Глава 31. «…В сердцах звучит песнь свободы…»
Аурелия
19 мая. 9:09
Моя жизнь всегда была серой, и в ней очень редко проскальзывали красочные моменты. Но если до сих пор я думала, что хуже не будет, то глубоко ошибалась.
Я прожила настолько яркие моменты с Демьяном, что моя жизнь стала невыносимой. Я чувствовала себя такой опустошенной, что порой не понимала, что делаю. Глядя на лица моих родных, я ненавидела их еще больше. Они загнали меня в клетку, в которой я задыхалась. Я хотела сбежать от них и вернуться в Черный лес. Пусть там опасно, но я была счастлива рядом с Демьяном.
— Аурелия, ешь, — прозвучал строгий голос папы.
Я оторвала взгляд от тарелки, на которой лежал мой завтрак. Омлет превратился в кашу, пока я кромсала его вилкой. Аппетита есть не было, поэтому я просто издевалась над едой. Демьян бы не одобрил этого. Он хотел, чтобы я поправилась. А я, кажется, потеряла еще килограмм.
— Я не голодна, — сухо ответила я.
— Тогда перестань царапать вилкой тарелку. Действуешь на нервы, — раздраженно произнес Ларион.
Я перевела взгляд на своего противного кузена. Его кристально-голубые глаза были наполнены гневом. Это вызвало у меня улыбку. Я покрепче сжала вилку и провела зубчиками по дну тарелки. Раздался отвратительный звук.
— Ты больная?! — Ларион взбесился и, поднявшись со своего места, потянулся к моей тарелке. Он бросил её на пол и разбил. — Если не хочешь жрать, то вали к себе!
Я нахмурилась и посмотрела на папу. Я ждала, что он скажет ему что-нибудь, но этого не произошло. Он, как и всегда, проигнорировал действия своего племянника.
В этом доме мужчинам позволяли все. Даже такое отношение к женщинам. Раньше я старалась не реагировать на это, но не собиралась это терпеть.
— Иди, собери осколки, — гневно произнесла я, взглянув на кузена.
— Что? — Он театрально усмехнулся. — Заткнись, Аурелия. Иначе я заставлю тебя собрать эти осколки и жрать с пола.
Я, конечно, не удивилась подобному тону и словам. Я даже привыкла к ним за свои двадцать два года. Однако с недавних пор я поняла, что ни у одного мужчины нет права так со мной разговаривать. Даже если он мой кузен.
— Не заткнусь. — Я взяла в руки свою кружку с кофе и немного отпила.
— Аурелия, веди себя прилично. — Папа спокойно ел, говоря мне эти слова. Одетый в деловой костюм, он собирался куда-то. Если встреча важна, он старался не злиться перед ней. Это мешало ему здраво мыслить.
Я недовольно фыркнула и взглянула на маму. Она смотрела на меня так, словно просила сидеть спокойно. Будто сейчас не время показывать характер. Впрочем, все как обычно.
— Во сколько собираются министры? — Она прочистила горло и мягко улыбнулась. Ее вопрос явно был задан, чтобы разрядить обстановку за столом.
— В двенадцать, — равнодушно ответил папа. — Кстати, Ларион, ты пойдешь со мной.
— Намечается что-то интересное? — Кузен ехидно улыбнулся.
— Да. Сегодня Власов наконец-то соизволит появиться перед нами. Нам надо сместить его с места Префекта.
Я застыла, услышав фамилию любимого мужчины. Если бы не учащенное сердцебиение, то я бы долго сидела как каменная статуя. Температура моего тела резко поднялась. Лицо начало гореть. А ведь они даже имени его не произнесли.
— У тебя есть план? — Ларион вальяжно откинулся на спинку стула. Он сидел так, будто является пупом вселенной. Это бесило.
— Мы проголосуем против него. Огневы тоже с нами. — Папа отложил столовые приборы в сторону и скрестил пальцы перед собой. — Демьян — необразованный дикарь. Такой не может стать Префектом.
— Что за чушь? — раздраженно спросила я. — Он умнее вас всех.
Папа одарил меня долгим и холодным взглядом. Ему явно не понравилось то, что я сказала. Я чувствовала его нарастающий гнев. Его шея слегка покраснела.
— Оливия, займись воспитанием дочери, — произнес он сквозь стиснутые зубы. — Она явно забыла, как себя вести. Провела время с дикарем в лесу и позабыла все, чему её учили.
— Я ничего не забыла, — процедила я. — Я просто изменила свои взгляды на жизнь. Например, я решила, что не выйду замуж за Влада.
Мое заявление привело всех в шок. У папы задергался глаз, а мама побледнела. Ларион сразу пришел в бешенство.
— Ты головой ударилась?! Потеряла мозги в лесу?! — Он поднялся на ноги и размахивал рукой перед моим носом.
Я глубоко вздохнула и, взяв салфетку, коснулась ею уголков губ. Он продолжал жестикулировать и кричать. В этот момент к нам подошла наша горничная Сиси. В её руках был поднос со стаканами.
Тебе не нужна сила, Релли. Можешь треснуть его чем-нибудь тяжелым по лицу.
