Часть 35 /Оливия Грин/

Если он действительно под чарами, значит не может себя контролировать. А весит он прилично, столкнуть его с себя у Оливии не получается никак. Какая дурацкая ситуация!

- О, прекрасная наложница… я так хочу ощутить жар твоего тела… Возьми меня… О, красавица…

Его речь все больше походила на бред сумасшедшего, Оливия все больше убеждалась, в том, что он не в себе. Иначе вряд ли бы рискнул вот так приставать к императорской наложнице.

Как-то надо выкручиваться из ситуации. Если в моменте с Бройном, нахальным рыбаком ей на помощь пришел ее демон-инкуб, то сейчас его рядом нет.

Что делать?

Озарение пришло внезапно и ярко.

- Лакиии! – закричала Оливия что есть сил.

Буквально через пару секунд послышалось ритмичное цоканье когтей о мраморный пол. Мужчина, естественно на это внимания не обратил – он был всецело занят ласками груди Оливии.

Поэтому когда из коридора между книжных стеллажей выскочила громадная псина с горящими глазами, полыхающей головой и спиной, он даже не заметил. И только ойкнул, когда тот снес его с Оливии и отшвырнул на пол.

Оливия моментально села, запахивая разорванное платье и вытаращилась на Пса.

Тот уперся громадными передними лапами в грудь мужчине, и замер в боевой готовности, оскалив страшную пасть. Весь его вид говорил: «попробуй дернуться и я сожру тебя целиком и прямо здесь».

Мужчина не двигался. Его глаза с ужасом смотрели на клыкастую пасть в нескольких сантиметрах от его лица.

Оливия же вопреки логике чувствовала странную досаду и раздражение. Привкус сладко-горькой патоки исчез, осталось лишь неоднозначное чувство пустоты, какая бывает если собрался поесть, но тебя отвлекли, и в итоге остался без обеда.

Ассоциация на столько странная и нелепая, что Оливия потрясла головой, выгоняя этот бред.

- Полудурок! – выругалась Оливия. – Вы полный кретин!

Мужчина в страхе перевел взгляд на нее, боясь шевельнуться под лапами Пса пламени, голос прозвучал тонко и слабо.

- Я… не знаю, что на меня нашло…

- Да уж конечно! – рявкнула Оливия. – Не знает он! Вот это вы тоже не знаете?

Она указала на разорванное платье, края которого безуспешно пыталась соединить.

Глаза мужчины стали еще круглее, он начал заикаться.

- С-светлая богиня… Я н-не знаю, к-как это в-вышло… Я н-не хотел…

Злость Оливии не утихала.

- Как неожиданно. Не хотел! Интересно, зачем это вы пришли в библиотеку? Только не говорите, что захотелось книгу почитать! Я уже поняла, в этом крыле придворные редко бывают! Так какого рожна вы тут делали?!

Мужчина затрясся, речь его окончательно превратилась в блеяние.

- Честное слово… госпожа, я должен был только поговорить с вами. Немного разузнать пикантных подробностей для дворцовых сплетен.

- Вы всегда разговор начинаете с хватания за плечи? – процедила Оливия, поднявшись с дивана и, насколько это возможно оправляя платье. Разорванный воротник она кое-как соединила заколкой, что лежала в кармане. Помогло это н очень – грудь все равно видна.

Мужчина замолк, глазея на Оливию, на что Лаки требовательно зарычал, и тот поспешно проговорил:

- Да… то есть, нет… в смысле, не всегда. Точнее, просто… я думал, что это поможет наладить контакт…

- Очевидно, какой именно контакт вы хотели наладить! Вы понимаете, что после такого я должна сдать вас императору?

Если до этого лицо мужчины было бледным, то сейчас оно стало мертвенно-восковым, глаза впали, губы побелели.

- Умоляю, госпожа, - прошептал он. – Ради Светлой богини… У меня двое дочерей, мне нужно выдать их замуж. Без меня они не справятся. Пожалуйста, госпожа… Я не знаю, что это было. Не знаю, уверяю вас. Какое-то помутнение… Я ведь примерный семьянин. Я даже не изменял никогда жене. А при дворе этому масса соблазнов…

Оливия смотрела на него все еще мрачно, ярость и гнев продолжали кипеть в ней, как в чайнике. Но при этом тем же непонятным чутьем она чувствовала – мужчина не врет. Он действительно заботливый муж и отец.

Тогда какого ляда все это?

Он был не в себе?

Но почему теперь в порядке? Разве есть зелья, которые умеют воздействовать, когда им вздумается, и точно так же убирать это воздействие?

Дичь какая.

Все непонятнее и запутаннее.

И ее состояние прояснению ситуации не помогает. С какой стати вместо облегчения, что не случилось ничего предосудительного, она испытывает неудовлетворение и даже… О, Светлая богиня… Опять это необъяснимое чувство голода.

- Лучше бы вам на время покинуть двор, - проговорила, наконец, Оливия хмуро и, найдя взглядом накидку на одном из диванов, подошла к нему и задрапировалась, чтобы прикрыть дефекты платья.

- О, я покину, - спешно проговорил мужчина и даже попытался закивать, но глухое рычание Лаки, который все еще стоит передними лапами на его груди, не позволило шевельнуться. Он только повторил сбивчиво: - Да, да, я сделаю все, что вы скажете.

- Значит, когда я уйду, вы отправитесь к себе в комнату, соберетесь и уедете из дворца. Не хочется мне пока встречаться с вами в залах и коридорах дворца. Сами понимаете, почему, - проговорила Оливия приказным тоном.

- Да, да… понимаю… Но я не нарочно… Простите меня, я не знаю, как это вышло… Я даже не помню толком, что было.

- Было то, что вы пытались… - начала Оливия, но мужчина всхлипнул.

- Умоляю, не говорите этого вслух, - слезно попросил он. – Я не верю, что способен на такое.

Отчаяние и страх мужчины Оливии показались искренними. Она все еще злилась, но все же проговорила:

- Ладно. Вы сами все понимаете. Лаки, за мной!

После чего развернулась и вышла из библиотеки.