Глава 20

Еле живая после очередной тренировки я шаг за шагом тащила своё тело к выделенной мне в доме Богданы комнате с одной лишь мыслью: отдыыыыых! Вернее, не так. Я не собиралась спать или валяться в кровати. Для того, чтобы вновь почувствовать себя человеком, готовым покорять моря и океаны, а не как сейчас, выжатой мочалкой, мне было достаточно просто переместиться в свежее и отдохнувшее тело Вики. Несмотря на то, что моё физическое тело оставалось неподвижным, пока я тренировалась в параллельном пространстве, стоило мне вернуться в реальность, и усталость проявляла себя по полной вместе с болевым откатом от перегрузки мозга. Вернувшись же в тело принцессы, я вновь буду готова совершать свой ежедневный подвиг, а именно — удивлять учителей необыкновенным прогрессом в магическом деле.

Для того, чтобы мой успех на экзамене (а о другом результате после стольких моих страданий на тренировках с Евгением я даже не думала) не вызвал слишком много вопросов, я предприняла несколько шагов. Во-первых, попросила маму нанять мне репетиторов по магии, на что она, хотя и с сомнением, но всё же согласилась. Вначале Светлана переживала о том, что подобные занятия неуместны в моём нынешнем состоянии, однако в конце концов я смогла убедить её, что мне важно отвлечься от происшедшего, и погружение в учёбу — лучший для этого способ. Кроме того, я попыталась объяснить ей своё нежелание становиться разменной фигурой в шахматной партии отца. Вот только, кажется, она не совсем поняла это моё стремление, ведь в здешнем мире среди знати политические браки были сами собой разумеющимися. Тем не менее, Светлана сказала, что любит меня и поддержит любое моё решение, за что я была ей искренне благодарна.

Во-вторых, изо дня в день я демонстрировала своим учителям невероятный прогресс в магии, из-за чего временами они чуть ли не открывали рты от удивления. Ещё бы: вроде как мне только показали заклинание, и вот спустя пару неудачных попыток (которые я демонстрировала преподавателям специально, дабы не вызывать ещё большего подозрения), я с успехом его повторяла и просила двигаться дальше. Разумеется, всё это было возможно лишь благодаря моим с Евгением совместным занятиям по ночам в теле Катерины, о которых, само собой, учителям знать было вовсе не обязательно. В итоге, оба моих репетитора заявили, что я — чуть ли не самый одаренный ученик, которого они имели честь обучать за всю свою жизнь.

Кстати говоря, как я и думала, специализация принцессы — лечебная магия. И тут мне, можно сказать, космически повезло! Не в том смысле, что целебная магия лучше остальных (хотя она, без сомнения, невероятно полезна), а в том, что мне всё-таки удалось избежать столь нежелательной проверки на магическую предрасположенность со всеми вытекающими из неё неприятными последствиями. Представляю, как удивились бы родители, обнаружив у меня не одну, а сразу три специализации! Но к счастью, обошлось. Как оказалось, детей знати на магическую предрасположенность проверяли ещё в детстве, и повторной процедуры на протяжении жизни не требовалось. Это как когда в роддоме устанавливали группу крови. Вряд ли кто-то через двадцать лет захочет её вновь проверить из опасения, что она вдруг изменилась или ещё что.

Тут, пожалуй, следует отметить, что вообще такое «магическая специализация», ведь изначально у меня сложилось впечатление, будто маг с предрасположенностью к огненной магии никакую другую использовать и вовсе не в состоянии. Но нет. Как оказалось, любой маг может обращаться практически к любому типу магии, однако лишь в базовых случаях. К примеру, тот же Евгений, который имел предрасположенность к магии исцеления, мог создавать и огненные фаерболы.

