Глава 16

Инесса

Уезжать от Миши утром было сумасшедше тяжело. Он старался не показывать вида, но ревность его разъедала и парень еле сдерживаться. Все утро не выпускал меня из рук. Утренний дикий секс, душ, совместное приготовление завтрака и поедание его у Миши на коленях. 

Он задумчиво пил кофе и теребил мои волосы на автомате. Тело подо мной подрагивало и сердце в груди, к которой я была прижата, выдавало ускоренный ритм.  Миша не проронил почти ни слова, но его молчание было даже более говорящим. Он не просто ревновал, он осуждал, за то, что опять выбираю не его и я понимала. Пора все прекращать в срочном порядке, иначе Миша сорвется. 

Добравшись до знакомого ТЦ и пересев из подержанной пежухи в новый BMW я выдохнула. И, как ни странно, с облегчением. Терзания касательно Миши отступили, сменяясь чередой сумбурных мыслей и воспоминания о Матвее.  Для мужа я была у родителей и он ждёт меня сейчас. Его обещание, сказанное на парковке ТЦ, куда он отвёз меня после гольф-клубе одновременно напрягает и наполняет томлением. Ничего не могу с собой сделать. В последнее время между нами летят искры и это заставляет опять думать о нем, невольно воскрешая уже не нужные мне чувства, которые я с таким трудом вытравила из своей души. 

Встреча с Матвеем пугает. Что он придумает на этот раз? 

Пора завязывать с этим сексом, с нашим браком и с моей ложью, ибо нервы сдают. 

Сегодня мы в последний раз идём вместе куда-то как пара. Для него это очень важно, я ему это дам. А потом мы поговорим. Пусть это будет скандал, я даже скажу, что знаю об Алёне и уйду. Хватит. Иначе при тех попытках вернуть наши отношения, что он предпринимает, у Матвея вполне может получиться.

Приезжаю домой довольно быстро и застаю Матвея в рабочем кабинете. Он решает какие-то дела и лишь рассеянно кивает мне в знак приветствия. Отлично, так даже лучше. Меньше разговоров, больше дела.

Быстро принимаю душ, наношу макияж и вытягиваю до зеркального блеска волосы. На запястья немного любимых духов мужа. 

- Что мне лучше надеть? - Кошусь на Матвея, который уже вошёл в спальню, все еще в домашней одежде и с телефоном у уха. Он откладывает гаджет и идёт следом за мной в гардеробную, где я замираю  в нерешительности перед вешалками с одеждой и оборачиваюсь на него, - какого плана мероприятие?

- Давай белый брючный костюм и те бриллиантовые серьги, что я подарил на свадьбу. Это благотворительность, - Матвей не спеша приближается вплотную и обнимает меня за спину. Нос утыкается в мою шею и я слышу протяжный удовлетворённый стон. Будто он реально скучал,- я помогу, - пальцы легко тянут на пояс шелкового халата и он падает с тихим шуршанием на пол, оставляя меня в уже надетом ранее белом кружевном комплекте белья.

Слышу, как дыхание за моей спиной учащиеся и меня вжимает в горячее тело. Матвей обхватывает ладонями грудь в лифчике и тихонько сдавливает. Стон с моих губ срывается раньше, чем я осознаю, что хочу его удержать. Муж довольно усмехается в мои волосы и его ладони ползут ниже на живот. Пальцы играючи касаются чувствительной области под пупком и по телу прокатывает горячая волна, она бьёт в уже возбужденный центр в самом низу. Я пытаюсь выровнять дыхание, но ладони не оставляют мне шанса, нежно соскальзывая на внутренние стороны бёдер и дразнят кожу лёгкими прикосновения. Это просто какая-то изощренная пытка. Трахнул бы уже без сантиментов и поехали, черт!  Ладонь накрывает влажные насквозь трусики и с силой сжимает, от чего я инстинктивно подаюсь бедрами назад и впечатываюсь в его каменный стояк. 

