Глава 20

Матвей

Нужно все решать и быстро, тянуть дальше смысла нет. Поговорил вчера с Сергеем, посмотрел на перспективу жениться на какой-нибудь Алене и как-то быстро протрезвел.

Хорошо, что перед сном глянул записи и понял что двух недель у меня нет, есть всего один день. Инесс звонила уже два раза, но я упорно не брал трубку и скидывает ей сообщения, что нахожусь на совещании.

У тебя, милая, не получится меня обыграть.

Сажусь за свой рабочий стол и выжидаю оставшиеся минуты до его прихода. Дверь хлопает и Миша входит в кабинет в сопровождении моей охраны.

- Мог бы и догадаться, - он прячет руки в карманы своей униформы и медленно пересекает кабинет. Пришел даже со стетоскопом на шее. Охрана его из больницы притащила, там даже никто не возразил.

- Влад, спасибо, можете пока быть свободны, - киваю начальнику охраны продолжаю рассматривать Мишу. Так близко в реальности мы не виделись и уж тем более не говорили, - садись, - киваю ему на место перед своим рабочим столом.

Он морщится, осматривает мой кабинет и все же садится в кресло.

- Я ее не отдам, - в его голосе полно решительности.

Ну конечно…

- Нельзя отдать то, что и так не твое, - усмехаюсь ему и бросаю на стол свежий номер журнала, где мы с Инессой на обложке. Он скользит глянцем по стеклянной поверхности и останавливается у ее края, - нехорошо спать с чужой женой, Михаил.  

- Она с тобой разводится, - цедит он сквозь зубы, рассматривая наше фото из больницы, где мы с Инессой выглядим более чем счастливыми.

- Забавно, - встаю со своего места и обхожу стол. Опираюсь на его край и вытаскиваю из рук Миши журнал, - мне об этом Инесс не сказала.

- Что за бред? – Миша явно не собирается мне верить.

- По легенде, - я беру в руки свой мобильный, - она у мамы с папой, думает над нашими отношениями. Вот, можешь убедиться, - показываю ему нашу переписку. Мы созванивается, разговариваем и пока ни о каком разводе не думаем, -  мельком показываю Мише журнал звонков, где Инессины входящие лидируют в количестве.

- Она подаст документы на развод в четверг, - отвечает он глухо и  начинает рассматривать свои руки, сжатые на коленях в кулаки.

- Не думаю, - я качаю головой, - а если и подаст, это ничего не изменит.  

- С вами сложно бороться. Из больницы вытащили, главврач даже ухом не повел.

- Так будет всегда и во всем, Миш. Такова жизнь.

- И что вам надо тогда, если от меня ничего не зависит? – вскидывает он голову и смотрит с вызовом.

- А я по-хорошему поводу тебя позвал, Миш. Хочу поздравить, тебя на стажировку в Германию взяли. У них совершенно не случайно оказалось место, - улыбаюсь как можно благодушнее.

- Постарались? – сжимает он челюсть.

- Да, - честно отвечаю, - выступил спонсором, - наклоняюсь к нему ближе, - это единственный шанс в твоей жизни, другого такого не будет никогда.

- И что же от меня потребуется? Отойти в сторону? – нервно усмехается и качает головой.

- Этого мало, ты должен ее бросить, - отвечаю четко и без эмоционально. Он вздрагивает всем телом и впивается пальцами в подлокотники кресла. Глаза мечутся по мне. Не верит, что я способен на такое.

Миша сглатывает и отмирает:

- Нет, - качает он головой и встает. Его голос переходит на шепот,  - спасибо за предложение, но я его не приму.

- Миша, ты хоть понимаешь, что делаешь с ее жизнью, осознаешь? – сжимаю край стола до боли в ладонях. К чему это его глупое упрямство, раздражает.

- Она меня любит и я ее тоже, - он надменно усмехается, - мы справимся со всем.

