Глава 18.

За то время, которое я провёл в темнице, чего я только не вынес. Варлен меня не щадил, пытал ножами, розгами, ледяная вода, которая будоражила всё моё сознание. Отец меня не пощадил, отдав в руки маньяку, который наслаждался этими пытками и мучениями. Как же Арию моя душа не давала покоя, как его бесило, что я продолжал бороться и сопротивляться. Розги это были только цветки на стебле, можно сказать как щекотка для меня, а вот когда ножами пытали, тут было сложнее свои вопли удержать. Тут не один, демон не выдерживает, сразу сдаются. Варлен потом ходит довольный, насытившись болью и страданиями. Он маньяк, которому мало боли и страданий, он всегда жаждет большего, вкус крови демона на его пыточных инструментах, словно дурманил, опьянял.

Видели бы вы его лицо, когда на мне раны стали заживать чуть быстрее, чем полагается. Я не считал сколько раз, он в меня нож вонзал и мучительно медленно вытаскивал. Но я всё равно сквозь зубы кровавые им в лицо улыбался. Всё что они делали, это пробуждали во мне ту силу, с которой им потом не справится. Мои видения не прекращались, я чувствовал своих девочек, дочь только когда она была рядом с Лиссой. А так она скрыта от моего взора. Они даже не подозревали, что во мне росла сила, я специально создавал им иллюзию своих мучений, боли на душе. Даже мой отец, старый пень не знал, что у меня за это время созрел план. И что скоро полетят головы, и я все души демонов заточу в своё подземелье, которое я построил после смерти своего брата. И то подземелье будет страшнее, чем это. Осталось лишь подождать и мой план осуществиться.

Я стоял на коленях в темнице, холодной и сырой. Мои руки и ноги были прикованы цепями. Моё тело, конечно, болело, но я чувствовал, как мои силы возвращались. Как раны затягивались, одна за другой. Но эта сила была совсем другой. Кажется, я меняюсь и не в лучшую сторону. Что происходит со мной, я не понимал. Но я чувствовал с каждым разом новый прилив, и он становился мощнее другого. Я не сопротивлялся этой силе, а наоборот поддавался, принимал её как дар божий. Моя голова была опущена вниз, я сквозь сон услышал, да боли приятный женский и такой родной голос матушки. Её мелодичный тонкий голос, пробуждал в мне-то тепло, которое она дарила мне в детстве. В душе я ликовал и был рад, что она ко мне пришла. Ведь мы уже давно с ней не виделись.

Мне даже хотелось, обнять её и сказать, что у неё есть внучка. И что сын её обрёл счастье и любовь. Но наш отец всё отобрал, лишил меня этого прекрасного, что осталось на земле. Я знал, что услышав эти слова, она сделает всё возможное, чтобы уйти на землю и познакомиться с ними. Ведь это была моя мама Алетта, добрая, сильная, можно даже сказать мужественная женщина. Большинство демониц, голову склоняют перед ней, когда моя мать куда-то идёт. Она не уступает места в красоте с другими, всегда старается ходить гордой походкой. Несмотря на то, что она потеряла сына, разошлась с мужем и отпустила с чистой совестью и душой, в своё плавание младшего сына, то есть меня.

Открыв свои полу опухшие глаза, я гордо поднял свою голову. Я, слыша, как они опять ругаются. Я огляделся и увидел ещё одного демона, который был верен моему отцу, и это был пёс Агит. Никчёмный вояка, всегда боялся слова моего отца, чуть ли не в обморок падал, при видя его. Жалкое и убогое создание, пародия на демона. Он даже на меня не смотрел, его голова была опущена вниз, взгляд был провинившегося котёнка. Который нагадил, а убрать за собой не смог, лапки мешают. Крики стали ещё громче, и теперь я мог слышать их разговор.

– Арий, ты хоть понимаешь, что ты наделал? Ты первого сына убил. И теперь принялся за второго, что они тебе сделали. На трон твой вонючий ни сели. Да кому он нужен этот трон. Ад – гиблое место для всех, кто тут есть. Ты создал условия, в которых ни один демон жить не может. Ты порождение ада, а твой сын смог быть выше, найдя счастье и любовь. Ну, тебе этого не понять, ты и меня никогда не любил, лишь только считал курицей несущей яйца. Из которых появлялись твои дети. Я не позволю тебе, убить моего второго сына. Сейчас же открой дверь и выпусти моего мальчика,– последние слова звучали, как раскат мощного грома. Это было нечто, такой голос матери я никогда не слышал. "Значит, мама всё знает, как и отец",– подумал я, с ухмылкой на лице.

