Глава 12 Дневники княжны Джи

Глава 12 Дневники княжны Джи

Тихонько встав с кровати, я подошла к окну и чуть-чуть приподняла рулонные жалюзи, пустив в комнату немного лунного света. Я старалась действовать осторожно, чтоб не услышала охрана, я уверена на сто процентов, что ночной дозор стоит у моих покоев.

В первом комоде обнаружились различные женские штучки платочки, мини-шкатулочки, зеркала, гребни, мешочки, кисеты, ленты и тому подобное. Во втором, всё для вышивания и шитья. А вот третий комод меня порадовал, здесь я нашла свитки, которые были сложены кучками и перевязаны ленточками. Это оказалась переписка княжны. Тоже неплохо, решила я и продолжила ночной обыск.

Распахнув центральные дверцы, я нашла большую резную шкатулку, в такую пару книг запихать можно, решила я. Достав красивый ящичек инкрустированный золотом и драгоценными камнями, я поставила его на пол, поближе к свету.

Шкатулка была невероятно красивая и необычная. На крышке в центре стояла цапля, теперь то я точно знаю, что это именно цапля, а не журавль. Сама шкатулка была закрыта, её крышку с четырех сторон держали трехпалые лапки похожие на куриные с коготками. Однако не трудно было догадаться, что это лапки цапли. Рассмотрев внимательнее, я поняла, что когтистых пальца четыре, просто четвёртый направлен назад и цепляется за дно шкатулки.

Протянув руку, я хотела взяться за цаплю и попытаться открыть шкатулку. Однако внезапно белая птица пришла в движение, она взмахнула крыльями и потянулась клювом к моей руке. В испуге я отпрянула, а пернатая взъерошила перья и агрессивно зашипела на меня, щёлкнув клювом. От неожиданности я ойкнула и тут же зажала себе рот рукой, уставившись на дверь. За дверью была тишина, да и в комнате тоже, капля приняла исходное положение и больше не двигалась.

Шли секунды, охрана не появилась, значит, мы с цаплей не громко общались, решила я и вернула свое внимание шкатулке. Это что за 3D эффект, изумилась я, не решаясь вновь прикасаться к птице. Или это и есть проявление волшебства в этом мире, восхитилась я. Очень необычно и захватывающе, вот только как открыть шкатулку, судя по всему, там что-то интересное.

Разглядывая изделие, я аккуратно провела пальчиком по одной лапке и она пошевелилась, удобнее перехватившись, а цапля подняла на меня голову. Охренеть! Как живая! Изумилась я, однако прикасаться к птице всё ещё не решалась. Она вроде потянулась ко мне, когда я хотела взяться за неё, вспомнила я.

Была не была, решилась я, не сожрёт же меня цапелька, она маленькая, подаваться. Настроившись, я повторно потянулась к белой птичке, но только одним пальцем. Взмахнув крыльями, цапля потянулась ко мне клювом и уколола мой пальчик. Спустя пару секунд трёхпалые лапки сжались в кулачки, освободив крышку. Потрясающе, это точно магия, поразилась я и взявшись за успокоившуюся цаплю сняла крышку со шкатулки.

Внутри стопочкой лежали три тетрадки. Ура! Мысленно возликовала я и начала изучать свою находку с нижней тетради, рассудив, что начинать нужно именно снизу. Взяв добычу в руки, я поразилась качеству тетради, листы плотные, приятные на ощупь, но не глянцевые. На обложке изображена цапля, стоящая на одной ноге среди камышей.

Подсев к окну, я с замиранием сердца перевернула страницу и углубилась в чтение. Это действительно был дневник княжны Джи. Именно эти записи, она делала в юном возрасте, так что это действительно было начало, судя по дате ей было двенадцать лет. Исходя из текста, девочка была капризная и разбалованная, её интересовали лишь игры, наряды, встречи с подружками и сплетни. А вот учиться ей не нравилось, княжна постоянно жаловалась на мать, старшую сестру и учителей. Девушка была не довольна возрастающим объемом информации, которую её заставляли усвоить. На страницах дневника, юная княжна перемывала кости своим подружкам и обсуждала старшую сестру. Но делала это без злости и зависти, скорее из вредности.

Время шло, княжна Джи росла и становилась не столь инфантильной. К четырнадцати годам, она стала более ответственной, рассудительной и благодарной, но всё ещё веселушкой и модницей. Девушка описывала праздники, встречи, и просто некоторые моменты, которые затронули её душу. Также девушка рассуждала о будущем и своем месте в семье, очень необычно для столь юного возраста. Между записями в дневнике иногда были значительные промежутки времени, и с каждой новой заметкой Джи представала передо мной, более взрослой и ответственной.