Но почему тогда предрасположенностям уделяли столь большое внимание, а студентов в академии даже делили на факультеты в зависимости от магической специализации? Всё просто: для магов использовать магию, к которой они не склонны от рождения, очень невыгодно. Например, за одно и то же время можно освоить либо одно базовое заклинание из чужой стези, либо десять продвинутых своей специализации. Не говоря уже о количестве маны. Чтобы мне сейчас обучиться огненной магии и создать фаербол хотя бы с половину размера того, который в своё время продемонстрировал Евгений при нашей с ним первой встрече, мне придётся истратить весь свой запас маны. Конечно, чем больше тренируешься, тем меньше тратишь магической энергии на то или иное заклинание и тем сильнее расширяется магический источник. Вот только даже с годами ситуация не сильно менялась. Так что в бою у мага обычно есть выбор: применить три-четыре заклинания не свойственной ему специализации, при этом соблюдая максимальную концентрацию, или же с лёгкой руки тридцать-сорок заклинаний своей склонности. Очевидно, что абсолютное большинство выбирало второй вариант. Именно поэтому и существовало деление на магов разной специализации, в том числе и в академии. Как сказал Ярик в перерывах между объяснениями мне структуры экзамена: студент с огненной специализацией, как у него, будет около шестидесяти процентов времени изучать продвинутую магию огня, и лишь сорок оставшихся процентов — базу всех других магических направлений.

Возвращаясь к моим учебным будням, первый учитель — Сергей Петрович — помогал мне с изучением целебной магии, а второй — Артём Павлович — преподавал мне общую магическую науку. Так как с Евгением мы в основном работали над исцелением и усилением, с Сергеем Петровичем у меня не возникло никаких проблем. Чего, к сожалению, не скажешь о преподавателе общей магии. Например, я очень долго не могла понять, как зажечь огонёк на кончике пальца или же создать шарик воды, собрав влагу в воздухе. Евгений, конечно, моментами также преподавал мне общие магические приёмы, однако поскольку этих самых приёмов было слишком много, довольно часто те заклинания, которые я изучала с Евгением, не совпадали с теми, что мне преподавал репетитор. Именно поэтому, я стала выпрашивать у Артёма Павловича темы следующего урока, чтобы «детальнее ознакомиться с их теорией», после чего ночью проходила их с Евгением. Благо, он всецело одобрял мою тягу к знаниям, и когда я с горящими глазами просила его рассказать мне о той или иной магии, не отказывал.

Кстати говоря, к моему огромному счастью и облегчению, Евгений, пусть и не без сомнений, однако поверил в рассказ о «вреде для меня солнечного света». Вернее сказать, я не утверждала ничего подобного напрямую, а лишь заявила, что видела странные сны и высказала предположение о том, что возможно, «это Диида шлёт мне какие-то знаки». Дальше ничего говорить не пришлось: этот фанатик всё додумал сам и, в итоге, согласился с тем, что болезнь, связанная с непереносимостью солнечного света, вполне могла существовать. Одним из аргументов, который он сам же и высказал (приятно, когда за тебя делают твою работу), стало моё ненормальное состояние во время обморока. Как заявил Евгений, по всем физическим показателям я просто спала, однако разбудить меня не представлялось возможным. Так как ранее Евгений с подобным не сталкивался, он согласился, что происходящие со мною странности вполне могли быть связаны с непонятным и неизвестным ему заболеванием.

Егор и Кирилл, по традиции, ничего не сказали, Богдана вроде как согласилась с Евгением и только урод Ибрагим поспешил вставить свои пять копеек! Мол, как-то уж слишком неубедительно звучала наша теория! Как будто бы я сама не знала, как она звучала! Но ещё в тот момент, когда Евгений извилистыми дремучими тропами пришёл к мысли о том, что я, то есть принцесса Виктория, выбрана богиней для того, чтобы помочь МГИВ, я осознала, на какую богатую золотую жилу набрела. Этому фанатику только дай повод и подтолкни в нужном направлении, дальше он сам всё додумает, если, конечно, в первоначальных условиях упоминалась богиня.

