Глава 11

– Тебя как зовут? – Кирилл, отстань от нее. – Да что опять происходит, чего ты лезешь? Мы в самолете, летим в Москву, на волю – и будем это делать еще шесть часов. Могу я познакомиться с красивой девушкой? – Ты мешаешь красивой девушке работать. – Да пошел ты, Яр, в жопу. Так как тебя зовут, крошка? Тебе идет эта форма, такая сексуальная. Кирилл наглым образом разглядывал стоящую перед ним стюардессу, форма действительно ей очень шла. Точеная фигурка, глазки блестят, волосы собраны в пучок. Девушка мило улыбалась, смущалась, оглядывалась по сторонам. – Олеся. – Олеся, а ты потом покажешь, где тут у вас уборная и как там все устроено? А то я могу заблудиться. – Кирилл, завязывай. Я сейчас тебе врежу и пересажу к иллюминатору. – Не обращай внимания, мой старший брат такой зануда. Стюардессе все-таки пришлось отойти. Молодой человек посмотрел на брата, потом откинулся на сиденье, прикрыл глаза. Да, Кириллу Прохорову нравились красивые женщины. Самый кайф был их очаровывать, соблазнять, совершенно не напрягаясь, не делая ничего особенного. Они сами летели как мотыльки на его огонь или как прекрасные пчелки на мед. А меда и огня у него хватит на всех. Эта Олеся была так, ничего себе, но, впрочем, и ничего особенного. Кирилл все еще не мог забыть принцесску Диану, с которой он провел ночь. Самую, можно сказать, незабываемую ночь, а еще утро и день своей жизни. Они брали ее вдвоем с братом, это было слишком даже для отъявленного бабника Кирилла Прохорова. Девушка отвечала, была такая податливая, послушная, открытая, а ещё до безумия откровенная в своей страсти. Кирилл поерзал на сидении, воспоминания возбуждали его. – Яр, как ты думаешь, мы еще ее увидим? – Олесю? Конечно, она подойдет пятьсот раз за полет, покажет тебе, где туалет, надоест еще, поверь. – Нет, я не про нее, я про нашу принцесску, сбежавшую из логова двух голодных волков. Но она, кстати, кое-что оставила, жаль, что не трусики, а то подумал, может, начать их коллекционировать, но верхняя часть тоже очень даже ничего. Помнишь, какие у нее сладкие грудки, какие твердые сосочки? – Кир, заглохни. На их разговоры уже стали оборачивать внимание пассажиры, а сидевший рядом дед так вообще открыто слушал. – А как ты думаешь, зачем мы понадобились отцу? С Новым годом хочет поздравить? – Не знаю. Увидим, расскажет. – Он больше не звонил? – Звонил. – А ты что? – Я не отвечал. Зачем? Мы уже летим. Кирилл вздохнул, проводил взглядом другую стюардессу, которая прошла мимо – упругая попка, длинные ноги, тоже так, ничего себе. Но принцесска лучше. Отец сам звонил своему младшему сыну, Кир не стал говорить брату, он, конечно, не осудит их обещание, но будет опять хмурым и молчать. Отец их ждал, обещал сюрприз и встретить в аэропорту, вот этого Яр еще не знает, может возникнуть скандал. Младший Прохоров не совсем понимал весь масштаб конфликта между Ярославом и отцом. Он был связан с девушкой, там вышла некрасивая история, и задень сейчас кто-то из них эту тему, будет атомная война. Хотя началось все давно, тогда отец просто отмахнулся от них. От двух пацанов, которым просто была нужна его забота и внимание. Но отец строил свою империю, ковал миллионы – и все, как он говорил, на благо их семьи. Откупался подарками, деньгами, хорошей школой, снаряжением, поездками на лучшие трассы мира, в любую точку планеты, куда бы они ни захотели. Так проявлялась его любовь и забота. А братья ее принимали, только это и делали: кочевали, периодически отлеживались с растяжениями, ушибами и переломами. Они всегда были вместе, отец даже квартиру им в Москве купил огромную на двоих. А их домом и семьей была команда и тренер. Но вот уже лет пять они не брали от него денег, зарабатывали хорошо сами. Призовые гонорары, реклама. А то, что давал отец, шло на детские спортивные школы, на центры реабилитации, все через тренера, не афишируя свою фамилию. Яра тогда конкретно подкосила та история с девушкой, а еще конфликт с отцом на этой почве. Два месяца он просто молчал, пробухал неделю, а потом молчал, страшно было, но