Глава 12

Максим не мог оторваться от нежной кожи, проводил по ней носом, глубоко вдыхая, она пахла ягодами и еще чем-то цветочным, чуть уловимым. Но от этого запаха голова шла кругом, собственное тело не слушалось. Девушка тихо стонала в его руках, она была совсем голенькая, тонкая, податливая. Макс спустился ниже, накрыл припухший сосочек губами, втянул его, прикусывая, девушка вскрикнула, он прижал ее крепче к себе. Хотелось вжать ее в себя, слиться в одно целое, руки блуждали по спине, ягодицам, пальцы коснулись промежности, а его словно ударило током. Такая гладкая, влажная она была, сама развела бедра, а Макс, нащупав твердый бугорок клитора, начал нежно давить на него, продолжая целовать грудь. Желание разрывало на части, член стоял колом, яйца сводило тугой болью. Он не видел лица девушки, лишь аромат, влага, стоны, она царапала плечи, извивалась, подходя к пику своего наслаждения. Прервалось все резко. Исчезло. Испарилось. Максим проснулся, было жарко, лоб покрыт испариной, сердце вырывается из груди, член, как и во сне, стоял колом. – Черт, – тихо простонал, сел на кровати, хотелось пить, а лучше ледяного душа, чтобы унять желание и прийти в себя ото сна. Темно, лишь луна ярким шаром висит в небе над домом, освещая комнату. Максиму никогда не снились эротические сны, он в это время на самом деле кого-то трахал и крепко засыпал. А сейчас, после того как приехал к деду и встретил ягодную соседку Веронику, они стали его посещать. Потер глаза, посмотрел на кровать Никиты. – Вот же дьявол! – сказал уже громко, не обнаружив брата на своем месте. Этот паразит точно побежал к соседке, где-то глубоко в груди кольнула ревность, встал, взял телефон, включил на нем фонарик, как можно тише вышел в коридор. Время на дисплее было час ночи, соседка обещала прийти в полночь, значит, она пришла, и сейчас Кит стягивает с нее трусики или уже стянул. Максим ускорил шаг, под ногами скрипели половицы, нужно было не разбудить деда и Валеру. Хотя они после бани, к тому же выпили немного, должны крепко спать. Зорин остановился, прислушиваясь, из комнаты доносился раскатистый храп, это был Валерий. Сейчас можно было сбежать без проблем, найти ключи от машины, тихо открыть ворота и свалить. Это была хорошая идея. Идеальный побег, можно сказать. Но без денег и карт далеко он не уедет, к тому же у отца связи, а везде камеры, тачку быстро вычислят. Нет, надо все продумать лучше, но не это остановило Макса, а мысль о том, что Кит сейчас трахает сладкую малышку Веронику, которая во сне не давала ему покоя. Вышел через гостиную на задний двор, выключил фонарик, лунного света хватало, чтобы найти дорогу к забору и малине. Двигался медленно, прислушиваясь, готовый услышать стоны и вздохи, но было тихо. – Ну и куда ты ее повел, паразит такой? Все было странно сейчас – что Макс ночью пробирается, как вор, на соседний участок, что думает о девочке, которую знает сутки, что хочет ее и совсем забыл о проблемах. Но сейчас нужно было найти брата, увести его домой да навешать подзатыльников, Макс ведь сказал, что никто никуда не пойдет. Вероника долго не могла заснуть. Мысли путались, она все время смотрела на часы, время шло к полуночи, а ее с каждой минутой одолевал страх. Девушка решила никуда не идти и не отдавать никакие долги. Пусть думают, что она забыла, заснула, в конце концов, передумала, она девочка, может позволить себя любую глупость. Ближе к назначенному времени сон все-таки сморил ее, но был до такой степени откровенным, что Вероника проснулась в поту, ночная сорочка прилипла к груди, а сердце часто билось. Во сне ее трогали там, между ног, ласкали, натирали, дразнили, при этом целовали шею, грудь, живот. И все это делали двое мужчин. Сразу двое. Девушка встала, сейчас на электронных часах был час ночи, а значит, она опоздала. Прошлась по комнате, выглянула в окно, надела тапочки, вышла, спустилась на первый этаж, на кухне выпила стакан воды. Нужно было идти спать, но любопытство взяло верх, тихо повернула замок, открыла дверь, вышла, обняв руками себя за плечи. Была чудная ночь, огромная луна заливала своим светом все вокруг, звезды мерцали, пахло цветущими флоксами. Соседей не наблюдалось, окна их дома были темными, а это значит, что, может быть, они совсем не приходили и просто прикололись над ней. Ну и черт с ними, Вероника подумала именно так, вспомнила, что оставила палантин на шезлонге вместе с книгой, когда читала днем, пошла, чтобы забрать. Но как только повернула за дом, смотря под ноги, чтобы не упасть, наткнулась на что-то огромное, начала заваливаться назад. Не успела вскрикнуть, как раздался треск, грудь обдало холодом, а потом ее резко прижали к чему-то горячему. – Совсем под ноги не смотришь? – Я… я… Все слова вылетели из головы, Веронику держали крепко, прижимая к широкой груди, а ее была совсем обнажена. Макс сглотнул, дернул кадыком, в полумраке и лунном свете девушка была подобна лесной фее. Длинные распущенные волосы, кожа белая, словно светится изнутри, огромные, кажущиеся черными глаза, влажные губы, округлая красивая грудь с темно-розовыми ареолами сосков. – Ты пришла? – Нет. – Да. Дальше ему не нужно было слов. Адреналин резко подскочил в крови, Макс облизнул пересохшие губы, темнота начала накрывать сознание. Желание – вот что сейчас брало верх. К черту здравый смысл, к черту всех и все, он хотел эту девушку. Не спрашивая ничего дальше, просто смял ее губы своими, накрывая грудь широкой ладонью. Вероника хотела было дернуться, дать отпор, но как только ее языка коснулся язык мужчины, а пальцы сдавили сосок, она смогла лишь простонать ему в рот. Разве так должна вести себя порядочная девушка? Разве не должна она хранить себя для мужа, для того единственного, с которым свяжет жизнь? Что бы сказала мама, узнай о ее поведении, что Вероника тает лишь от одного поцелуя, от этих жарких и настойчивых губ, от ласк, которых никогда не знала? – Иди сюда, да, дай мне тебя потрогать, малышка, дай свою девочку. Максу рвало крышу, он хотел ее трогать, ласкать, целовать везде. Готов был разложить на каменной дорожке у цветника, но лишь подхватил под ягодицы, прижал к стене дома, накрывая сосок губами, а пальцами уже отодвигая в сторону ненужную ткань белья. Все как во сне, все точь-в-точь как было. Влага под пальцами, гладкая киска, тихие стоны, Вероника царапает плечи мужчины, кусает губы, сдерживая вырывающийся из груди крик. Так хорошо ей не было никогда. Ее никогда там так не трогали. Вообще никто никогда там не трогал.