В конечном результате всё складывалось вроде как отлично, но куда же без ложки дёгтя … После нашего бегства из трактира я постоянно ловила на себе подозрительные взгляды Ибрагима. Должна признать, что его пристальное внимание к моей скромной особе действительно вызывало у меня всевозможные опасения и заставляло вести себя в разы осторожнее. При этом с глазу на глаз за всё это время мы так ни разу и не поговорили. Тем не менее, моему внутреннему беспокойству хватало и его едких комментариев в мой адрес во время общих сборов. Пожалуй, если бы не моя выдержка и умение сохранять самообладание в любых ситуациях, полученные за время работы в правоохранительных органах, я бы уже наведалась к нему с конкретными вопросами по этому поводу. Но нет, я всё ещё держалась, так как понимала, что подобные действия лишь разожгут интерес Ибрагима. Он убедится в том, что мне есть что скрывать, и начнёт копать под меня с ещё большим энтузиазмом. Именно поэтому до сегодняшнего дня я просто старалась держаться от этого парня на расстоянии, и более-менее это помогало. Но всё же… Какое ему вообще до меня дело?! Пусть занимается своими делами вместо того чтобы лезть в мою жизнь! Более того… Ой.

Я застыла на месте, проходя мимо комнаты Ибрагима, которую он делил с Егором и Кириллом. Сегодня отчего-то дверь в неё была распахнута настежь. Пока оба бугая уплетали внизу вторую порцию постной каши на завтрак, этот парень… этот напыщенный индюк… этот самовлюблённый кретин… отжимался, словно настоящий Геракл! Да и ещё в одних только спортивных шортах! Боги, вот это зрелище! Ой… Стоп! Что-то меня не туда понесло. Но чёрт возьми! Как же сексуально стекали капельки пота по его шее и обнажённой, подтянутой, без единой жиринки спине. И ноги у Ибрагима, оказывается, такие же подкачанные, ну просто услада для глаз! Конечно, я и до этого понимала, что Ибрагим в отличной физической форме, но чтобы настолько… Не говоря о том, сколько силы в его теле. Вон как живенько отжимается! Так-так-так, всё, Вика, тайм-аут. А то если продолжишь размышлять в том же ключе, дойдёшь и до вопроса, а что с такой физической подготовкой можно было бы… в постели… Лучше эту мысль даже не заканчивать!

— Чего надо? — грубо спросил у меня Ибрагим, вставая.

Я же тем временем даже не знала, куда деться от стыда. Без понятия, сколько я тут стояла, таращась на полуобнажённое тело парня. Само собой, он заметил моё присутствие, и вот что теперь? Но что самое важное: пока одна часть моего сознания пыталась решить эту проблему, вторая пожирала взглядом грудь и кубики пресса Ибрагима. Вот блин! Из-за всех этих тренировок совсем забыла о необходимости временами давать гормонам возможность выплеснуться. Теперь вот даже нормально мыслить не могу. Сейчас же соберись, Виктория Дудкина! Хватит позорить себя перед этим нахальным типом!

— От тебя — ничего, — ответила (ну или, по крайней мере, попыталась) я Ибрагиму так же грубо.

— Так чего тут стоишь? — усмехнулся он, похоже, отлично понимая, в чём дело.

— Жду Егора, — заявила я максимально безразлично.

— Ты как бы только что с ним за одним столом внизу сидела, — улыбка парня стала ещё шире.

— Не хочу обсуждать это при других. И вообще это не твоё дело.

— Ну и зачем тебе понадобился наш брат по вере?

— Сказала же, не твоё дело, — смерив парня пренебрежительным взглядом, я уже повернулась уходить, вот только судьба вдруг решила сыграть со мной злую шутку.

— Что тут у вас происходит? — вдруг услышала я голос Кирилла, который поднимался по лестнице вместе с Егором.

— Да вот, — с ехидной улыбкой произнёс Ибрагим. — Наша новоиспеченная сестра по вере уговаривает меня заняться спортом без шортов. Говорит, что так будет дышать всё тело, и подобный подход куда эффективнее.

— Это не так! — тут же возмутилась я, наблюдая за тем, как в мгновение округлились глаза бугаев: всё-таки любые сексуальные контакты вне брака были запрещены диидаизмом. — Ничего подобного я не говорила! — стрельнула я в Ибрагима испепеляющим взглядом.

— Я лишь озвучил то, о чём ты думала, — пожал плечами нахал.

