Глава 8
- Мама!
- Мамочка!
Маленькие ураганчики несутся ко мне в объятия.
- Ты не представляешь! - округляет глаза Мила. - Я сейчас такое тебе расскажу!
- Представляешь! - перебивает её сестра. - Даше пони подарили!
- Ну ты чего! - дует губы лисичка. - Я же хотела ей рассказать!
- Ну извини, не удержалась! - розовая мордашка показывает язык. - Ты слишком медленно говоришь!
- Ничего не медленно! Я вообще...
- Стоп. Стоп, - останавливаю я начинающуюся ссору. - Пони. Даша. Настоящий что ли?
Я надеваю на них лёгкие курточки и беру за руки.
- Мамуль, ну ты чего? - закатывает глаза Алина. - Они же не миляды!
- Не кто? - рассеянно переспрашиваю я.
- Не милядыры! - настойчиво доказывает моя личная поняшка, топая ножкой.
- Ты неправильно говоришь! - вступает сестра. - Не "милядыры" надо говорить, а "олинархи"!
- Кто? Кто? - снова переспрашиваю я.
Мы уже подходим к выходу из Торгового центра, и я параллельно думаю о том, где лучше сесть на маршрутку...
Все эти милядыры и олинархи кажутся мне таинственными персонажами неведомого нового мультика, чьи фигурки мне придётся дарить им на следующий день рождения.
- Нет, не олинархи, ерунда какая-то! А богачи! - наконец, находится Алина. - Богачи, мамуль! Ведь только богачи могут настоящих пони дарить?
Несмотря на безумный стресс, от рассуждения малышек, мои губы сами собой расплываются в улыбке. Миллиардеры и олигархи! И где они таких слов понабрались?
- Да, котики, - быстро говорю я, смотря по сторонам, - такие подарки могут позволить себе только очень богатые люди.
- А мы богатые, мамуль? - с надеждой спрашивает Милаша.
- Нет, малыш, мы не богатые, - я вздыхаю. - Но это не значит, что мы не счастливые, - наклоняюсь и заглядываю девочкам в глаза. - Ведь мы есть друг у друга. Мы любим друг друга! И это самое большое счастье!
- Это точно! - близняшки прижимаются ко мне.
- Но поняшки бы всё равно не помешали бы... - глубокомысленно вздыхает Алина.
- Такие, как эти? - с восторгом спрашивает Мила, глядя куда-то вперёд.
Я тоже поднимаю взгляд и чуть ли не оседаю на асфальт...
Прямо перед входом стоит Никита... а в руках у него две громадных мягких пони... Одна розовая, а другая золотая...
- Незнакомец! - радостно вопит Алина, вырывает свою руку из моей и опрометью несётся к нему.
- Стой! - кричу я, что есть сил.
Боже!
Никита делает два шага вперёд, и Алина врезается в него, обхватывая за ногу.
- Это мне?! - радостно вопит она.
Мы с Милой тоже прибавляем шаг.
- Это не тебе, - опережаю я Никиту. - Дядя, наверное, своим детям купил, идём, Линуся!
Пытаюсь схватить Алину за руку, но это не так просто. Если уж она что-то решила... Упрямая, прямо как...
- Алина Андреевна! - строго говорю я. - Прекрати сейчас же!
- Андреевна? - Лавров смотрит свирепо. - Андреевна?!
Чёрт... совсем не подумала...
В его присутствии у меня вообще что-то с мозгами, видимо, происходит... Не то.
- О, а какой золотой, красивый! - Мила тоже тянется к игрушке.
- Нравится? - Никита тут же меняет тон, обращаясь к девочкам. - Это вам, красавицы!
Не спрашивая моего разрешения, он вручает им игрушки. Пони оказываются лишь на пять сантиметров ниже малышек. Просто огромные...
- Подлый приём, - недовольно бурчу я, понимая, что из-за взятки теперь оказалась в меньшинстве.
- И ты мне будешь о подлости говорить, Котён? - цедит Лавров, поворачиваясь ко мне в пол оборота. - Лучше помолчи.
- Мы не возьмём эти игрушки! - повышаю голос я. - Они даже в маршрутку не влезут! И в комнате для них нет места! - припоминаю узенькую комнатку девочек в нашей скромной двушке. - И вообще...
- В мою машину влезут! - Лавров идёт назад, к дороге, и открывает дверь огромного квадратного внедорожника.
- О, гелик! - поражает меня осведомлённостью Милана. - А ты что, - она придирчиво оглядывает Никиту. - Ты олинарх?
- Нет, я не олинарх, - подмигивает моей дочери Лавров. - Я рыцарь.
- Рыцари на конях должны быть! - вставляет Алина, крепко прижимая к себе розовую пони.
- У вас, девушка, устаревшие сведения, - Никита подмигивает и ей, а потом берёт и без спроса сажает в свой громадный внедорожник. - Это раньше они на конях были. А сейчас на таких вот бо-о-ольших машинах ездят.
- А у нашего папы маленькая, - грустно замечает Мила. - И ломается всё время.
- И что же он делает с ней?
- А он в гараж уходит, чинит её там с другими дядями... Иногда может целый выходной чинить, а потом приходит уставший, еле на ногах стоит... и спать ложится...
- Ну всё! Хватит! - я не выдерживаю и густо краснею. - Побаловались и хватит! Девочки, идём домой!
- Садись, Котён, я довезу.
- Отдай мне детей! - шиплю я, дёргая ручку задней двери. Не хотелось при девочках сцену устраивать, но, видимо, придётся...
Лавр уже их в машину затолкал! Точнее... они сами залезли! Чёрт! Сразу видно - орудует профессиональный преступник!
- Ну хватит, Саш, - его огромные ручища ложатся мне на талию и сжимаются вокруг неё в плотное кольцо. Дышать становится невыносимо!
От него... от его близости... и от его непроходимого хамства!
- Руки убрал! - как мне кажется, грозно говорю я. - А не то...
Внезапно Лавров подхватывает меня вверх и не церемонясь, заталкивает на переднее сидение!
- Когда рыцарь предлагает леди прокатить её на своём коне, - бывший дьявольски двусмысленно ухмыляется. - Леди от такого предложения не отказывается!
Меня от его слов мурашки пробирают... а по телу проходит сладкий спазм... меня будто парализует...
Никита наклоняется вниз, якобы для того, чтобы пристегнуть ремень безопасности, а сам при этом проводит пальцами по моему колену... Гладит, сжимает... ласкает...
- Особенно та леди, - продолжает свои намёки он - которая уже не раз на этом коне каталась и прекрасно знает, каков это жеребец в деле!
У меня брови вверх поднимаются. Начинаю задыхаться от его наглости!
- Ах, ты...
- Мам, ну правда! Чего ты… как упрямая?
- Представь, что ты на коне скачешь! - тут же предлагает Алина с заднего сидения.
- Пинки Пай дело говорит, Котён, - Никита быстро пробегается пальцем по моим губам, сминая их. - Ты просто представь, как это приятно...
И нагло ухмыляется, глядя на то, как я густо краснею.