Глава тридцать шестая

Сергей

Она исчезла из поля зрения. А потом, ее просто не стало. Ледяные пальцы схватили мое колотящееся сердце.

Нет. Нет, Боже, не снова.

Это была настоящая паника, и потеря такого уровня, которую я не чувствовал с того дня, на реке.

Затем, я увидел, как мимо меня пробежал Карпов, и заставил себя двинуться с места. Мы одновременно добежали до балкона, посмотрев вниз.

Я увидел всплеск воды, когда они обе упали в бассейн.

Господи, спасибо тебе!

Я развернулся и побежал, охваченный беспокойством. Что, если она потеряла сознание об удар о воду, и она сейчас опускалась на дно, наполняя легкие водой?

Я сбежал по лестнице, перепрыгивая последние несколько пролетов, отбивая каждый угол, получая синяки. Но, семь пролетов, по-прежнему, казались вечностью. Я нашел коридор, который вел к фасаду здания, и побежал по нему. Врезался в пожарный выход.

Она стояла на коленях у бассейна и тяжело дышала. Ее мокрые волосы свисали ей на плечи, а губы посинели от холода. Тушь растеклась длинными полосами, а уродливый костюм СОРП блестящий и тяжелый свисал с ее тела, струя воду. Она никогда не выглядела более красивой. Я поднял ее и прижал к себе, холодная вода пропитала мою рубашку, а затем, тепло ее тела прижалось к моему. — Я думал, что ты…

Эмоции заглушили мои слова.

— Я думал, я потерял тебя.

— Я в порядке, Сергей, — выдохнула Елена. — Мы обе в порядке.

Я посмотрел в сторону, вниз. Марина лежала на спине без сознания. Ее черное платье было мокрым насквозь и сдвинуто набок, одна грудь почти обнажена. Но, она дышала. Елена, должно быть, вытащила ее из бассейна. Это так на нее похоже. Карпов подбежал к нам сзади. Несколько жителей квартала услышали всплеск воды, крики и вышли проверить, но, он помахал им удостоверением СОРП, и они оставили нас в покое.

— Нам пора идти, — сказал он нам. — Осталось сорок минут.

В эту секунду два черных внедорожника с визгом остановились посреди улицы. Вот, проклятье! Люди Влада Совы. Марина предупредила нас, что они приедут. И, теперь, они нас увидели. Двери открылись, и из внедорожников начали высыпаться мужчины, все с оружием. Жители закричали и побежали обратно внутрь. Мы побежали в укрытие, нырнув за ряд припаркованных машин. На подходе мужчины открыли огонь, и Елена вскрикнула от страха, когда окна машины разбились, и нам на головы посыпались камешки стекла. Я крепче прижал её к своей груди, чтобы защитить, и яростно огляделся вокруг. Машина Карпова была недалеко. Возможно, мы могли бы сделать это, если бы побежали, но… Мы все посмотрели на Марину. Она лежала без сознания на открытом воздухе у бассейна. Если, мы побежим назад к машине и попытаемся унести её, мы станем для людей Совы легкой мишенью. А, нам придется бежать отсюда. До убийства Серафимы оставалось полчаса. Черт! Мы все посмотрели друг на друга в отчаянии.

— Нам нужны ее показания! — сказал Карпов. — Она, наше доказательство!

Он сделал два быстрых шага в её сторону. Я зарычал и кинулся на него, сбив его с ног. Пуля, которая могла бы снести ему голову, просвистела над нашими головами. Он нахмурился, затем, неохотно кивнул в знак благодарности.

— Оставьте её, — сказала Елена.

Карпов уставился на неё.

— Что? Нам нужно посадить ее за решетку!

Елена посмотрела на Марину, находящуюся без сознания.

— Пусть люди Совы возьмут её. Пусть он накажет её. Это будет хуже, чем все, что может вынести судья.

Я моргнул, глядя на нее. Часть меня согласилась, но….

— Когда ты успела стать такой бессердечной? — спросил я её.

— Когда она пыталась убить моего мужчину, — с чувством сказала Елена и прижала меня к себе.

Люди Совы были почти рядом с нами.

— У нас нет выбора, — сказал Карпов. — Шевелитесь!

И, мы бежали, держась низко, пока не добрались до машины Карпова. Когда мы отъехали, последний выстрел разбил наше заднее стекло. Потом мы неслись по улице. Последнее, что я увидел в зеркале заднего вида, это люди Влада Совы, поднимающие Марину на ноги. Мне было почти жаль её.

Затем, я повернулся вперед и обнял Елену, притягивая её к себе. Она была в безопасности, но её все равно отправят в тюрьму — мы все попадем в тюрьму, если мы не остановим убийство. Без показаний Марины, у нас не было доказательств того, что меня подставили. Если умрет руководитель СОРП, не будет никакой надежды на то, что кто-то прислушается к нашей версии истории. И, Елена потеряет коллегу… друга. Нам нужно было спасти Серафиму. Нам нужно было спасти женщину, которая всю свою карьеру пыталась меня посадить.