Ну вот снова, как ребенок. Ей богу. Любим. Справимся. Все пространно и неопределенно. Гуманитарий, бля…

- С чем? – блядь, я уже не выдерживаю этой откровенной глупости, - что ты можешь ей предложить вообще? Переедешь в ее маленькую квартирку и пересядешь к ней на шею? Если не уедешь в Германию, то учебу придется продолжить здесь. Асперантура, докторонтура, подработка в больнице за капейки. Миша, блядь, Инесса хочет нормальную семью, ребенка и ей нужен подходящий мужик. Такой, который пишет диссертации, пока она впахивает на двух работах у нее уже был. Доктор, блядь, филосовских наук. Учти, с ним Инесс развелась. Она не из тех, кто будет терпеть долго и мучительно, Миш. Это пока у вас тут розовые единороги летают - вы счастливы, а через год что? 

- Мы справимся, - он подбирается и прячет руки в карманы, -  Инесса не просто так ушла, с тобой тоже было не сладко.

- Она не ушла, она у родителей, блядь, - прикрываю глаза ладонью и пытаюсь совладать с яростью. Столько раз представлял как его убиваю, что сейчас с трудом сдерживаю себя чтобы не подойти к Мише ближе и не сорваться, - Думает о наших отношениях. О наших! Ты меня вообще, слушаешь? Очнись! Инесса не верит в то, что у вас получится, ты это понимаешь?

- То, что она сомневается – нормально. Но Инесс уже уехала от тебя и предложила жить вместе. Я переезжаю вечером, - давит он видимо стопроцентными доводами.

Миша - Миша, не тебе со мной тягаться в доводах.

- Все ее вещи, кстати, дома, - парирую я спокойно, - так и висят в шкафу, рядом с коробкой ювелирных украшений, а в гараже ее ждет новенькая  BMW. Не та, на которой Инесс каталась последний год. Та ей надоела. Две недели назад малышка выбрала новую и я ей купил. Я всегда покупаю ей то, что она хочет.

- Счастье не в деньгах.

Ой ли… так обычно говорят те, у кого их нет. Смешно же.

- Но и без них ничего не будет, особенно с такой избалованной девочкой, как Инесс. Пока она прогибается и молчит. Но это ненадолго. Инесс уже сказала, что хочет ребенка? Не через несколько лет, сейчас? Ммм? Что скажешь? Готов?

- Я не буду против, - он опять садится в кресло и нагло закидывает ногу за ногу.

Отлично мальчик, сделай бабе ребенка и можно будет успокоиться. Застолбил же, так сказать. Сука, ну и безответственный щенок.

- Молодец, - хлопаю в ладоши, - повесь на нее кофейню, ребенка и твою учебу. Долго продержитесь? И учти, я не отойду на второй план. Не дам вам жить спокойно.

- Ты спятил, долбаный псих! – Миша бледнеет и с раздражением ударяет кулаком по подлокотнику. Глаза горят, поза напряженная. Похоже, готов сам броситься в драку. Ну попробуй, слабак, сделай ко мне хотя бы шаг, дай мне долбаный повод. Кулаки так и зудят в ожидании, - тебе же жена изменила, где твоя гордость?

Начинается. Вместо драки доводы, точно слабак. Закатываю глаза к потолку.

- Она и тебе изменяла, кстати. Ты вообще как, легко ко мне отпускал? Или может ты думаешь, мы как престарелые супруги с Инесс, раз в год? Ммм? - усмехаюсь с издевкой, -  Разочарую, как кролики. Ну вот последний раз на парковке гольф-клуба в ламборджини. Инесс очень понравилось, думал весь клуб на ее крики сбежится. Средь бела дня! Страстная моя женушка. Пострахась с мужем и любовнику продолжать развлекаться укатила. 

- Я тебе не верю.

- Ух, неужели ты думал ей со мной противно? Ты вообще мою жену хорошо знаешь, а?