ничего, братишка выкарабкался. – Ваши напитки, – стюардесса принесла сок, Кир снова смерил ее оценивающим взглядом, нет, его принцесска была лучше, а эта так, на раз. – Спасибо, так покажешь, как у вас тут все устроено? – Я… я не могу… я на работе. – Это будет частью твоей работы. Девушка засмущалась, Ярослав покачал головой, накинул капюшон толстовки, закрыл глаза. Колено все еще болело, обезболивающего, что ему дала с собой Лиза, уже не осталось. Его все это время мучил один вопрос: куда и как могла исчезнуть эта наверняка засланная, шустрая журналистка. Хотя она не должна его волновать, он вообще не намерен о ней думать. Потрахались, все было шикарно, можно забыть, переключиться на старты, если бы не это чертово колено. Было еще непонятно, зачем они так срочно понадобились отцу, но это Ярослава волновало мало. Что бы там ни было, ему наплевать, единственное – изматывал перелет, но зато можно было отоспаться. Москва встретила снегом. Он пушистыми хлопьями падал с серого неба и таял под ногами, превращаясь в грязное месиво. А еще их встретил отец с шофером, вот этого Ярослав не ожидал. – Как же я рад вас видеть, господи, какие же вы большие, просто огромные! Высокий худощавый мужчина в черном пальто нараспашку начал обнимать двух своих сыновей, Кирилл был рад, а вот Ярослав не отреагировал никак. – Пойдемте, времени мало, если не выехать сейчас, встанем в пробке. – Ты еще не купил вертолет? – Ярослав, очень смешная шутка, я бы купил, но над столицей летать нельзя. – Печаль. Прохорову Андрею Даниловичу было пятьдесят два года, за глаза и в глаза его все называли мебельным королем. Несколько крупнейших производств России и за его пределами, огромная империя диванов, кроватей и кухонных гарнитуров. Всегда жесткий, Андрей Данилович считал, что слабину нельзя давать ни в чем и никому, даже самому себе. Именно так он добился того, что имел, удержал позиции, падал, но поднимался еще выше. Но самым своим огромным достижением он считал сыновей, которых воспитал тоже сам. Сейчас мужчина вступал в новый этап своей жизни и хотел, чтоб его сыновья присутствовали при этом, разделили его эмоции, его, так сказать, нежданное счастье. Для закоренелого холостяка с многолетним стажем женитьба была обдуманным и серьезным шагом. Пока загружались, пока выезжали на трассу, Андрей Данилович разговаривал по телефону, братья молча переглядывались, уставшие от перелета. – Сейчас мы отвезем вас на вашу квартиру, ключи у охраны, вы, наверное, уже и не помните, что у вас есть свой дом в Москве. – Наш дом – база и тренер. – Ярослав, не начинай. А вечером ужин в очень приличном месте, так что форма одежды – парадная. – У нас нет «парадной», лишь спортивная, – Кирилл ответил, весело толкнув брата в плечо. – Вадим отвезет вас в магазин,– мужчина указал на шофера, тот кивнул. – Просто две золушки собрались на бал. А что случилось? Может, ты сейчас нам скажешь, чтоб, так сказать, не испытать шок. Ярославу не нравилось происходящее, ему вообще не нравилась столица, ее суета, загадки отца, да еще болело колено. – Я женюсь. В салоне автомобиля повисла пауза, из динамиков лилась мелодия саксофона. – Ого, па, а чего это ты решился на старости лет? – Твой отец не старый, сам это поймешь в пятьдесят. – Кто она? Надеюсь, не моложе нас? – Ярослава взбесила новость, нет, не потому, что этого не могло произойти никогда, он решил, что его отец совершает ошибку, и что его наверняка окрутила какая-то молодая девица. – Вечером все узнаете, познакомитесь лично, вам она понравится. – Вот это интрига, а ты, Яр, не хотел лететь. У нас будет мамуля, надеюсь, она молоденькая? И чтобы с третьим размером груди. – Кир, замолчи! – Что такого я опять сказал? – Как всегда, ничего хорошего и умного, – Яр ответил грубо, отвернулся к окну, за ним мелькали микрорайоны и высотные дома. Он в отличие от Кирилла, помнил, хоть и плохо, их родную мать. Лишь фрагменты, обрывки воспоминаний, какие-то отрывки прошлой жизни. Он долгое время был зол на нее, что она ушла, бросила их, пока отец не рассказал всей правды.