— Не слушайте его, всё не так, — вернув себе самообладание, повернулась я к Егору и Кириллу. — Я лишь ждала Егора, чтобы спросить его, не согласится ли он составить мне компанию на прогулке по столице? Евгений запретил мне выходить одной, а я бы хотела наконец подышать свежим ночным воздухом. Да и к тому же, ты сам как-то говорил, что будешь не прочь показать мне здешние достопримечательности, — подмигнула я Егору.

— Конечно. Для тебя в любое время! — тут же обрадовался Егор, как я уже давно поняла, особым умом не отличавшийся.

— Вот и отлично. Ловлю на слове, — бросила я, спеша удалиться с места своего позора.

И да, уже через десять секунд я пожалела о своём предложение Егору. Но ещё каких-то пару мгновений тому назад мои мысли были заняты лишь тем, как выпутаться из неловкой ситуации. К тому же я боялась, как бы кто-нибудь из присутствующих не доложил всё Евгению, который наверняка решил бы избавить меня от дурных мыслей болью. Да и не стану врать, мне до ужаса сильно хотелось уколоть этого напыщенного сноба, продемонстрировав, что он здесь — далеко не пуп земли, и я лучше предпочту слегка дурноватого и заросшего жирком Егора ему. Вот только как теперь увильнуть от мордоворота, не совсем понятно. Ну да что-нибудь придумаю. Главное, что нужно уяснить: не важно, насколько Ибрагим привлекательный, он мне не друг! Более того, мой опыт с Максом показывал, что переходить с мужчинами к тесным и доверительным отношениям — себе дороже. Куда лучше и безопаснее оставаться одной и жить исключительно для себя.

Думая об этом, я легла на кровать, закрыла глаза и, нащупав в кармане активатор взрывного артефакта, нажала на кнопку. Открыла глаза я уже в шикарных апартаментах принцессы. Достав из первого ящичка в тумбе у кровати мешочек с артефактами, я со спокойствием удава деактивировала взрыв, так как за последние дни подобный способ перемещения между телами стал для меня обыденным. После чего уже собралась позвонить в колокольчик, чтобы сообщить прислуге о своём пробуждении, однако в последний момент моя рука остановилась на полпути.

Как бы мне ни хотелось этого признавать, но внутреннее желание, пробуждённое ото сна сексуальным мужским телом, так и не исчезло. Я же точно не хотела, чтобы мои бушующие гормоны из-за долгого воздержания в какой-то момент вновь стали управлять телом вместо мозга. Всё-таки в прошлом мире я поняла одну простую истину: для того, чтобы женщина моего возраста чувствовала себя отлично, хотя бы раз-два в неделю, но у неё обязательно должна быть сексуальная разрядка. Именно поэтому я и потянулась рукой к трусикам под ночнушкой.

Облегчение я почувствовала практически сразу же, тем не менее не спешила, стараясь растянуть удовольствие как можно дольше. С каждой секундой я чувствовала, как во мне нарастали волны счастья. Постепенно, по чуть-чуть, они выплеснулись в невероятное удовлетворение и настоящую эйфорию. И почему я раньше об этом забыла? Ведь ничто не снимает стресс и усталость лучше, чем сексуальное удовлетворение. Я вдруг почувствовала себя жаждущим человеком в пустыне, внезапно нашедшим оазис. Не сдержавшись, я тут же решила пойти на второй заход, но не тут-то было… Видимо, кто-то сверху решил напомнить мне давнюю славянскую пословицу «хорошего понемножку».

Эх… И почему я поленилась встать, чтобы защёлкнуть двери? Видимо, привыкла к тому, что к принцессе без спросу никто не входит и, в итоге, расслабилась. Нельзя больше вести себя так опрометчиво. В полицейской академии меня всегда учили соблюдать осторожность на задании. Здесь же, в этом мире, считай, каждый мой прожитый день — профессиональное задание по внедрению с угрозой для жизни.

— Ваше высочество!