- Хочешь? - звучит хрипло и соблазняюще в самое ухо. Стискиваю зубы, чтобы хотя бы просто молчать, стоит открыть рот и единственным, что из меня вылетит будет "да".

Я молчу и муж оставляет хватку, ладони и его тело исчезают, давая возможность вдохнуть. 

- Но белье я бы переодел, оно насквозь мокрое и, возможно, так тебе будет не комфортно, - легкая насмешка и Матвей замирает в проеме, сложив руки на груди. 

- Хорошо, - отвечаю сквозь зубы и рывком стаскиваю с плечиков костюм и шелковую блузку. Нервы точно сдают. Тащу все мимо него в спальню и бросаю на кровать. Вот что сейчас со мной? Я злюсь на него за то, что не настоял сам или на себя за то, что испытываю по этому поводу неуместную досаду?

Вынимаю из коробки массивные серьги и подходящие часы и кольца. На шею тонкая цепочка с маленьким, но не менее дорогим камушком. Белье приходится переодеть и Матвей удовлетворенно хмыкает, с удовольствием следя за процессом. 

Сам не спеша одевается и оценивает наш общий лук в ростовом зеркале:  

- Правда, мы идеально смотримся? - Матвей одет в белую рубашку и брючный костюм из темно-синей ткани. На руках дорогие часы, золотой зажим и запонки довершают образ успешного бизнесмена.

Муж обнимает меня за талию и прижимает к себе, окуная в мой любимый морской аромат.

- Да, как с картинки, - я немного нервно поправляю цепочку на шее.

- Инесс, мы не картинка, мы семья, - Матвей ласково улыбается и оставляет на шее цепочку легких поцелуев, - не волнуйся. Тебе не нужно быть идеальной, будь собой.

Собой? Я задерживаюсь на его лице и впервые задумываюсь. А смог бы Матвей принять меня такой, какая я есть? Ведь с начала наших отношений я постепенно перестала ею быть и стала совсем другим человеком. Нет, наверное не смог бы…

- Хорошо, - сдержанно улыбаюсь Матвею и мы рука об руку выходим из дома, затем доезжаем до центральной больницы. Чем ближе к ней, тем больше я начинаю нервничать.

Насколько я помню, Миша работает именно здесь. Но у него смена на скорой, так что мы точно не пересечемся.

- И что за благотворительность? – немного тревожно смотрю на мужа. Он уже припарковался у входа и обошел машину, чтобы помочь мне выбраться из нее. Матвей разворачивает ладонь и я вкладываю свою, крепкий захват и я оказываюсь впечатанной в мужа. Сердце опять предательски ухает и на моих губах остается еще один быстрый смазанный поцелуй.

- Купил нужное оборудование, - он обнимает меня за талию и ведет в сторону входа, где нас встречают с почестями.

В фойе на первом этаже выстроилась небольшая делегация из седовласых врачей. Они благожелательно улыбаются нам обоим.

- Все на третьем. Знаю, - к нам подходит улыбчивый сухенький старичок с бейджем «Главный врач» и энергично пожимает Матвею руку, - вы не хотели никаких почестей. Но сотрудники больницы хотят вас уважить. Для всех это безумно важно.

- Хорошо, - муж немного смущенно улыбается ему в ответ и плотнее прижимает меня к себе, - тогда идем.

В грузовой лифт помещается вся наша небольшая компания и мы выходим на нужном этаже. Просторный светлый холл, полностью забитый людьми при нашем появлении мгновенно оживает. Нарастают одобрительные аплодисменты, громкий гомон и даже веселый свист. Мы вливаемся в эту позитивную толпу и тут же вокруг нас образуется свободное место. Нам дают немного свободного пространства и заодно все получают возможность рассмотреть своего спонсора, а заодно и меня.

Глупо-то как, я ведь даже не в курсе, что Матвей для них точно сделал.