- Сука ты, Левашов.

- Беспринципная сука, - поправил я и нагло оскалабился, - но без этого вряд ли получилось бы достичь всего этого, как думаешь? – указываю рукой в сторону панорамного окна, из которого вид на всю столицу, - Инесса вышла за бизнесмена не просто так, со мной надежно, а ты временно помешательство. Ей стало скучно и захотелось приключение. И я готов забыть это приключение, потому что люблю жену, - не удерживаюсь, отрываюсь от столешницы и нависаю над Мишей, - ты еще не понял, я ее верну любой ценой, вопрос только в том, что будет с тобой. Собирай манатки, в немецкой клинике тебя ждут уже сегодня, у них есть, что предложить тебе еще до начала стажировки. В нашей больнице тебя отпускают. Документы готовы. Иди к Инессе, прощайся и уматывай.

- Нет, - он упрямо качает головой.

Сучоныш! Дождешься же!

- Ты не понял, - холодно усмехаюсь, понимая, что без прямых угроз уже точно никак, - ты примешь его в любом случае.

- И как вы меня заставите? – он ощетинивается.

- Я могу многое Миш. Например, я знаю, что твой младший брат в следственном изоляторе за ерунду. Но это может оказаться и не ерунда. У семьи сестры большой кредит и они постоянно просят отсрочку, а ее могут и не дать. Миша, если ты не сделаешь, как я прошу, работать на скорой будешь где-нибудь на Севере до конца жизни, куда тебя легко запрут по распределению. А как же мама?

- Да ты сволочь последняя, - Миша подскакивает на ноги, шумно дышит, сверкает в мою сторону глазами, но в морду дать не решается.

- Так и есть, - беру со стола телефон, - а еще я ее законный муж.

Набираю Влада:

- Отвези парня обратно на работу, - отключаю вызов и возвращаюсь к Мише, - не зли меня. Ты не представляешь, насколько хочется тебя придушить, - сам не замечаю, как начинаю звереть. Миша совсем близко, на расстоянии вытянутой ладони. Он нее слышен запах лекарств. Так пахнет всегда? Инессу это не раздражает? - И не вздумай хоть слова лишнее сказать Инессе, везде камеры и я прекрасно все слышу и вижу. И да, я видел как вы трахались.  

- Ты больной, - он отшатывается и растерянно качает головой, трет дрожащими пальцами виски. Слабоват Миша оказался, даже в драку не полез – полное разочарование.

- Нет, - рявкаю я, - я просто хочу свою жену обратно. Так что пойдешь и скажешь ей, что уезжаешь в свою Германию и помахаешь моей жене ручкой. Понял?

- Да пошел ты, Сука,  - Миша все же срывается и замахивается. Но моя реакция явно быстрее. Никаких лишных телодвижений. Все как в бизнесе, холодная голова работает лучше горячей. Подсечка ребром ладони и кулак со всей дури врезается ему в грудь, отшвыривая на пол. В глазах удивление и испуг. Миша падает как мешок картошки и ударяется затылком. Слышу звук столкновения его головы с твердой поверхностью и замираю на долю секунды, чувствуя наконец захлестнувшее удовлетворение. Так долго ждал, что даже не верится. Месть все же ужасно приятная штука, особенно если можешь совершить все своими голыми руками.

Стремительно подхожу к нему и приседаю на корточки. Одной рукой сжимаю Мишину шею, перекрывая доступ кислорода. С наслаждение слежу как его глаза расширяются и зрачок затапливает всю радужку черным, как губы начинают ловить недостающий, но так необходимый организму кислород и кожа бледнеет. Второй рукой упираюсь в пол и со всей дури прикладываю Мишу затылком еще раз. Злость разрывает изнутри, выпуская наружу всю мою ненависть и дикую обиду, заставляет срываться на присмиревшем противнике. Миша только хрипит и в ступоре даже не сопротивляется:

