Глава 42

Прошла пара недель, Инесс так и не позвонила. Мое терпение иссякло, давать ей свободу на раздумья уже не хотелось. Набрал вчера несколько раз, без ответа.

Зато в обед пришло сообщение:

«Нам нужно серьезно поговорить».

Сверлил его глазами минут пять. Ключевое слово «серьезно». Судя по отчету сыщика все у Инесс было хорошо. Так что, что по ее меркам тянет на серьёзность, мне не понятно.

«Вечером. Дома. Буду в шесть»

«Хорошо»

И все.

Одно слово – хорошо.

Отшвырнул телефон в сторону и растер до боли виски. Надоели долбаные игры, сегодня серьезно говорить будет не только Инесс. Выслушаю, что там за трагедия у нее в жизни произошла и ставлю перед фактом, что она опять переезжает ко мне. Домой!

Света притащила от Арса какие-то бумажки, загадочно хмыкнула, глядя на меня и скрылась в приемной. Еще одна ведьма, вот по ней же видно, все знает. Но молчит, потому что в курсе, что камер больше нет. И зачем я ей рассказал?

Лох!

До конца дня работа опять не идет, в голове крутится только серьезный разговор, который у меня намечается. Уже в пять, забив на все и сбросив всю ответственность на Арса, сваливаю и еду домой. Нервы почему-то болезненно натянулись от нехорошего предчувствия.

Дома быстро принимаю душ и перекусываю в ожидании приезда Инесс, которая появляется только в семь.

Несмело заходит в дом, тихо прикрывает за собой входную дверь и жмется на пороге. Вот вообще мне ее поведение не нравится.

- Привет, давай помогу, - с нажимом отдираю ее пальцы, сжавшие пояс плаща и сам помогаю его расстегнуть. Инесс совсем растеряна и почти на меня не смотрит, - ты не замерзла? – прикасаюсь ладонью к щеке и сжимаю второй ледяные ладони.

- Н-нет, - тихо отвечает она и поправляет на себе трикотажное платье, - поговорим?

- Давай, - указываю ладонью в сторону гостиной и иду следом. Инесс слишком бледная, какая-то прозрачная и вся нервная. Это все настораживает еще сильнее.

- Я присяду, - жена аккуратно опускается на диван и складывает ладони на коленях. Молчит.

- Я звонил тебе несколько раз, ты не брала, - начинаю разговор сам.

- Да, - она вяло пожимает плечами, - не хотела по телефону. Решила, что такое нужно говорить лично.

По спине пробегает мороз, а Инесс опять молчит и разглядывает свои ладони на коленях. Они подрагивают и у меня все начинает подрагивать внутри.

- Так, что-то с родителями случилось? – начинаю от нервов тыкать наугад.

- Нет, с ними все нормально, - Инесс усмехается, - отец сказал, что развод это не повод отказываться от поездки на рыбалку с тобой.

Пожимаю плечами. Костя оказался прав, семья вообще отличный рычаг давления. Тесть у меня шикарный, как оказалось, да и теща. Так что отказываться от общения с ними я больше не буду. Вот, пока Инесс все никак не осознает, что от меня ей никуда не деться, навожу мосты и начинаю действовать через родителей.

- Я на острове попробовал, мне понравилось, а потом с отцом твоим созвонился и слово за слово, - развожу ладони, - он пригласил съездить вместе с ним, а я не смог отказать.

- Понятно, - Инесс бросает на меня быстрый взгляд и встает. Начинает мерять пушистый ковер, на котором мы не так давно занимались сексом, быстрыми шагами.

- У тебя проблемы? – пробую я еще раз.

- У меня, - нервно кивает и проводил ладонью по своей кучерявой гриве, - так получилось, Матвей.

Инесс останавливается в нескольких метрах от меня и обнимает себя ладонями, все так же смотрит куда-то вниз. Вижу как белеют ее пальцы, когда она вцепляется ими в свои же руки. Очень напряжена и нервничает. И вот точно это не другой мужик, это бы я не пропустил. Да и не пришла бы Инесса мне о таком рассказывать. Тогда что?

- Прости. Я не хочу, чтобы ты думал, что я специально.

Господи, да что она могла такого сотворить. У меня от напряжения внутри даже туман перед глазами поплыл. Опираюсь на подлокотник дивана и присаживаюсь на мягкое сиденье. Очень долго выдыхаю и смотрю куда-то вперед. Да скажи ты уже!

- И аборт я делать не буду, - раздается совсем тихо.

Аборт? Брови дергаются вверх, рот открывается на вдохе сразу закрывается, так его и не сделав. Жар начинает покалывать кожу и постепенно в голове начинает выстраивается цепочка. Аборт делают только в одном случае – если есть беременность. А если есть беременность, то скоро будет и ребенок. Ребенок у Инесс, а спала она только со мной, это я точно знаю. Так что ребенок наш.

У нас будет ребенок! Пиздец я счастливый!

- Я не собираюсь заставлять тебя участвовать в нашей жизни, потому что сама виновата. Черт, я была пьяна и просто забыла, что больше не на таблетках, - голос Инесс становится совсем безжизненным и до меня доносится легкий всхлип.