Постучав, Лида тотчас ворвалась ко мне в комнату, не дождавшись даже моего ответного «входите». При этом выглядела она встревоженной, видимо, в резиденции отца случилось что-то непредвиденное. Однако взволнованной она была лишь вначале, застав меня в довольно пикантной ситуации, девушка ту же покраснела.

— Ваше высочество, вы… — тут же начала мямлить служанка. — Я вас не обвиняю, но это очень непристойно… Если кто-то узнает, вам никогда не смыть позора…

— Что такого в обычном самоудовлетворении? — поинтересовалась я, вставая и направляясь в ванную умыться.

— Как же? — Лидия пошла за мной, при этот от смущения пряча свой взгляд среди ног. — Всем известно, что ублажать себя в одиночку вредно, неправильно и противоестественно. Вам даже могут отказать в замужестве, если данный факт всплывёт наружу.

— Звучит заманчиво, — вполне серьёзно ответила я, про себя подумав, что данная информация в будущем может мне ещё пригодиться.

— Вика, прошу, не говорите так. Молодой госпоже, вроде вас, важно оставаться невинной, чистой и не осквернённой до первой ночи. Если семья жениха, наблюдая за первым соитием пары, не увидит следов вашей девственности на покрывале, они даже могут аннулировать брак, — Лидия, которая постепенно начинала называть меня «Викой», сказал это таким тоном, словно подобный исход хуже всякого смертного приговора.

— Звучит так, будто за нашим сек… занятием любовью кто-то будет наблюдать… — исправилась я в последний момент, вспомнив о том, что слово «секс» в нашем мире вошло в обиход ближе к современности.

— Именно так. Ваши семьи должны удостовериться в том, что первый процесс зачатия наследника прошёл успешно, а также в том, что невеста невинна. Таковы традиции.

У меня аж дар речи пропал от таких новостей. Я им что, порно-актриса, чтобы кто-то наблюдал за моим сексом, при этом ещё и бесплатно?! Не сказать, чтобы я была слишком стеснительной, однако на такое точно не подписывалась! Идиотизм какой-то, а не традиции! Не зря моё шестое чувство кричало о том, что брак в этом мире для женщины — сплошное унижение и постепенное самоубийство. В итоге, причин избегать навязанного отцом политического союза у меня стало ещё больше.

— Вот интересно. А парни тоже должны быть девственниками до женитьбы? — скривилась я от того, что догадывалась об ответе.

— Нет, подобное вовсе не обязательно, — спокойно ответила мне Лидия.

В итоге, меня прямо передёрнуло от здешних диких порядков. Мастурбировать — плохо, секс до брака — плохо, однако отчего-то только для девушек! Даже в мире, где главное божество — женщина, от дискриминации полов так и не избавились. Не говоря уже о том, что учитывая развитую целебную магию, могли бы уже и выяснить, что женская плева — далеко не точный показатель девственности, и у некоторых она всю жизнь может оставаться целой, несмотря на активную половую жизнь. Хотя, конечно, кого это интересует? Куда легче продолжать унижать и дискриминировать «слабый» пол и дальше.

— Забавно, — не сдержалась я от ёдкого комментария. — Выходит, что пенисам на девках — можно, а девкам на пенисах — нет.

— Принцесса! — вскрикнула Лидия возмущённо.

— Прости-прости, — подняла я руки в извиняющемся жесте, направляясь в гардеробную, чтобы переодеться. — Забудем об этом. Ты ведь изначально хотела мне что-то сообщить, разве нет? Кроме того, я ведь просила тебя отдохнуть хотя бы пару дней после выздоровления.

За то, что Лида не уследила за мной в столице, совет знати приговорил её к наказанию в виде десяти ударов палкой. По правилам, увечья, полученные слугами в ходе наказания, запрещалось лечить магией. Мол, простолюдины должны прочувствовать всю тяжесть своего преступления, мучаясь на больничной койке. Тем не менее, мне всё-таки удалось подкупить одного целителя в больничном крыле, чтобы тот позаботился о Лиде и помог ей с выздоровлением. Благодаря этому девушка провалялась в больнице всего неделю. Пожалуй, она могла выйти оттуда и раньше, однако мы не хотели провоцировать лишние подозрения, ценою которых могло стать повторное наказание.