- Вот и наш Матвей Эдуардович собственной персоной, - из-за наших спин появляется главврач и откашливается, он опять хлопает в ладоши и все остальные подключаются.

- Лучше Матвей, - на лице мужа появляется расслабленная улыбка, - Эдуардовичем хочется начать называться лет через десять минимум, - он переплетает наши пальцы и целует тыльную сторону моей ладони, - а это моя жена Инесса. Спасибо за возможность, что больница предоставила нам. Знать, что благодаря оборудованию, которое мы купили сюда, будет спасена не одна жизнь, очень почетно.

- Спасибо вам, что выделили такую огромную сумму, - доносится из толпы звонкий женский голос, - для моего сына это было как раз вовремя, спасибо, - немолодая женщина срывается на слезы и ее начинают утешать. По толпе прокатывается одобрительный гомон.

- Ну вот Инесс, не зря значит впахиваю день и ночь, - замок наших ладоней становится крепче и муж склоняется ко мне. Его дыхание опаляет мой висок, а следом я чувствую мягкое прикосновение губ.

Окружающие одобрительно улыбаются нам, хлопают и смотрят с благоговением. Матвея уже любят. Этот общий напор немого обожания прорывает плотину моей сдержанности и заставляет поддаться общему настроение. Мне тоже хочется быть ближе к мужу и хочется стать частью этого всего.

- Не зря, - отвечаю растроганно. Сердце начинает скрести от водоворота эмоций и утыкаюсь мужу в бок. Поддавшись общему настроению, тоже пускаю слезу, когда главврач в красках рассказывает о трех аппаратах ИВЛ, так необходимых им сейчас.

Нам выдают по бокалу шампанского, врачи по очереди жмут мужу руку, а медсестры целуют в щеку и без стеснения говорят какой он красивый мужчина и как мне повезло. Я лишь смущенно пожимаю плечами и держусь к нему как можно ближе. Матвей весь светится и периодически меня целует. Таким открытым и эмоциональным, без пафосных замашек я вижу его не часто. Это цепляет и заставляет откликаться.

Я отпиваю из бокала, шампанское на голодный желудок немного туманит голову и окончательно расслабляет. Это светлый момент, которые еще надолго останется в моей памяти. Момент триумфа Матвея и я могу побыть рядом и немножко погреться в лучах его славы. Все же я его жена.

Муж шутит, все подхватывают и раздается хохот. Я и сама утыкаюсь лицом Матвею в грудь смеясь, разглядывая веселые лица, обращенные ко мне.

И только на одном лице нет ни грамма радости. Оно безжизненно и подернуто бледностью.

Миша.

Откуда он тут? Зачем? Он же говорил, что будет работать на скорой.

Я инстинктивно пытаюсь отшатнутся от Матвея, но его твердая ладонь удерживаем меня на месте. Муж удивленно смотрит на меня сверху вниз, пытаясь понять смену моего настроения.

- Все хорошо, малыш? Ты бледная, - его пальцы аккуратно проезжаются по линии моего подбородка и успокаивающе поглаживаю щеку.

- Это шампанское, наверное, - растерянно бормочу я, сжимая в ладонях пустой бокал, - совсем не ела с утра.

- Не стоит пить на голодный желудок, - муж озадаченно забирает у меня бокал и ставит на стол, недалеко от нас, - заедем поедим, когда все закончится, - его ладонь успокаивающе гладит мою спину, еще сильнее прижимая к его груди. Подбородок опускается на мою макушку и я слышу шумный выдох.

Бросаю несмелый взгляд на Мишу, который стоит все там же и ошарашенно рассматривает на нас с мужем. На его лице непонимание и растерянность. Все это общее положительное настроение сыграло со мной злую шутку, я на время забылась и была счастлива рядом с мужем по-настоящему. И Миша это увидел. Не имитацию чувств, на которых я настаивала, а настоящие эмоции.