- Скажи спасибо, - голос срывается на крик, - что тебе еще с Инессой разговаривать, поэтому морда останется цела. Понял, щенок? Я же убью тебя к чертям, если сопротивляться дальше будешь! - В голове застилает красной пеленой и все, чего хочется это заменить руку на колено и услышать, как его шея под ним переломится. Ненавижу за то, что с ней трахался, сученыш! Руками ее тощими своими лапах. Хуй свой в нее совал. Ненавижу и хочу, чтоб издох. Своими руками придушу за то, что вообще в сторону Инессы посмотрел. Еще блядь и упирается. Убью! Сука!

- Блядь, руки убрал, пусти меня, Сука. Матвей, не пори хуйни. Уберите грабли, долбаебы, - за стеной раздаются глухие голоса и в дверь начинают тарабанить кулаками. Солирует во всем этом гомоне истеричные Костины выкрики. Эта вакханалия в приемной приводит хотя бы немного в себя.

Разжимаю ладонь и смотрю на совсем бледного Мишу, который таращится на меня расширенными от ужаса глазами. Чуть не убил, блядь. С трудом поднимаюсь на ноги и ослабляю галстук, чтобы вдохнуть нормально. Весь взмок от напряжения и чувствую как рубашка прилипла к телу. Пиздец, что я творю.  

- Матвей, - дверь распахивается и Костя влетает в кабинет с дикими глазами, - какого хуя? – мельком смотрит на Мишу, который пытается подняться с пола и маршируем мимо него, направляясь в сторону бара. - Я тебя спрашиваю, какого хуя?

- Отвезите в больницу, - показываю на Мишу подоспевшей охране и смотрю на поверженного противники, - не чуди, Миш. Подумай о близких, - голос уже приходит в норму и я произношу все это спокойно и безразлично.

- Тварь ты, Левашов, она же не любит тебя, - надрывно кричит он и рвется из рук охраны ко мне. Опомнился идиот. Где ты был, когда я тебя тут чуть не убил?

- Уберите его отсюда, быстро, - повторяю охране холодно и поворачиваюсь к Косте. Он уже налил себе виски и быстро пьет до дна, шумными и большими глотками. Прямо как воду.

Охрана увела Мишу и захлопнула за собой дверь, оставив нас с Костей наедине.

- Ты совсем сдурел? – он с размаху ударяет пустым стаканом о мою стеклянную столешницу и та дает трещину. Второй раз за месяц придется менять, - я как узнал, что его из больницы забрали, чуть седым не стал. Ты что вытворяешь, Матвей. Хочешь под суд? Ты же и меня подставишь.

- Думал я его прикончу? – отправляюсь к бару и наливаю себе, - тебе?

- Давай, - он нервно вытаскивает сигарету и закуривает, - да я спать последние дни не могу. Видел, что ты сорваться можешь. Не говори, что не думал его устранить.

- Была такая мысль и не одна, - из груди рвется дурной хохот, - целых семь стопроцентных вариантов придумал,- наливаю себе и Косте.

- Сука ты Матвей. О чем договорились? – уже спокойнее спрашивает друг.

- Что Миша уезжает учиться, - пью залпом и задыхаюсь. По телу прокатывается горячая волна и я забираю у Кости сигарету. С этими нервами опять на курево подсяду.

Возвращаюсь за стол и смотрю на монитор, где Инесса нетерпеливо расхаживает по квартире. Решается и набирает мне, но я опять ее игнорирую.

Жене будет больно. Но по-другому никак, она сама выбрала этот вариант. Если бы осталась со мной сразу, все было бы намного проще.

- Ты поехал крышей, Матвей, - Костя устало садится в кресло, где до этого сидел Миша.

- Слегка, - рассеянно бросаю на него взгляд, потом опять залипаю на мониторе. Миша должен скоро приехать, - езжай, Костя. Дальше я точно сам.