Что, блядь?

Цепочка в голове сложилась окончательно  и по всему выходит, что в глаза Инесс я мудак, который отправит ее на аборт и в жизни ребенка участвовать не будет.

Господи, как с ней сложно!

- Присядь, - наконец отмираю и поднимаюсь с дивана, медленно подхожу с небольшой каменной статуе в собственной гостиной и тяну ее к дивану, - и подыши, тебе воды принести?

- Нет, - Инесс качает головой и осторожно присаживается. На меня все так же боится взглянуть.

Присаживаюсь рядом и протягиваю ладонь, аккуратно убираю от лица волосы, которые совсем его спрятали, закладываю их за ухо и приподнимаю подрагивающий подбородок. В расширенных глазах столько муки и сомнений, а еще слез, что самому становится от себя тошно.

- Никакого аборта и от ребенка я не откажусь, - говорю ровно и четко. Мне важно, чтобы ни единого сомнения сейчас в моих намерениях у жены не возникло.

- Хорошо, - она слабо улыбается и выдыхает с облегчением, - я не буду настаивать на большем. Главное, что у малыша будет отец.

Господи! В который раз хочется закатить глаза.

- Инесс, что за ерунда? У малыша должна быть полноценная семья, - обрубаю ее глупые сомнения на корню.

- Семья – это когда люди в ней друг друга любят, Матвей, а не живут друг с другом ради ребенка.

- Я тебя люблю, - выдаю очевидную истину. Все ж и так понятно, столько за ней бегал.

- Что? – Инесс ошарашенно хлопает глазами.

Что??? Не веря качаю головой. Похоже очевидное очевидно не для всех.

- Инесс, - зажимаю пальцами переносицу и жмурюсь, - вот зачем я тебя на день рождения пригласил?

- Переспать хотел, - выдает она несчастно.

Дурочка, блядь!

- А на остров зачем потащил?

Инесс отрывает рот, но ничего не говорит, замолкает и тупит глазки.

- Зачем я тебе кольцо обручальное дарил и предлагал попробовать снова? – подрываюсь на ноги и сам начинаю мерять гостиную шагами. Это невероятный пиздец! Как вообще в башке все у баб устроено? Что там у них с нейронными связями творится?

- Это было на острове, а после развода мы даже не виделись.

- Да я тебе время дал, чтобы ты подумала, - вырывается из меня, ладони складываются в замок за шеей и натягивают позвонки. Как, блядь, не сорваться.

- Я и подумала, - раздаются всхлипы, - что ты меня разлюбил.

Застываю и сглатываю череду ругательств, готовых соваться с языка. Три месяца явно ушли не туда. Руки опускаются вдоль тела и меня уже пошатывает. Один и тот же пазл у Инесс и у меня в голове сложился очень по-разному.

- Не разлюбил, - выпаливаю с досадой, - даже день рождения свой использовал как предлог, чтобы увидеться. Ты же не в состоянии сама даже позвонить.

- Я не хотела навязываться, - она гордо задирает носик, пока обсыхают слезки.

- Начинается, - закатываю глаза. Врубила опять тупую дуру, что в браке со мной жила. До белого каления доводит, блядь!

- Что начинается? – Инесс тоже поднимается на ноги, - три месяца не звонил, потом в кровать затащил и я должна было догадаться, что у нас все серьезно?

- Я затащил? – цежу сквозь зубы.

- Да я просто поцеловала, потому что пьяная была, а ты воспользовался прямо тут, - и пальцем в ковер тыкнула.

- Я воспользовался? – охренеть, просто! Вот кто у нас во всем виноват, оказывается.

- Да, - Инесс топнула ножкой, - да если бы трезвой была, со мной бы этот номер точно не прошел.

Вот теперь перед глазами застилает красная пелена. Подхватываю жену на руки и перекидываю на плечо как мешок картошки, тащу вверх по лестнице, не обращая внимания на протесты, и бросаю на кровать в спальне.

- Ты что себе позволяешь? – она возмущенно озирается и пытается сесть.

- Пользоваться буду, это ж я у нас такой нехороший, а ты получается все это терпишь? - стаскиваю с себя майку и хватаю Инесс за лодыжку, тащу на себя.

- Да пошел ты, - жена выставляет ладони вперед, но меня этим уже не проймешь. Перехватываю их и сжимаю над ее головой, выжидаю, пока перестает дергаться. Прижимаю трепыхающееся тело под собой, бесцеремонно разведя ноги коленом.

- Успокоилась? – смотрю в метающие ярость глаза и свободно рукой сжимаю бедро, цепляя низ платья. Медленно задираю ее вверх до самой груди и цокаю, - опять мое любимое белье нацепила. Не зря же? – усмехаюсь и стаскиваю чашку прозрачного лифчика вниз. Обхватываю губами сосок и нежно облизываю. Инесс ахает и пытается дернуться, но точно не в этот раз. Ласкаю долго, медленно. Потом стаскиваю вторую чашку и все повторяю. Вместо ругательств уже  давно доносятся тихие стоны, но я не спешу переходить к самому главному.

