Глава 17

Василий

— А-а-а, — заверещала Василиса, прижимаясь к моей груди.

— Спокойно девочка моя, — я покровительственно приобнял ее рукой. — Сейчас разрулим!

Даже через маски, я видел, как вытянулись лица у бандюгов. Ну да. Для них-то все выглядело странно. Здоровый мужик жмется к хрупкой барышне и совсем немило верещит басом.

— Всем стоять, это ограбление! — крикнул я первое, что пришло в голову, чем еще больше дезориентировал противника. — Васек, двое справа. Ковер!

К чести Василисы, та быстро пришла в себя. Как в заправской комедии дернула дорожку так, что два растерявшихся бандюгана рухнули на землю. Силушка-то у нее мужская. А я скромно взял на себя третьего. Давно мечтал освоить один прием. Но не по-пацански это, самое драгоценное отбивать. Только вот сейчас я беременный, слабый женщин.

— Ха! — моя коленка впечаталась в мужской пах.

У-у-у, даже пальчики на ногах поджались. А мужик с воем рухнул на колени. Василиса оперативно пинала своими ножищами противников, но те не думали отбиваться, валяясь темной кучей на полу. Хорошо затылком приложились.

— Вася, Вася, брэйк! Мы победили.

— Мы победили? — она замерла со смешно поднятой ногой. — Мы победили! Ура!

Моя рыцарь обхватила меня руками до треска в костях и… поцеловала?! Я в Господа не слишком-то верил, но тут можно было только стонать — о, Боже! Да именно стонать. Какое же женское тело чувствительное! И губки, и тить… хм, грудь! И уже совсем неважно, что я целую сам себя. И хочу тоже. А Васенька моя страстная девочка, и отважная… И тот диванчик в углу очень к месту…

Но так же внезапно наш поцелуй закончился.

— Ох, — Василиса отпрянула, заливаясь краской.

И у меня почему-то щеки как снегом растерли, и все тело тоже. А внизу жарко и пусто. Хочется именно того, что Васенька так мило прикрыла ладошками. Но совесть, которую я давным-давно в детском саду на фантики сменил, оказывается, никуда не делась. Тоже очнулась зараза.

Шипела гадиной, что с Василисой мы или вместе или совсем порознь. Первое — страшно, я ведь от серьезных отношений всегда открещивался, вот как продинамила меня первая любовь, та самая соседка, которой я стихи писал, так и все. А второе — тоже невозможно. Связал нас волшебный ХУ!

— Давай, хм, этого быдлана… То есть клиента твоего искать, — прервала мои мысленные мучения Василиса. — Ой, а вдруг он уже… того?

И мы бросились на поиски Эдуарда.