Глава 13

В девять в дверь позвонили. Я уже была собрана, но не ждала, что Марк заедит так рано.

Я открыла дверь и замерла.

Марк смотрелся роскошно. На нем была черная рубашка, заправленная в пояс стильных классических брюк. Накаченные руки украшали многочисленные витки татуировок. Стальной жесткий взгляд хлестко и быстро прошелся по моей фигуре и замер на высокой груди. В его глазах серые тучи похоти сгущались и завораживали.

Обдавали таким морозным льдом, что было сложно дышать.

В руках Марк держал два пакета. Один поменьше, другой побольше.

Наконец, он совладал со своими эмоциями неприкрытого восхищения и шагнул ко мне.

— Ну, привет, зубрилка. Нихрена ж себе ты вырядилась! Итак красавица, еще и платье такое напялила огненное. Теперь я весь вечер буду от тебя озабоченных кобелей отгонять, — недовольно проговорил мужчина.

Он по хозяйски вошел в мою квартиру и сразу захлопнул за собой дверь. Аромат его одеколона, терпкого и свежего, отличался от пряного восточного запаха Тиграна.

Я быстро отступила к стене, стараясь не дышать, чтоб лишний раз не пропитываться его флюидами.

— Марк, нам надо серьезно поговорить, — решительно начала я. Пора завязывать весь этот балаган. И нечего водить хороводы вокруг да около. Надо просто взять и рассказать ему про Тиграна.

Мужчина поставил подарки на пол.

И медленно и угрожающе подошел ко мне.

Его мощная плечистая фигура закрыла свет от лампы, и мне пришлось поднять голову в высь.

— Все потом, малыш. Ты мне не отвечала, маленькая сучка. Решила поизводить меня?! Тебе это удалось. Бля, я дурею! Целый день шагал, как придурок, выглядывал тебя в институте, смотрел в мобильный. Ждал, что ты хотя бы смску скинешь. Зубрилка, день не виделись, а я скучаю, как прибитый, — сквозь зубы прошептал он в моих волосах.

— Нет. Нет, — запротестовала я. Его руки залезли под платье и нащупали сразу кружевное белье. Когда я одевала эротичный комплект, думала о Тигране. А получилось теперь, что первым его увидел Марк.

— Марк остановись! Я с Тиграном, — вот и сказала, смогла! Только бы не расплакаться от подступающего к горлу разочарования и тоски. Марк словно и не расслышал. Уткнулся в мои волосы, провел носом по шее, собирая с моей кожи запах. Я отталкивалась от его твердых плеч и хныкала от противоречивых чувств. Одновременно хотела, чтоб он не останавливался и чтоб скорее ушел из квартиры. Оставил меня навсегда. Отпустил, наконец.

— Забудь за Тиграна. Я сам с ним разберусь. Он больше не будет тебя пугать и подкалывать. Бляя, зубрилка. Откуда в тебе столько секса! Ты рождена мужиками вертеть. Голову запудривать. Я, как шальной целый день твой оргазм на своих пальцах ощущаю, — и он бесцеремонно отодвинул в сторону кружево трусиков и всунул мне в лоно два пальца. Я вцепилась в его руку, задыхаясь от возбуждения и угрызений совести.

— Нет, пожалуйста, — жалобно пискнула я.

Это утопия! Марк не слушал, не слышал меня. А его развратные действия лишали меня воли и желания сопротивляться и продолжать объяснять. От угрызений совести кололо под ребрами. А от действий Марка — внизу живота. Как бы мне хотелось быть безчувственной и сильной. Как бы я хотела сейчас иметь власть над собой.

Разум вопил — прекрати немедленно! Ты глупая шлюха!

Тигран мне сердце свое подарил, а я не могла сдержать стоны возбуждения от умелых пальцев Марка во мне…

Тело закричало — давай глубже и быстрее, Марк! Требовало наслаждение на вершине, на самом краю острого ножа. Все происходящее за гранью морали и моих принципов, а потому ощущения настолько обострены и болезненны, при этом тянущие истомой и подстегиваемые желанием.

Мужчина склонился к моему лицу и прихватил нижнюю губу зубами. Легонько оттянул. Затем проделал тот же маневр с верхней. Словил мой стон, когда большим пальцем надавил на клитор. И впился в губы страстным поцелуем.

Все мои протесты умерли на корню. Осталось лишь желание, чтоб он никогда не останавливался.

Мужчина другой рукой быстро расстегнул брюки.

— Малыш, давай, сдавайся. Ты ведь хочешь меня не меньше. У меня по пальцам река течет, — глухо, с нотками скупой нежности проговорил Марк у самого уха и прикусил мочку.

Хочу, но не могу! Это неправильно. Даже не так…это чудовищно неправильно!

— Остановись, прекрати. Нет, — мои слова тонули в стонах. Его. Моих.

Марку сорвало крышу. Он подхватил меня за талию и легко надел на себя. Начал тереть моей промежностью по брюкам. И понес меня в спальню. Он без остановки съедал все мои протесты. Крепко вцепился в затылок и вдавливал мое лицо в себя.