Из дневника мне стало известно, что родилась я восьмого числа восьмого месяца. Это чрезвычайно счастливое число, поэтому мама назвала меня Джи, что значит удачливая. М-да, что-то не сходится, вздохнула я. Какая же она удачливая, если отбросила копыта, едва вступив в совершеннолетие.

На обложке второй тетради цапля шла по колено в воде, а на речной глади цвели лотосы. Второй дневник девушка начала вести в шестнадцать лет. Здесь чувствуются уже более зрелые мысли, переживания о семье, забота об окружающих и рассуждения о будущем. Это уже размышления настоящей княжны, подумала я. Что меня удивило, как это то, что не было раздумий о парнях, первой любви и переживаний как понравиться противоположному полу. О мужчинах Джи думала опосредованно, как о дополнении и приложении к её статусу.

Первый сексуальный опыт княжна пережила одним из своих охранников в семнадцать лет. Во время прогулки она просто сказала ему «Погаси сегодня свечи в моей спальне» и вечером после вечерних процедур мужчина пришёл к ней. Исходя из прочитанного, любая из женщин клана, может пожелать любого мужчину, если он не чей-то муж или наложник. Не знаю, имеет ли право мужчина отказаться, но Джи никто не отказывал.

Как я поняла, для женщин в этом мире почти нет запретов. А понятий распутная, доступная или не приведи Господи шл*ха, просто не существует. Этим миром правят женщины, так что у мужчин нет права их оскорблять. В тоже время и княжна не позволяла себе высказываться уничижительно о мужском поле. Она оценивала мужчин по статусу, внешности и рассуждала о пользе, которую он может принести клану в целом и ей в частности, но никогда не опускалась до оскорблений в своих записях.

Чтоб не забеременеть Джи носила тонкое колечко на мизинце. Я посмотрела на свою руку, колечко было на месте, тоненькое, совсем не весомое и почти не заметное. Но оказывается, оно выполняет очень важную функцию. Думаю, что княжна Джи просто была не готова стать матерью в столь юном возрасте, поэтому позаботилась о контрацепции.

Из дневников я узнала, что Юн Ли служит мне уже четыре года, а до неё была Сян Хансукан, но она вышла замуж и забеременела. Поэтому выполнять свои обязанности не могла. Более того, большинство служанок дома, это члены клана, то есть дальние родственницы. У Юн Ли другая фамилия так как она из другого клана, но её семья присягнула на верность клану Хансукан, поэтому она вхожа в дом княгини. А дальние родственники тут случайно не служат, не хотелось бы оказаться в койке со своим троюродным братом, мысленно напряглась я.

Так же мне стало известно, что у меня есть две лучшие подруги. Первая это Мингю Гун, девушка на чьём дне рождения меня травонули и Киую Пань, дочь самой состоятельной купчихи нашего княжества. Мы трое с детства были практически неразлучны, так что я прочла много историй о нашей дружбе и о девушках непосредственно. Возможно, в беседе с ними мне удастся не выдать себя, вот только как они выглядят мне не известно.

Третий дневник княжна начала после своего совершеннолетия. Она подробно описала свой день рождения, матушка закатила дочери шикарную вечеринку, которая запомнилась надолго, не только всем приглашенным, но простым жителям города. Так как была пожертвована огромная сумма на благотворительность, а на площадях радовали сладости.

В третьей тетради записей было не много. Здесь княжна предстала совсем взрослой и осознанной девушкой. Она заботилась о своем имидже и чести клана, искренне любила и уважала свою семью. Джи часто являлась представителем от клана Хансукан на многих мероприятиях и приёмах, она любила повеселиться, но знала меру. Девушка действительно увлекалась живописью, любила читать, занималась благотворительностью, а так же иногда присутствовала на некоторых судебных заседаниях. Замуж княжна не собиралась, так как сердце её было свободно, но красивых мужчин она любила, однако не злоупотребляла.

Такие выводы я сделала, прочтя три неполные тетради дневников сиятельной княжны Джи. Мне было искренне жаль девушку, она была хорошим человеком и достойной дочерью клана. Мне кажется, она не заслужила такой участи, как смерть в столь юном возрасте. Впрочем, личный дневник это весьма субъективный источник информации, хотя и он мне помог сделать выводы о личности бывшей хозяйки тела. Последняя запись была сделана почти за две недели до смерти девушки.