Эпилог

– Ты такая красивая! – Ты мне говоришь об этом каждый день. – Буду говорить всю жизнь, каждый день, каждый час. А еще – что люблю тебя. – И я тебя, очень-очень. Кирилл целует, нежно касаясь кожи, от этого по ней бегут мурашки, Диана сама прижимается к мужчине, поднимает руки, ночная сорочка летит в сторону. – Так соскучился, сил моих нет. – Надо чаще бывать дома, а не пропадать неизвестно где. – Извини, я заново учусь стоять на сноуборде, словно мне опять восемь лет. – Обещаю, что я его сожгу в котельной, если с тобой что-то случится. Попрошу Яра порубить его топором и сожгу. – М-м-м… моя ревнивая малышка. – Господи, Кирилл, аккуратней… а-а-а…. Мужчина накрыл губами сосок, но слишком сильно сжал грудь, Диана вскрикнула и сразу застонала от удовольствия. Секса не было несколько дней, шла подготовка к свадьбе, а еще самый маленький Прохоров, что появился на свет в середине сентября, капризничал. А уже завтра тридцать первое декабря, новый год, который они встречают всей семьей, как и год назад, на большой даче Прохоровых. Но это место теперь стало их постоянным домом, за городом малышу было комфортней, да и Кирилл с Ярославом могли продолжать восстановление в тренажерном зале и много гулять. Да, Диане сделали предложение сразу двое мужчин – и поступили, с ее точки зрения, нечестно, предоставив выбор ей одной. А как было выбрать, если сердце и так разрывалось на части? Мама еще причитала и была в шоке несколько недель, даже предлагала всем сходить к психологу, но никто не собирался выносить на публику этот тройственный союз. Все просто хотели быть счастливыми, а как это будет – уже никого не должно волновать. – Так соскучился, ты не представляешь. Кирилл ласкает, целует ставшую еще больше после родов грудь, обводит сосок языком, нежно посасывает, чувствуя вкус молока. Это возбуждает до предела, член уже давно стоит, в спальне темно, но ему не нужно видеть, он знает каждую клеточку тела своей принцесски, знает, как сделать ей хорошо, как довести до оргазма за несколько минут. Диана запускает пальцы в волосы Кира, чувствуя, как его пальцы натирают клитор, шире разводит ноги, требуя ласк, ее киска течет от удовольствия, а грудь плачет молоком. – Кир, не мучай меня, пожалуйста… м-м-м… да-а-а-а… Два пальца проникают внутрь, несколько движений, но когда Кирилл их вынимает и резко опускается, накрывая лоно губами, лижет клитор, половые губы, Диана не сдерживает себя, кончает первым оргазмом, кричит в ладонь, чтобы было не так громко. – Дьявол, принцесска, я сейчас взорвусь, иди ко мне. Голова идет кругом, Диана не слышит, как в спальню входит Ярослав, как медленно раздевается, чувствует лишь, как касаются ее лица, а потом целуют в губы. – Я взорвусь следом, малышка, если ты не расслабишься и не примешь нас двоих, – говорит, а сам пьет дыхание девушки. Ярославу хочется поласкать Диану подольше, но он слишком соскучился по своей любимой малышке. Когда родился сын, Яр никак не мог поверить в это, хоть и был рядом все это время, но, взяв малыша на руки, заплакал от безграничного счастья. Это был его сын. Никто не делал тестов и не проверял, это не нужно было. Ярослав чувствовал на каком-то особом уровне: душой, сердцем. Этот маленький комочек закричал, издав свой первый звук, и мир стал другим для всех. Они оба с Киром изменились, и еще до появления ребенка, их изменила эта невероятная девушка, что они нашли на обочине дороги горного Алтая. Диана определилась с выбором, да и Кир первым сделал предложение, ему это нужнее, а вот сын точно от Ярослава. – Иди ко мне, да, вот так, милая, хочу поцеловать твою грудь. Ярослав поднял Диану, она теперь стояла коленями на кровати, он находился спереди, Кирилл сзади. Припал к груди, сдерживая свой голод, стал нежно лизать соски по очереди, в то время как Кирилл, прогнув девушку в пояснице, входил в нее сзади. Диана от удовольствия закрыла глаза, откинулась назад, член проникал глубоко, пальцы Яра трогали между ног, при каждом толчке девушка кричала. После родов было все словно в первый раз, но все, как и в период беременности, слишком чувствительно. Они когда-нибудь сведут ее с ума сексом, откровенными ласками и