Мне срочно нужно поговорить с ним, объяснить. Только как это сделать сейчас? До вечера точно нельзя ждать, иначе он может очень сильно себя накрутить и что будет на выходе неизвестно. С тревогой посматриваю на Матвея и пытаюсь придумать предлог, чтобы уйти хотя бы ненадолго.

- Нам еще нужно сходить в соседнее здание, хочу показать тебе кое-что, - муж отвлекает меня от переглядываний с Мишей и доверительно сообщает это, склонившись к моему лицу и неотрывно всматриваясь в мои тревожные глаза. Я пытаюсь изобразить заинтересованность, но получается не очень, напряжение внутри слишком сильное, - думаю тебе будет интересно, - вдруг широко улыбается и жадно целует. Он неожиданности я только ахаю и прежде, чем успеваю что-либо изобразить, меня отпускают и опять собственнически обнимают за талию.

- А что там? – спрашиваю слабо, разглядывая пол под ногами, посмотреть в сторону Миши не получается физически. Стыд заливает меня до макушки и расходится по телу удушающим жаром. Даже ноги становятся слабыми.

- Идем, - Матвей тянет меня к лифту и мы покидаем холл, где люди уже начинают расходиться по своим рабочим местам. Обеденный перерыв закончен, пора работать. Я бросаю последний беспомощный взгляд в стороны Миши, но там его уже нет. Его вообще больше нет в холле. Он ушел.

Дверь лифта смыкается за нами и Матвей опять тянется ко мне, обнимая и целуя глубоко.

- Спасибо, что сегодня ты рядом со мной, - мы наедине в тесном пространстве и его тон очень интимный и проникает слишком глубоко. Муж с трудом отрывается от моих губ и тянет на выход. Мы проходим по длинному коридору, лифт, лестница, путанные переходы.

Мой пульс разогнан до предела, мысли скачут в полном беспорядке от нереальности происходящего.

Матвей.

Миша.

Они были в одной комнате, два мужчины, с которыми я живу и сплю в одно и тоже время. Если раньше у меня не возникало такого чувство, то сейчас оно пропитывает меня своим ядом.

Шлюха. Натуральная потаскуха. Что я вообще творю в своей жизни? Муж и любовник. Господи, какая я пропащая.

Миша, наверное, именно так и думает обо мне сейчас. Особенно когда увидел, как я тепло общаюсь с Матвеем.

С трудом переключаюсь на обстановку вокруг. Холл тут не такой большой и освещение приглушено. А еще здесь очень тихо и стерильно, каждый мой шаг на шпильках разноситься эхом по уходящим в обе стороны коридорам. Незаметно подошедшая к нам медсестра выдала бахилы, маски и одноразовые халаты. Она мягко и благодарно улыбнулась Матвею и удалилась. Похоже все его здесь знают. И Миша теперь тоже.

- Сюда нельзя толпой и нас пустили ненадолго, - Муж готовит в полголоса и быстро накидывает на себя халат.

- А где мы? – так же в полголоса спрашиваю я, рассматриваю пустой коридор и большие стекла палат.

- Эта уже роддом. А конкретно здесь смотрят за недоношенными детками, они лежат в боксах, потому что сами еще недостаточно развиты и не могут дышать или кушать самостоятельно, - Матвей забирает у замешкавшейся меня халат и расправляет его, накидывая и мне на плечи. Я опираюсь на мужа и с трудом натягиваю бахилы на свои шпильки.

- И что ты сюда купил? – заглядываю в его лицо с интересом.

- Эти самые боксы, один для совсем сложных случаев. И еще новый генератор, чтобы не возникало перебоев с электричеством. К сожалению, такое случается и может иметь самые печальные последствия, - он хмурится и переводит взгляд в сторону палат, - хочешь заглянуть?

