, подставлю брата. Я должна остаться. Должна... ждать. Но как ждать, когда мир вокруг рушится?

Дверь медленно приоткрывается, прорезая полосой света сумрак комнаты. Поднимаю голову, пытаясь сфокусировать взгляд. Растираю ладонями лицо, разглядывая фигуру на пороге. Ольга. Встречаюсь с её взволнованным взглядом, он полон беспокойства и тревоги, почти физической, как если бы моя боль стала её. Она молчит, но я вижу, как напряжённо сжимает губы.

Женщина медленно подходит ко мне, осторожно, будто я дикий зверь, который может наброситься в любую секунду. Я пытаюсь подняться. Мягкие, но уверенные руки подхватывают меня, когда я теряю равновесие.

— Вот так, девочка, поднимайся, — произносит мягко.

Вижу, как она несколько раз набирает в грудь воздух, будто хочет что-то сказать, но затем отказывается от этой затеи, крепче прижимая меня к себе. Я не сопротивляюсь, сил не осталось. Внутри пустота: ни страха, ни злости, ни даже боли. Только выжженное место, где раньше было что-то живое.

Ольга усаживает меня в кресло, молча уносит поднос с остывшим ужином, а через несколько минут возвращается с кружкой. Тёплый пар щекочет нос, но запаха я почти не чувствую.

— Выпей, милая, — произносит тихо, но настойчиво. — Организму нужно помочь. Вряд ли твой брат хотел, чтобы ты заморила себя голодом.

Поднимаю на неё уставший взгляд и киваю. Поднос с напитком оказывается у меня на коленях. Покорно подношу кружку к губам и на автомате делаю глоток, не ощущая вкуса. Главное что-то делать, чтобы снова не сорваться в истерику.

Как только ставлю кружку, вновь хватаюсь за телефон. Набираю номер снова и снова, слушая голос автоответчика.

Слышу, как Ольга тихо вздыхает и, прежде чем успеваю как-то отреагировать, чувствую, как она осторожно начинает расчёсывать мои волосы. С каким-то особым трепетом и заботой. Так, как когда-то мама в детстве. Как будто забота может затянуть трещины в душе. Я не могу произнести ни слова, но где-то в глубине вспыхивает робкая искра благодарности.

— Меня зовут Линара, — произношу хриплым, будто не своим, голосом.

— Очень приятно. Жаль, что при таких обстоятельствах, — женщина слабо улыбается, откладывая расческу и становится передо мной.

Она немного колеблется, и чуть помедлив, всё-таки спрашивает:

— Ты звонишь брату, верно? Может не стоит…

Она не успевает закончить, потому что я вскидываю голову и впиваюсь в неё взглядом.

— Что? — выходит резко.

— Милая, — Ольга осторожно подбирает слова. — Я имею в виду только то, что, если тебе не отвечают, значит, на это есть причина. И потом, твой брат отправил тебя сюда не случайно. Возможно, сейчас тебе стоит довериться Андрею Викторовичу.

— Хозяину дома? — спрашиваю, хотя знаю ответ.

— Да. Он сможет помочь, поверь.

Отвожу взгляд. За окном кружат снежинки, и там, в ночной тишине, больше покоя, чем во мне. На мгновение мне хочется стать одной из них — невесомой, свободной, чтобы просто лететь, а потом исчезнуть. Но на деле, я чувствую себя словно погребенной под сугробом.

— Если честно, — мой голос снова срывается, дрожит. Проглатываю ком в горле и вновь перевожу взгляд на Ольгу. — Он меня напугал. Его глаза…

Провожу руками по плечам, пытаясь согреться, но дрожь не уходит, потому что холод идет изнутри.

— Я не понимаю почему Олег отправил меня именно сюда, к нему. — выдыхаю я. — Но, наверное, мне стоит рассказать ему всё.

Дыхание перехватывает. Резко вдыхаю, стараясь отбросить мысли. Я не могу. Хочу рассказать, но не могу. Я боюсь. Боюсь, что, это сон и если я произнесу его вслух, он станет реальным.

— Брат тебе ничего не объяснил, не просил ничего передать? — Ольга смотрит на меня пристально, но без злобы.

— Нет, — медленно качаю головой. — Знаете, у Андрея был такой взгляд, — шепчу, подбирая слова. — Будто он увидел привидение.

Ольга вздрагивает и замирает. На миг на её лице мелькает что-то странное. Но она быстро берёт себя в руки, тихо отвечая:

— Он растерян не меньше тебя, поверь.

Слова застывают на языке. Возможно… В голове всё ещё стоит образ этих глаз — холодных, тяжёлых, прожигающих насквозь. Но там было что-то ещё. Боль, растерянность, может, даже страх.

Ольга вырывает меня из размышлений, сказав, что вернется после того, как уточнит у Андрея, готов ли он выслушать меня. Она уходит, оставляя меня наедине с моими мыслями.

Снова хватаю телефон, и смотрю в экран. Пусто. В голове всплывают слова женщины, и я решаю больше не испытывать судьбу

Я была уверена, что этой ночью не смогу уснуть, но усталость берет своё. Как только голова касается подушки, я проваливаюсь в темноту. В тяжелый, рваный, беспокойный сон, с одним единственным желанием: чтобы завтра всё оказалось неправдой.

***

График прод: понедельник, среда, пятница. Со временем постараюсь увеличить количество прод в неделю.

Приятного погружения.