Глава 40. Что ты сделала, луна?

– Маркуус, долго задерживаться нельзя, нужно уходить, – произнёс Сайтон, всматриваясь в кусты. – Что, если Рон наведёт на нас свою стаю, от обиды за нанесённое оскорбление? Да и луна сегодня в полной силе, – он поднял голову вверх.

– Чувствую себя виноватой, – прошептала Снежана. – Реалии этого мира просто невероятны. Получается, что его волк, только увидев ту девушку и почувствовав её волчицу, мгновенно влюбился? Но как такое возможно? Марк? Ты, когда увидел меня там, на поляне, такие же чувства испытал?

– Понимаешь, Снежана, это как удар молнии, словно прозрение. Ты становишься светом, частичкой души, такое происходит нечасто, но происходит, издержки магического мира, – Марк поцеловал жену в макушку.

– Но со мной такого не было, – она прижалась к Марку.

– Ты – особенный случай, магия с тобой только знакомится. Сайтон патрулирует поляну. Отдыхаем полчаса и уходим. Снежа, обернись пантерой, отдохни на траве, в шкуре зверя не так колко лежать на земле.

Марк обнял жену и решил осмотреть поляну. Снеже всё больше нравилась её вторая ипостась. Такая красивая, гибкая, зоркая и быстрая.

– Надеюсь, что Рональд Блэр обретёт настоящее счастье и любовь. И у него получится забыть этот ужасный инцидент. А луна, правда, сегодня такая красивая, яркая, круглая, манящая. Так и хочется поиграть с ней, а лучше с вами, но ле-е-ень… – пантера зевнула, показывая острые клыки, потянулась и… словно почувствовав опасность, резко вскочила на лапы.

Из кустов на девушку смотрели светящиеся глаза.

– Ма-а… – Снежа на секунду забыла, что она хищник и ей не стоит бояться светящихся огоньков в кустах.

Раздался громкий вой, и на освещённую поляну, сгибаясь под тяжестью убитого кабана, медленно вышел потрёпанный Рональд.

Он посмотрел на Марка с Сайтоном и скинул тушу возле удивлённой Снежаны.

– Вот тебе, бабушка, и Юрьев день, – Снежа медленно села на задние лапы, а передней тронула поднесённый подарок. – А, может, не надо? – волк наступал, её взгляд скользнул в поисках путей отступления.

Зачем она побежала? Девушка даже сама себе этого не смогла бы объяснить. Но пантера вдруг почувствовала интерес со стороны волка, и игривый маленький котёнок решил подразнить серьёзного серого воздыхателя.

В погоню кинулись все! Медведь, при его габаритах, не отставал от волка. Пантера пряталась в кустах, мяукала, ловко взбиралась не дерево, а уже оттуда кидалась шишками или веточками на потерявших её мужчин.

В какой-то момент перед лицом зависла летучая мышь, широко улыбаясь.

– Сайтон? Какой ты милый вампи… – представительница кошачьих вытянула лапу, чтобы его погладить, но тот вдруг отпрянул.

Снежана потянулась за ним двумя лапами, словно за бабочкой, задняя лапа соскользнула, и девушка полетела вслед за сломанной веткой.

Громкий вопль-крик оглушил спящие окрестности, к воплю приземлившейся на широкую бурую спину Снеже прибавился медвежий рык.

Большой косолапый медведь, открыв пасть, бежал в сторону поляны, острые когти жены впивались в толстую шкуру, причиняя небольшой дискомфорт. Огромные глаза пантеры, наполненные счастьем, сияли, словно две луны.

– Быстрее, ещё быстрее! – понукала разбойница мужа.

Азарт погони захватил всю четвёрку оборотней. Луна смотрела сверху на своих детей и радовалась.

Совсем недавно уставшие оборотни хотели лишь выспаться, но озорная луна влила во влюблённых новых сил, заставляя волшебную кровь бежать с удвоенной силой.

Бег по лесной чаще, высокие прыжки через поваленные деревья и быстрые ручьи, – только сейчас Снежа поняла, что она уже никогда не захочет вернуться к прежней. Она – пантера, и этого уже не изменить. Ну и пусть будет больше одного мужа, раз у оборотней так принято, она согласна.

Лунная ночь пьянила, заставляя делать сумасбродные поступки.

Пантера уже в третий раз проходила вдоль сидящих оборотней. Она пристально смотрела по очереди то на медведя, то на волка, то на осла.

Вновь принюхивалась, приглядывалась, присматривалась.

– Нет, – она помотала головой. – Я ничего особенного не чувствую, одно лишь есть желание – догнать каждого из вас и укусить…  – засмущалась Снежа.

– Вот! Это почти то самое, – Рональд счастливо замахал хвостом и вскочил с места. – Я готов, кусай!

Снежана стушевалась от такого неожиданного предложения и сделала два шага назад, что в полнолуние делать было нельзя.

Это всё равно, что охотничьей собаке скомандовать «ату» или нажать на спусковой крючок пистолета.

Рональд Блэр, видя, как расширились зрачки в глазах пантеры, а хвост игриво хлестанул себя по чёрному боку, призывая партнёра к игре, взвыл и кинулся за девушкой.

Та как будто ждала именно этого. Счастливо завизжала, заехала лапой медведю по уху и ринулась прочь.

Раннее утро, птицы запели, мошкара зажужжала, Снежана резко распахнула глаза, спихнула с талии горячую медвежью лапу, убрала волчий хвост с ног, переложила летучую мышь на землю и, прижав уши к голове, быстро побежала в сторону шумящей реки.

Мужчины медленно сели. Никто из них давно не спал, каждый вспоминал самое потрясающее полнолуние в их жизни. И в голове каждого билась лишь одна мысль: «навеки моя», «навеки наша».

– Пусть немного придёт в себя. Сайтон, на тебе дрова, Рон, на тебе завтрак, а я узнаю, в какой стороне город. И в оба следите за Снежей, после магической ночи слух у вас должен быть на высоте, – медведь скрылся в кустах.