Ощущения полета и чистого безумия кружило итак одуревшую голову. Короткие вдохи носом не давали легким насытиться кислородом. Марк уложил меня спиной на мою же кровать и навис сверху. Спустился поцелуями до груди, и легко вытащил ее из чашек лифа в разрез платья. Сразу приник к ложбинке между грудью. И сдавливая в пальцах острые соски, лизнул языком по коже от солнечного сплетения до ямочки на шее. Я выгнулась и ощутила его член возле лона. Такой массивный и каменный. Такой желанный.

— Бля, зубрилка, я об этом четыре года мечтал, — выдохнул мужчина признание, которое еще больше возбудило меня.

Я повторяла в уме одно и то же. Все неправильно. Так не должно быть.

Но я не знала, как обуздать этот пожар между нами. Не существовало иного способа, кроме как подчиниться и сдаться.

Марк чуть отклонился и быстро расстегнул рубашку. Положил мои ладони себе на грудь и показал, что хочет, чтоб я провела по его мышцам вниз.

Фигура у этого спартанца была улетная. Под пальцами бугрились выпуклые, налитые мышцы. А от пупка уходила дорожка светлых кучерявых волос.

Марк снял титановые запонки и закинул их в карман брюк. Вместо них достал квадратик презерватива.

Он скинул рубашку на пол. Я смогла разглядеть татуировки на его руках. Витые вензеля иссиня черной краски порхали по плечам и спускались на его бицепсы. Мистические иероглифы оживали при каждом его движении.

— Стася, девочка. Маленькая моя, не бойся. Я буду с тобой нежным, — повторял он, снимая брюки.

Все! Капец!

Сейчас мы перейдем границу. С той другой стороны на которой мы очутимся больше не будет места Тиграну. Он никогда меня не простит. Я никогда себя не прощу…

Но я предательски смотрела на Марка. Ерзала по простыням попой, чувствуя, что между ног действительно течет река. Моего позора. Непростительного греха.

Когда Марк полностью разделся, то помог снять мне платье. Я больше не сопротивлялась. Сдалась с унылым осознанием, что назад уже пути нет. И вечером мне предстоит рассказать все Тиграну.

Марк оглядел меня мутным взглядом. Обычно скупой на эмоции надменный мужчина, сейчас вспыхнул от восхищения и неконтролируемой жажды. Такое острое неприкрытое желание позволяло ощутить свою власть над ним. Громилой. Спартанцем. Непокоренным скандинавским воином. Гордым и свободным.

А ныне преклоненным в восторге и любовании между моих разведенных бедер.

Неотрывно глядя мне в глаза, чуть не вводя в состояние гипнотического транса, Марк провел по резинке кружевных трусиков. Медленно потащил ткань вниз. И смотрел, морозил кожу, заставлял меня дрожать от предвкушения.

Я вцепилась в его руку, когда резинка белья царапнула и оголила лобок.

— Нет. Остановись… Мы не должны, — в последнюю секунду вспышка сознания вяло запротестовала. Я не хотела расставаться с Тиграном и в такой момент вспоминала о нем. Попыталась оформить путающиеся мысли в слова. Воскресить образ своего зверя в памяти. Но представив реакцию варвара на наши действия вместо укоров совести неожиданно ощутила новый прилив возбуждения. Его черные глаза мерцающие в приглушенном мягком сумраке ночи, распаляли мое воображение. И мне приходилось поджимать все мышцы промежности, что б хоть как то удержать грешное возбуждение.

Я точно неадекватная. Испорченная. Развратная.

Бороться с собой не было больше сил. Все жилы и вены словно потянуло вниз живота. Они наматывались вокруг лона и пульсировали в тугих мышцах.

Набатом в ушах било желание секса, оглушительный стук пульса звучал, как размытое эхо.

Марк остановился, тяжело дыша. Его суровое лицо отразило всю боль неудовлетворенного мужчины.

— Скажи, Стася, еще раз, что не хочешь меня. И что твои мокрые трусы, это случайность. И я остановлюсь, — ледяным голосом проговорил он.

И я поверила в выдержку мужчины. Марк воспитан в армейском режиме. Он сможет усмирить себя даже сейчас.

Но вместо того, что б воспользоваться шансом на побег, я добровольно закрылась с ним в тюремной камере. Отпустила его руку и откинулась назад в подушки.

Мне нет оправдания.

Я падшая сука, и единственным моим желанием сейчас было, чтоб Марк меня трахнул.

Мужчина усмирил свою грубость и резкость, когда понял, что я окончательно сдалась. Его движения стали выверенные такие точные, словно он ни раз представлял весь процесс в деталях и сейчас действовал согласно инструкции.

Он снял с меня трусики. Мягко, но настойчиво он развел мои колени в стороны. Посмотрел на мое лоно.

— Киска маленькая такая, — он потрогал пальцем клитор и провел вниз между губ до самой попы. Задержался, обвел по кругу мое тугое отверстие и вернулся выше к клитору.

Я изогнулась дугой навстречу его ласкам. Заметалась на подушке, комкая в кулаках хлопок простыней. Последнее, что я еще смогла разглядеть перед падением в сумрачный грех — прикроватная тумба с проколотым сердцем Тиграна. Теперь из него будет сочиться кровь разочарования и моего предательства…

Слезы брызнули из глаз с очередным острым поцелуем Марка.

Боже, что я натворила…