Глава 20. Возбуждение

 Снежана ойкнула и попыталась наклониться за полотенцем. Но у неё, к величайшему удивлению, ничего не получилось. Она вдруг ясно увидела голубые полупрозрачные ленточки, две из которых медленно поднимались по ногам, сначала обвив лодыжки, а затем и икры. В местах их скольжения появлялось покалывание и тепло. Снежа хотела наклониться, скинуть ленты, но почему-то стояла, улыбалась и ничего не делала.

Девушка поняла, что лент было намного больше, когда почувствовала нежные возбуждающие прикосновения к животу, груди, рукам и шее.

«Как тепло, сладко, феерично. Я хочу его», – такие мысли гуляли в девичьей голове.

Ей и на секунду не показалось, что это неправильно, она забыла, что замужем. Снежана, отпустив стеснение, поняла, что хочет продолжения эротической игры. Пусть эти ленточки и дальше ласкают её бёдра, возбуждают грудь.

Как нежно и ласково он прикасался к её сосочкам, мурашки наперегонки с тягучим желанием побежали к животу и ниже.

Девушка почувствовала, как одна из лент поднялась выше, по правому бедру ноги. Как она замерла на мгновение, будто сомневаясь продолжать или нет, но услышав сорвавшийся с девичьих губ тихий стон, притронулась к влажным лепесткам.

Ленты, что обвивали руки девушки, скользнули ниже, к ладоням, пытаясь, словно перчатки укутать пальцы.

И именно в этот момент, безымянный палец обожгла невыносимая боль. Тату на руке ожила и с силой впилась в нежную кожу хозяйки.

Снежана вскрикнула и пришла в себя.

Её глаза округлились от ужаса и стыда. Она громко закричала и схватилась за ленты, опоясавшие её грудь. С силой оторвала их от себя.

Вампир дёрнул головой и вынырнул из окутавшего его эротического дурмана.

– Но как? Никто не может освободиться от моей дурманящей магии, – это всё, что он успел произнести, прежде чем его снесло с ног.

Снежана поняла, что полностью освободилась от пут, её ноги подрагивали, а глаза отказывались верить тому, что сейчас происходило на поляне.

Огромный просто невероятных размеров медведь, с ужасным оскалом кинулся в сторону голубоволосого «осла». Его глаза пылали красным магическим огнём.

Вампир тут же выпустил свои ленты в сторону медведя, теперь они были не голубые, а красные, но момент был упущен, разозлённый Алексей подмял под себя соперника. Но тот каким-то непостижимым образом сумел вырваться и мощных лап. Правая рука вампира висела, словно плеть. Он одним скачком, словно кузнечик, отскочил от разъярённого медведя в сторону реки и попытался вновь окутать противника своей высасывающей магией.

Но медведь рвал ленточки, словно это была ткань, а не магия.

Гнев, злость и ярость застилали глаза и разум Маркууса. Мысль, что его жену пытались изнасиловать, а он, прижатый чужой силой даже не мог пошевелиться, придавали дополнительный стимул. Медведь занял своё место, оттеснив человека. Всё что он сейчас желал, это разорвать вампира, на лоскуты, чтобы и памяти о нём не осталось.

Но излишняя ярость, застилавшая мозг, мешала. Он выпустил из своих лап вампира.

Раненый мужчина отступал к реке. Медведь прыгнул, сбил магического кровососа с ног и они клубком полетели в бурную реку.

Снежана поднялась и медленно пошла туда, где исчезли дерущиеся противники. Полотенце волочилось за девушкой, по траве. Она его подняла, но так и укуталась в него. Забыла? Всё возможно, но скорее всего, шок от произошедшего ранее не дал сконцентрироваться.

Оказавшись у берега, она мелко задрожала, то ли от холода, то ли от нахлынувших эмоций.

– Алёша, – всхлипывая, тихо позвала девушка, всё же завернувшись в тёплое чёрное полотенце. Но ровная водная гладь не ответила. Будто и не падали в неё два дерущихся врага.

Снежане казалось, что прошла вечность, проревевшись, она уже собралась идти в дом, одеться, собрать хоть что-то с собой и отправиться вниз по течению реки в поисках тела мужа.

До её слуха донеся тихий всплеск. Она улыбнулась и бросила вниз по пологому берегу.

– Жив, жив мой миленький, – Снежа подбежала к огромной бурой горе. Вода ручьями стекала по густой шерсти.

Девушка шептала нежные слова, глядя медведя по морде.

Лобастая голова приподнялась, медведь посмотрел на свою женщину и шершавым языком лизнул изящную ладонь жены. Глубоко вздохнул и уступил место человеку.

Маркуус поднялся с земли, его пошатывало, но ран не было.

– Где болит? – вскинулась Снежа.

– Нигде не болит, моя снежинка, магическое истощение. Потрепал меня вампир чуточку.

Он подхватил жену на руки и понёс в сторону дома.

И тут память подкинула Снеже кадры недавнего соблазнения.

Она, глотая слёзы и уткнувшись в мужское плечо, просила прощения у мужа.

Услышав, что бормочет Снежана, разозлённый мужчина остановился, наклонил голову и прошептал на ухо девушке:

– Никогда! Слышишь? – Маркуус легонько встряхнул жену. –  Никогда за это не извиняйся. Я и только я виноват в том, что произошло! Обязанность мужа и воина защищать свою семью. Он одурманил твой мозг, заставил желать его. И он получил сполна. Я отомстил за тебя, моя нежная крошка. Выкинь эти мысли из головы, его больше нет. Течение унесло дохлого вампира прочь.

– А он точно погиб, судя по сказкам, они очень живучи, – девушка содрогнулась от мысли, что голубоволосый совратитель может вернуться.

– Пульс не проверял, но вода вертела его безжизненное тело в сторону водопада, шум которого и отсюда слышен. Так что огромные потоки воды, свергающиеся вниз, доделают дело, если я не смог.

Снежана не слышала никакого шума водопада, но верила мужу на слово.

– Пойдём домой, я так устала.

Девушка думала о своей квартире, а не о домике, куда нёс её Маркуус.

– Нашёл, наконец-то я тебя нашёл! – сбоку раздался до боли знакомый голос, Снежана вздрогнула, а Маркуус зарычал.