постоянным желанием. Но любить чуть меньше Прохоровы не умеют, это не про них. – Кир, господи, не могу… я скоро… – Дай кончить нашей малышке еще раз, да, сладкая, кончи для нас, дай нам еще своего оргазма и влаги. – Она сжимает меня, вот же… и течет еще больше. Диана кончает, до боли впивается в плечи Ярослава, смотрит в его глаза, ее трясет, хочется соскочить с члена, но ей не дают, удерживая, при этом натирая клитор, продлевая оргазм. – Кир, быстрее, поверни её на меня, да, опускай. Ложись и расслабься, маленькая, больно не будет, ты же знаешь. Оргазм отпускает медленно, но Диана уже лежит спиной на груди Ярослава, ноги широко разведены, попку удерживают на весу. Она чувствует прохладный обезболивающий гель, Яр натирает пальцами тугой сфинктер. Его малышке не должно быть больно, он проталкивает гель внутрь, лишь подушечками пальцев входит в попку. Девушка стонет, кусает губы, с утра Диана ходила с анальной пробкой, не сказав братьям, хотела сделать сюрприз и сама растягивала себя для комфортного проникновения. – Подожди, Кир, подай резинку и сам надень. Небольшая заминка, мужчины раскатывают латекс по членам. И вот сейчас крупная головка члена упирается в анус, Ярослав толкается вперед, шепчет на ухо, чтобы она расслабилась. Кирилл при этом ласкает ее грудь и нежно стимулирует клитор. Двойное проникновение было неделю назад, первое после беременности и родов. Была долгая стимуляция, несколько оргазмов до этого. Но потом она кончила анально так, что потеряла сознание на несколько секунд. Сейчас было не так больно, лишь легкий дискомфорт. Член Ярослава входит практически наполовину, Диана часто дышит, расслабляется, при этом Кирилл начинает входить во влагалище, придерживая ее ноги. – Не продержусь долго, такая горячая и мокрая. – Двигайся, Кир, двигайся… м-м-м… да-а-а-а… а-а-а… Воздух становится тяжелым, всех переполняют эмоции, братья сейчас вдвоем в своей любимой девочке. Проходит несколько минут, темп учащается, проникновения глубже. Диана заполнена эмоциями и членами своих мужчин. Очередной оргазм накрывает неожиданно, она сокращается мышцами ануса и влагалища. Мужчины следуют за ней, выплескивая сперму в презервативы, часто дышат, хрипят, Ярослав сжимает грудь Дианы, из которой сочится молоко, Кирилл его слизывает. С ними двумя все слишком остро, слишком хорошо. – Как ты, милая? – Все хорошо, да, думаю, отлично, помоги. Диану снимают с членов, братья укладываются рядом, продолжая ласкать каждый участок тела своей любимой. – Вы сводите меня с ума. – Сами давно сошли, принцесска. Поцелуи, касания, Диана плачет, все еще чувствуя отголоски оргазма. – Что ты, что ты, маленькая? Все ведь хорошо. Завтра ты станешь женой Кирилла, мы увидим тебя в свадебном платье, а я буду держать нашего сына. Все, как ты и хотела, чтобы Матвей видел свою красивую мамочку. И гостей будет немного, как ты и хотела. – Да, но я… я… так вас люблю, это все гормоны… – А потом мы снова будем очень долго тебя любить, дольше, чем сейчас, обещаю, – теперь ее целует Кирилл, стирая с глаз слезы. – Хочу, чтобы вы мне кое-что пообещали. – Что угодно. – Никаких опасных спусков, фрирайда, неисследованных склонов. Никогда! Слышите, никогда! Иначе я сожгу все лыжи! Я не переживу это все снова! Кир, ты только встал на ноги, а ты перестал хромать. Тишина длилась слишком долго. Диана заволновалась: не много ли она попросила? Но она должна взять с них слово о безопасности. Они теперь не одни, у них сын и думать нужно о нем. – Мы согласны, но ты родишь нам девочку. – Девочку? Так нечестно! Матвею нет и четырех месяцев. – Не сейчас. – А когда? – С завтрашнего дня начнем над ней стараться. – Нет, нет, даже не просите, мне надо восстановиться. У меня и так грудь стала огромной. – Мы обожаем твою грудь. И твою попку, малышка. – Нет, нет… Яр… а-а-а… Кир… – Да, малышка, да… ты еще хочешь нас, мы знаем. Братья вновь ласкают, Кирилл дразнит грудь, слизывая выступившие на сосках капли молока. А Ярослав, отведя одно колено Дианы в сторону, массирует колечко ануса, где только что был, но хочет еще. Они выполнят любую просьбу своей любимой принцессы. Она изменила их жизнь, а они обязаны сделать ее счастливой.