Я встала, думая о словах Демьяна. Резко выхватив у Сиси железный поднос, я ударила им по лицу Лариона. Послышался громкий хруст.
— Блядь! — Он схватился за нос, из которого хлынула кровь. Я улыбнулась, увидев шок в его глазах. Воспользовавшись моментом, я ударила его по лысой голове. Его взгляд моментально стал расплывчатым.
Порадовавшись этому, я вернула поднос ошарашенной горничной. Выдохнув, я хромой походкой леди направилась к себе в комнату, бросив напоследок:
— Приятного аппетита.
Я с трудом поднялась по лестнице и вошла в свою спальню, хлопнув за собой дверью. Моя колено сразу дало о себе знать. Я носила бандаж, который позволял мне согнуть ногу. Но врач запретил передвигаться без необходимости.
Я лежала неделю и только сегодня решила немного походить. Видимо, я переоценила свои способности. Все-таки трещина — это серьезно. Даже если она очень маленькая.
Я села на кровать и хотела достать из-под подушки ветровку Демьяна, но меня отвлек звук открывающейся двери. Мама вошла в комнату, прожигая меня неодобрительным взглядом.
— Что происходит? — Она скрестила руки на груди и встала в позу строгого родителя. — Зачем ты набросилась на Лариона?
— Он заслужил, — фыркнула я.
— Ты не должна была так вести себя, Аурелия. Еще и нос ему сломала.
— Пусть благодарит, что не сломала позвоночник. — Я нахмурилась. — Я устала от него, мам. Он противный. Я готова пришить его в любой момент.
— Аурелия. — Мама тяжело вздохнула и подошла к моей кровати. Она села на краю, окинув взглядом мою спальню. — Папа очень зол на тебя. Я не могу донести до него, что ты прожила тяжелые моменты. Он видит, что ты жива, и не считает нужным беспокоиться о твоем психологическом состоянии. Его тревожат совершенно другие вещи. Он не станет долго терпеть такого твоего поведения.
— Плевать. Пусть делает, что хочет, — пренебрежительно бросила я.
Мама ничуть не удивилась моим словам. Она уже привыкла к моему упрямству.
— Он не позволит тебе отказаться от брака. Ему нужна поддержка Огневых, — с сожалением произнесла она.
— Он все равно не станет Префектом, мам.
— Почему ты так уверена в этом?
— Потому что я знаю Демьяна. Он не уступит ему. Никогда. Даже если против него встанут все министры.
Я помнила разговор Коды и Демьяна. Я так же знала, что Власов дорожит братьями. Он станет Префектом ради них.
— Ты…очень странно реагируешь, когда речь заходит об этом мужчине. — Она подозрительно посмотрела на меня. — У тебя есть к нему чувства?
— Есть, — честно призналась я.
— Аурелия. — Мама побледнела.
Я рассказала своей семье и Лудусе и о том, что Демьян спас меня. Но сделала это без особого энтузиазма и эмоций, чтобы не выдать своих чувств. Однако за завтраком я наверняка сдала себя с потрохами. Папа точно все понял.
— Я люблю его, мам, — мой голос охрип. — Но…одной любви недостаточно, чтобы быть вместе.
— Алексей сойдет с ума, если узнает. — Она накрыла свою грудную клетку ладонью. В её карих глазах засели тревога и страх.
— Он уже заподозрил, — добивала я её.
— И это плохо. — Она обхватила ладонями мои плечи. — Ты спала с Демьяном?
— Да, — я улыбнулась уголком губ, увидев ужас на её лице. — Обнаженная. Но я все еще невинна. Он не сделал ничего плохого. Просто согревал меня.
— Это все равно плохо, дорогая. Ты знаешь правила. Если Демьян расскажет кому-нибудь об этом…
— Он не расскажет, — перебила я её. — Он не такой мужчина. — Я убрала ее руки со своих плеч. — Мам, тебя правда волнует только это? Ты не слышишь меня? Я люблю его. Я не хочу замуж за Влада. Лучше я буду одна всю жизнь.
— Папа никогда не позволит тебе этого. — Она выглядела озадаченной. — Не начинай воевать с ним из-за брака с Владом. Я не хочу вновь метаться между вами.
— Я все равно не выйду замуж, — твердо произнесла я. — Ты можешь не метаться между нами и поддерживать его. — Я легла и отвернулась от мамы.
— Аурелия…
— У меня болит колено. Я хочу отдохнуть.
— Хорошо.
Мама вышла из комнаты, оставив меня одну. Я сразу достала ветровку Демьяна и укуталась в неё. Встав с кровати, я вышла на балкон. Отсюда я могла увидеть часть города и темные скалы. Раньше я не обращала на них внимания. Но сейчас мой взгляд был устремлен только на них. Где-то там находился замок Власовых. Где-то там находился мой Демьян.
Я знала, что он убил отца и освободил братьев. Новость об этом пришла в наш дом на следующий день после возвращения. Я была рада за него. Рада за его братьев. Однако я все равно проживала невыносимую боль разлуки.
Я запустила руку в карман и достала оттуда его часы. Взглянув на них, я прижала их к груди и рухнула на колени. Из горла вырвался всхлип. Мои губы задрожали. Слез не было. Кажется, я выплакала их за эту неделю.
Демьян…