Глава 10

Аля

— И не сбежать, правда?

Мурашки пробегают по спине. Не оборачиваясь, я узнала этот низкий, насмешливый голос, который преследовал меня сегодня весь день. Тимур стоит сзади, слишком близко. Я чувствую на себе его взгляд — тяжелый, изучающий. Шею опаляет горячим дыханием, сердце ускоряет темп. Приходится сделать шаг вперед, чтобы отдалиться.

В ушах до сих пор звенело его обидное обвинение в измене, было не по себе от брезгливого взгляда и кривой усмешки. Хуже всего то, что мне пришлось молча все проглотить, своим молчанием подтвердить его подозрения. И я думала просто сбежать.

Да, действительно!

Но не от стыда за свою никчемность.

И вот все мои планы рухнули из-за дурацкого снегопада! Я заперта здесь вместе с Бероевым. Полный холл людей, огромные площади, а мне тесно, будто мы снова в закрытом лифте. Мне нечем дышать!

— Да, похоже на то, — отвечаю, стараясь, чтобы голос не дрогнул. Оборачиваюсь и встречаюсь с его колючим взглядом.

— Забавно, — говорит он, скрестив руки на груди. — Напоминает ту нашу историю в лесу. Помнишь? Четыре дня. Ты и я...

Я зажмуриваюсь — конечно, помню, хоть и не признаюсь. Зачем он это говорит? Зачем вытаскивает на поверхность воспоминания, которые делают больно нам обоим? Все, что было между нами, лучше похоронить и не вспоминать. Как хорошее, так и плохое. Это никому больше не нужно.

— Нет... — выдыхаю тихо.

— А я помню... все помню, — голос Тимура наполняется тяжестью обвинения.

— Мам, мы же остаемся тут ночевать! — Мишка отрывается от созерцания снежной стены и подбегает ко мне, за ним Арсений. — Это так круто! Можно мы с Арсом устроим ночевку?

— Нет, — почти синхронно выпаливаем мы с Бероевым.

Мальчишки переглядываются, явно огорченные.

— Почему? — Арсений надувает губы. — Мы же друзья!

— Нельзя...

— Но, пап… почему? — Арсений опускает взгляд. — У нас целая комната свободная.

— Это невозможно, — я мягко улыбаюсь мальчику и тяну Мишу к себе.

Как ему и Мише все объяснить? Что их дружба невозможна. Что я с Бероевым никогда не страну ночевать в одном доме. И не только из-за прошлого, но и из-за настоящего. Тимур женат! У него семья. Мы совершенно чужие друг другу люди!

— Света, — привлекаю к себе внимание нашей феи-администратора. Она ответственна у нас за расселение гостей и организацию досуга.

— Все занято, — отвечает Света даже без вопроса, — у нас аншлаг из-за праздников и… — нервно кивает в сторону окна, — теперь вот этого. С детьми проще. Их мы можем разместить в детской комнате. Там есть кровати....

— Не лучший вариант, — я глажу сына по худеньким плечам. Сон днем это одно дело, а тут целая ночь, буран.

— До ночи еще есть время, мы с администрацией все решим, — Света покашливает, привлекая к себе внимание, — сейчас я попрошу всех сотрудников, кто не смог уехать, подойти ко мне, я составлю список, — Света вытаскивает из-под мышки свой планшет. — Аля, вас я уже отметила. Подойди ко мне в кабинет в девять-девять тридцать, я что-нибудь предложу.

— Хорошо, — мы с Мишкой отходим, позволяя другим сотрудникам записаться.

Я смотрю на часы в холле — пять сорок. Нужно как-то заполнить образовавшееся время до отбоя. Дома мы бы почитали книги, раз Мишка наказан. Я бы сделала ему ванну с пеной и набором резиновых корабликов. Может быть, испекли бы печенье. А да, еда…

— Хочешь есть? — спрашиваю у сына заботливо.

— Не-а, у нас недавно был полдник, — Мишка вертит головой во все стороны. — А можно пойти на улицу и поиграть в снегу?

— Не думаю, что это хорошая идея.

Больше, чем разбушевавшаяся погода, меня нервирует Бероев, который продолжает стоять на расстоянии вытянутой руки. И смотрит. Я не вижу этого, но чувствую.

— Тогда пошли хоть посмотрим, — Мишка кивает Арсению, и мальчишки возвращаются обратно к входной двери. Ее уже откопали со стороны улицы, чтобы гости и сотрудники могли разбрестись по своим домам, сходить на ужин в ресторан или провести время в бане. Несмотря на непогоду, жизнь в «Серебряном бору» не остановилась.

Находиться рядом с Тимуром невыносимо, поэтому я иду следом за мальчишками.

— У меня есть большая коробка с Lego, я ее еще даже не распаковал. Там самолет, — рассказывает Мишке Арсений, пока оба мальчика не приклеились носами к стеклу.

— Я могу помочь собрать.

— И еще у нас есть большая комната для гостей Я с папой поговорю…

— Не прокатит, он у тебя злой, — хмыкает Мишка.

В груди тяжелеет, ведь сын говорит и о своем отце…

— А у тебя очень добрая мама, — вздыхает Арсений и бросает на меня восхищенный взгляд.

— Все мамы добрые, — философски тянет мой сын.

— Думаешь? — Арсений хмурится. — А почему они тогда бросают своих детей? Это дети плохие?

— Ну… — Мишка задумывается.

— Дети не могут быть плохими, — я присаживаюсь на корточки перед встревоженным Арсением. Что-то не так. Подобное просто так не спросит никто.

— Правда? — губы Арсения дрожат. — А почему тогда мама меня бросила?

Боже.... От его вопроса у меня перехватывает дыхание. Я теряюсь.

— Иди ко мне, — бледный Бероев подхватывает сына на руки. — Все хорошо, сынок. Хочешь, пойдем самолет собирать? Вдвоем?

— Я хочу с Мишей, — Арсений упрямо сжимает губы.

— Миша, — Тимур переводит напряженный взгляд на моего сына, — хочешь с нами собрать самолет?

— Конечно, хочу, — отвечает сын бесхитростно.

— Аля, я приглашаю вас в гости. У нас будет ужин и самолет…