Поднимаю лицо на Инесс, смотрю в возбуждённые глаза и на красные губы, искусанные зубками:

- Пользуюсь? – ладонью спускаются по голому животу и отодвигаю миниатюрный треугольничек красных прозрачных трусиков. Провожу пальцами по влажной промежности, запускаю два пальца внутрь и Инесс шире разводит ноги. Энтузиазм на лицо, маленькая притворщица. Бедра начинают двигаться мне на встречу, делаю контакт более плотным, а движения быстрыми, - я смотрю, ты совсем не против. Снова.

Инесс выгибается всем телом и прикрывает глаза, наслаждается лаской, но молчит. Вот сучка.

- Хочешь большего, попроси, - сжимаю лобок ладонью и прекращаю движение, оставляя пальцы внутри.

- Пошел ты, - хрипит жена и сжимает свои зубки.

Опять наклоняюсь и целую сосок, пальцами неспешно ласкаю снизу. Инесс всхлипывает и через пару минут сдается.

- Матвей, пожалуйста, - тихо и сдавленно.

- Что пожалуйста? – уточняю на всякий случай.

- Сними брюки, - слышу сбивчивый шепот.

- А потом? – прикусываю нежную шею и беру в рот мочку уха, тихонько прикусываю.

- Я хочу тебя, пожалуйста.

Ослабляю хватку на запястьях и Инесс обнимает за шею. Тянется губами, проникая в рот своим язычком, которым только что высказывала претензии. Она меня до инфаркта когда-нибудь доведет, но хотя бы не сегодня. Ее руки нетерпеливо ощупывают мое тело, ладони тянутся к домашним штанам и тянут вниз вместе с боксерами. Пальцы обхватывают член у основания и проходятся по всей бархатной длине. И смотрит еще так… умоляюще.

- С ума меня сведешь, - хриплю и проникаю в Инесс на всю длину, утыкаюсь лбом в хрупкое плечико и медленно двигаюсь. Ее стоны заполняют комнату, следом идут вскрики. На самом пике Инесс затихает и по телу расходятся волны удовольствия.

Кончила и я следом за ней. Скатываюсь на спину рядом с ней и задумчиво рассматриваю потолок. Похоже, идти напролом – это лучшая тактика рядом с женой. По крайней мере, самая результативная.

- Я тебя тоже люблю, - Инесс ныряет под мою руку и укладывает голову на плечо. Пальчики начинают тихонько поглаживать кожу на моем животе, окончательно успокаивая бурю внутри.

- Мы женимся и никаких возражений, - поворачиваю к ней лицо и задумчиво тереблю длинные волосы, - не ради ребенка, ради нас.

- Хорошо, - доносится до меня с улыбкой в голосе.

- Инесс, я буду лучшим отцом в мире, не таким как мой. Я тебе клянусь.

- Я верю, - Инесс перекидывает через меня ногу и садится верхом. Платье, наконец, летит куда-то за кровать. Туда же отправляется и лифчик. Вот так мне нравится гораздо больше,  - но есть еще один момент, который мы должны обговорить.

- Какой? – закидываю руки за голову и любуюсь красивой грудью перед глазами. Говорят, у беременных она становится больше.

- Изменишь мне, я тебя во сне прирежу, - жена проводит пальчиком по месту предыдущего пореза и холодно заглядывает мне в глаза.

- Даже не собирался, - качаю головой.

Черт, да у меня давно уже других баб в голове нет, только одна маленькая бестия и застряла. Да и как я ей изменю, столько времени убил, чтобы вернуть, ребенок общий будет и все это похерить ради разового траха? Точно нет.

Любой косяк может вылезти боком. Проверено на Алене, которая болтала как дурная и организаторе свадеб, которая оказалась слишком совестливой. Обе сдали. И этот урок я точно усвоил.

- Я на всякий случай, - пожимает Инесс своими хрупкими плечиками, - где кольцо?

- В гардеробе, в шкатулке с украшениями.

- И чего ты ждешь? – фигурная бровь поднимается и руки скрещиваться под голой грудью.

Вот такая Инесса мне однозначно нравится больше. Ссаживаю ее с себя и отправляюсь в гардеробную, чтобы через минуту вернуться с кольцом.

- Ты выйдешь за меня? – на всякий случай становлюсь на колено во избежание любых претензий. 

- Да, - Инесс сползает ко мне с кровати и подставляет ладонь, на которой сразу оказывается колечко. Полдела сделано, осталось поставить штампы и тогда точно все. Хотя и с беременность точно все, никуда не денется больше, пусть даже не думает.

- Ты переезжаешь домой, - закидываю Инесс обратно в постель и забираюсь следом.

- Ну не знаю, - она рассматривает кольцо на пальце и поворачивается ко мне, - может до брака поживем раздельно?

- Угу, конечно, - укладываю курчавую голову себе на грудь, - ты на своей половине кровати, я на своей. Отдельно.