— Сколько осталось? — спросил я, напряженным голосом.

— Двадцать минут, — ответил угрюмо Карпов.

Через пятнадцать минут, наша машина с визгом остановилась перед зданием СОРП, и мы втроем выпрыгнули из неё. Когда мы подошли к стеклянным дверям, я выругался. В вестибюле дежурила дополнительная охрана. Когда мы ворвались внутрь, трое из них, молодые и неопытные, преградили нам путь, нервно подергивая руками в сторону оружия.

— Прочь с дороги! — закричал Карпов.

Ближайший охранник покачал головой.

— У нас есть приказ взять вас, всех троих, под стражу.

— У нас нет на это времени!

Карпов направился вперед.

— Вам нужно передать Серафиме. Скажите ей…

Охранник положил руку на пистолет.

— Агент Карпов, оставайтесь на месте!

Карпов остановился и выругался, подняв руки. Он посмотрел на меня через плечо. Затем, я увидел, как он взглянул на Елену, а когда он снова посмотрел на меня, наши глаза встретились. Он вздохнул, и соперничество между нами угасло.

— Двенадцатый этаж, — пробормотал он слишком тихо, чтобы охранники не могли его услышать. — Офис в конце коридора. Я могу дать тебе несколько секунд.

Я кивнул и приготовился.

— Оставайся здесь, — сказал я Елене.

Ее глаза расширились.

— Нет!

— Я не позволю, чтобы ты пострадала.

Я крепко сжал её, а затем осторожно толкнул за спину. Я подошел к Карпову.

— За это меня отправят в Афганистан к Марии, — пробормотал он.

А затем, он взревел и кинулся вперед, широко раскинув руки. Когда охранники выхватили оружие, он врезался в них со всей силой, повалив всех троих на пол. Они были на месте и напали на него за считанные секунды, но, в этот момент, я уже пробежал мимо них и направился к двери.

— Стой! — крикнул голос позади меня.

Затем, раздался выстрел, но пуля пролетела мимо, в полуметре от меня. Я распахнул дверь лестничной клетки и побежал на верх на двенадцатый этаж.

Я поднимался по лестнице, по три за раз, сердце колотилось, мышцы кричали. Я понятия не имел, сколько времени осталось, и не мог остановиться, чтобы проверить. На восьмом этаже мои подколенные сухожилия и икры кричали. Наконец, девятый этаж. Десятый…одиннадцатый…двенадцатый.

Я выбежал в коридор. Дверь Серафимы была прямо впереди. Я зарычал и заставил ноги бежать. Подойдя к двери, я услышал бой часов. Я ворвался в дверь, чуть не сняв её с петель. И, вот она, Серафима. Женщина, которая преследовала меня столько лет. Женщина, которая отправила в тюрьму так много моих людей. Ее глаза расширились, когда она узнала меня.

— Ложись! — Я закричал, но не стал ждать, пока она сообразит и подчинится.

Я врезался в неё, увлекая нас обоих на пол. Послышался звук бьющегося стекла. В огромном окне появилась узкая маленькая дырочка, стекло вокруг которой покрылось белым инеем. Что-то вонзилось мне в руку.

А потом, мы распластались на ковре за её столом, я наполовину лежал на ней. Она уставилась на меня. Затем, она посмотрела на свежее пулевое отверстие на окне, прямо позади того места, где она стояла. Надо отдать ей должное, она не тратила время на споры и вопросы. Она хлопнула рукой по моей раненой руке, пытаясь остановить кровотечение. Другой рукой, она схватила шнур настольного телефона, пока тот не сполз со стола и не упал на неё. Затем, она начала отдавать в трубку приказы, приказывая своим людям окружить здание, напротив. Прошло почти пять минут, прежде чем прибыли Карпов и Елена в сопровождении небольшой армии агентов СОРП. У Карпова был синяк под глазом, и он немного хромал, но ухмылялся.

— Все в порядке, — сказал он нам, протягивая мне руку. — Вставай.

Я взял его за руку и поднялся на ноги, а затем помог Серафиме подняться. Через окно, мы могли видеть снайпера на крыше здания, напротив. Он поднял руки вверх, когда к нему приближались вооруженные агенты СОРП. Серафима посмотрела на Карпова, затем на Елену, затем на меня. Она скрестила руки.

— Хорошо, — сказала она. — Слушаю.

Я вздохнул с облегчением и тяжело сел на край ее стола. Елена подбежала и бросилась ко мне, и я заключил ее в свои объятия.

Все будет хорошо. Она была в моих руках и в безопасности.