Подхожу к большим окнам и заглядываю через большие прозрачные стекла. Сердце замирает и сжимается. Мои проблемы сразу кажутся такими мелочными и несущественными, когда видишь все это. В большой белой комнате, наполненной современным оборудованием, стоят несколько рядов боксов. Все стерильно и по-больничному, так безлико, но так необходимо. И эти совсем малюсенькие детки, тихо посапывающие в боксах. Совсем крошечные и беззащитные. В горле ком и хочется плакать. Я с тревогой оборачиваюсь на Матвея, который подходит со спины и крепко обнимает, удерживая в вертикальном положении, когда я немного пошатываюсь. Рядом с некоторыми боксами сидят их мамы. В сравнении со взрослыми разница в размере ошеломляющая, некоторые нереально крошечные. Неужели выживут?

- О боже, Матвей, это же, - я задыхаюсь и не нахожу слов, - ты такой молодец, - оборачиваю и смотрю вверх. Бросаю восхищенный и благодарный взгляд на мужа. Столько маленьких жизней, которым он помог.

- Молодец? – Матвей улыбается мне в волосы, - это как-то слишком громко. Я обычный человек, который просто поделился деньгами.

- Это не Ламба и не серьги с бриллиантами, на что обычно уходят большие деньги. Черт, Матвей – это же спасет их жизни, - парируя я его попытку преуменьшить свой вклад.

- Спасет, - ладони мужа смыкаются на моих предплечьях.

Все, что происходит сейчас кажется даже нереальным. Не со мной. Не с нами. Не с Матвеем. Он же совсем другой человек. Жесткий, повернутый на работе, ведомый своими желаниями. Трахающий любовниц в конце концов. Разве может он быть таким? Щедрым? Добрым? Человечным? Сомнения расползаются по груди, душа радужное настроение.

С одной стороны я боюсь спросить, но с другой не могу не спросить. Я должна знать наверняка.

- Это какая-то программа, тебе снизят налоги? – нерешительно кусаю губы и уже стыжусь, что произношу это вслух.

- Не в этот раз, - отвечает Матвей сдержанно и хватка его рук слабеет. Мои слова задели.

- Тогда почему? Не помню за тобой таких широких жестов, - все равно пытаюсь продавить свою линию.

- Ты слишком плохо обо мне думаешь, - улыбка с лица Матвея сходит окончательно и он становится печальным. Ну вот. Чувствую себя сволочью. Такой момент испортила и незаслуженно.

Да что я за человек такой, ну? Вот же все как на ладони, прямо перед моими глазами, а я все подвох ищу. Это все моя жизнь двойная долбаная, сделала дерганой и подозрительной. А он просто хотел помочь.

И если Матвей делает так не всегда и даже очень редко, это еще не значит, что на такое он не способен. А вот мое неверие бьет по ее благородным намерениям больно и наотмашь. Не хватало еще своим скотским отношением отбить у него желание совершать такие нужные людям жесты.

- Прости, - в моем голосе столько раскаяния, сколько я могу в него вложить. Оборачиваюсь к Матвею и с силой обнимаю за шею, тяну к себе, впечатываюсь в его губы, - я не должна была так говорить, - разрываю поцелуй и соприкасаюсь своим лбом с его, -  Ты так помог, а я.

Раскаяние и злость на саму себя рвет на части. Сука же.

- Все в порядке, - муж мягко улыбается и заглядывает в мои виноватые глаза. Его взгляд пронзителен и серьезен, - главное, что ты сейчас рядом, здесь, со мной. Я столько в жизни сделал неправильно, но я пытаюсь быть лучше. Дай мне шанс не быть в твоих глазах козлом.

- Матвей, - в груди печет от эмоций. Я прекрасно понимаю, о чем он. Ему нужен этот долбаный шанс для нас двоих, который еще пару часов назад я бы точно не могла ему дать.

А что сейчас? Как поступить? Что ему сказать? Я же не последняя сволочь, чтобы после такого его взять и бросить!