Конечно, мне было до ужаса больно, противно, мерзко и горько наблюдать за тем, как ни в чём не повинную девушку жестоко избивали у столба. Тем не менее, не смотреть вовсе я просто не могла. Как-никак, это — моя вина. Радовало, конечно, что простых свидетелей отпустили, но вот происшедшее с Лидой заставило меня в полной мере ощутить ту ответственность, которую влёк за собой титул принцессы. Хочешь ты этого или нет, но он обязывал тебя быть «идеальной», следить за каждым своим шагом и не допускать глупых ошибок. В противном случае платить за твои проступки будут другие люди. А ведь я сейчас только одиннадцатая наследница. Какую ответственность нёс титул императрицы, даже сложно представить.

— О боги! — спохватилась Лида после моего напоминания. — Простите меня, Вика, я отвлеклась и совсем забыла! Принц Ярослав не смог связаться с вами посредством личного артефакта связи. Через главный артефакт резиденции он позвал меня и попросил разбудить вас, после чего тотчас связаться с его высочеством. Он сказал, что дело срочное. К тому же, добавлю от себя, его голос был очень взволнованным.

— Что ещё могло случиться? — протянула я и, тяжело вздохнув, добавила: — Ладно. Поговорю с ним, а уж потом позавтракаю. Кроме того, я очень надеюсь, что его дело окажется важнее бурчания моего животика.

Закончив с переодеванием и причесав волосы, я вновь уселась на своей кровати с балдахином и предложила Лиде сделать то же самое. Вслед за этим я достала артефакт связи и «набрала» Ярика. Для этого нужно было всего-то вслух назвать номер, под которым был зарегистрирован артефакт принца. Вот только, по правде сказать, ничего нового я от этого разговора не ожидала. А согласилась на него лишь из чувства благодарности к приёмному сыну императора.

В последние дни Ярик несколько раз заглядывал в резиденцию моего отца, чтобы в свободное от тренировки и учёбы время помочь мне разобраться со структурой экзамена. Пожалуй, он был единственным, кто действительно верил в мои способности и не брезговал тратить на мою подготовку, которую многие называли «заведомо проигрышным занятием», своё драгоценное время. Должна отметить, что мама и Лида также поддерживали меня в моих стремлениях, однако при этом они не уставали напоминать, что «не стоит расстраиваться, если я вдруг провалюсь».

Почему я не воспринимала внезапное сообщение Ярика как нечто серьёзное? Дело в том, что находясь в столице, Ярик уже не единожды звонил мне, полный возмущения и тревог из-за слухов, которые ходили во дворце. Мол, принцесса Виктория сошла с ума, опасна для общества или вообще проклята. Меня подобное мало волновало, за исключением того, что подобные разговоры плохо сказывались на моих планах насчёт трона, и в будущем мне определённо придётся что-то с ними сделать. Ярик же переживал за каждую такую сплетню, возмущался до глубины души, спорил со всеми направо и налево, после чего звонил мне и рассказывал об этом как о катастрофе вселенского масштаба. При этом параллельно убеждал меня в том, что «вся эта буря скоро закончится», «они абсолютно не знают, о чём говорят» и «мне не стоит переживать». Именно из-за этого я и считала, что сейчас он вновь расскажет мне нечто подобное. Но нет.

— Вика, ты должна телепортироваться в столицу! Сейчас! Срочно! — заявил Ярик вместо приветствия.

— Что такое? Объясни нормально, — попросила я, до глубины души обескураженная таким заявлением.

— Вчера они перенесли крайний срок сдачи экзамена. Мы планировали сдавать его послезавтра, но… Последний день — сегодня.

— О чём ты? С чего вдруг? Я ведь ещё не готова… — заявила я в лёгкой панике.

— Я расскажу, что знаю, как прибудешь во дворец, по пути в академию, — Ярик сделал тяжёлый вдох, чтобы успокоить нервы, и продолжил уже более спокойным тоном. — Мне и самому это не нравится. Но делать нечего. Сегодня или никогда.