– Ты женщина, родившая слюнтяев, а не мужиков. Они должны были сесть на мой трон. А ты дала им свободу действия, вот теперь и пожинай свои плоды, Алетта. Он останется тут, и не видать ему своей жены и дочки,– кричал он, суровым тоном надвигаясь на женщину.

И тут произошёл неожиданный поворот, сильная, звонкая пощёчина обрушилась на щёку грозному владыке ада. Звук разнёсся по всему подземелью. Да, эхо тут шикарное, много чего можно отсюда услышать.

Отец явно не ожидал такого от неё, ведь раньше когда они только познакомились, она боялась его. Но времена меняются, так, же как и Алетта поменялась. И теперь она не боялась ничего и никого. Я ехидно улыбался, своей коварной, дьявольской улыбкой. И настал истинный момент, двери отворились, и в них вошла своей гордой, величественной походкой моя мать Алетта. Увидев меня в таком состоянии, да ещё и прикованным цепями. Её глаза сузились. Я чувствовал, как она внутри вспыхнула гневом. Да таким, что я думал, она и меня им убьёт. Отец же с красной щекой, вышел из-за её спины.

– Госпожа, я рад видеть вас, в добром здравии и как всегда в прекрасном образе. Вам даже подземелье это убогое к лицу,– произнёс я, криво улыбнувшись, своей неотразимой улыбкой на лице.

– Давненько, я не слышала, таких слов обращения ко мне, сын мой. Ты единственный, кто всегда обращался ко мне должным образом,– говорила она, с улыбкой в глазах и гордостью за своего сына. Это сложно было не увидеть.

Эта женщина, была когда-то простым человек, но ради любви она отдала свою душу, на душу демона. Но человечность в ней всё равно осталась, чистая душа человека и душа демона, смогли как-то существовать внутри неё. Даже сейчас она сдержала слёзы человеческие, и держалась, словно она дьяволица, рождённая здесь. Я всегда восхищался своей матерью. Вот кто был для меня настоящим примером.

Она подошла ко мне и склонилась к моему лицу. Коснулась своей до сих пор нежной ладошкой моего лица, и так тепло погладила по щеке. На душе стало теплее, я прикрыл на секунду глаза, вспоминая, как она так делала, когда давала советы нам с братом. Я открыл глаза и произнёс:

– Что вы, госпожа. Вас все любят и почитают. Даже в ноги кланяются.

– Ох, сынок. Ты изменился, Арий ты даже не представляешь, что сотворил. Поделом тебе будет, владыка безголовый.

Мать хищно улыбнулась, развернулась и ушла. Я стоял и ничего не понимал, о чём она говорила? Отец смотрел ей вслед, его взгляд был ошарашен. Он и сам не понимал, что произошло. Но его смятение длилось не долго, он взорвался и вышел из темницы, хлопнув очень сильно дверью. Я разразился дьявольским хохотом. Да так громко, что этот смех дошёл до самого верха. Закончив хохотать, я повернул голову на сидящего в стороне Агита. Этот малой дрожал, сидя на стуле. Я не удержался от подколок над ним.

– Эй, чудрила японский, что поджилки трясутся. Страшно стало, ты хоть бы штанишки проверил. А то вдруг, какули сделал,– говорил я, серьёзным тоном. Я еле сдерживался, чтобы не засмеяться над Агитом.

Он поднял на меня свой взгляд, видимо жути хотел нагнать на меня. Но у него ничего не вышло, мне было фиолетово. Только хотел сказать, двери открываются, и входит Варлен, потирая свои зловонные руки, от предыдущих пыток, одного из демонов. Его руки были в запёкшейся крови. Его глаза блестели от предвкушения новых пыток только теперь надо мной. Я лишь закатил глаза, с усмешкой на лице. Вслед за ним зашли ещё трое амбалов демонов. Они сняли с меня цепи, и повели в пыточную Варлена. Они приковали меня к столу цепями, и отошли в сторону. Их каменные лица, ничего не выражали, даже мускулы все на месте были, ни один не дёрнулся. Вот это выдержка, видимо давно служат ему.

– Чем на этот раз щекотать нервишки мои будешь?– спросил я, смотря в потолок его пыточной комнаты.

– Для тебя я припас самое вкусное, Кир. Ты же знаешь, на что я способен. Ещё чуть-чуть и ты будешь просить тебя пощадить.

Я его не особо слушал, так как его кричащий, звонкий с нотками хрипоты голос слух резал. Но для этого у меня есть песенка в голове. Я её напеваю, нервы хорошо успокаивает. Он там что-то говорил, шумел своими инструментами, а потом как закричит.

– Да, где этот чёртов инструмент. Я его сегодня тут специально положил, чтобы этого ирода мучить,– причитал мужчина, ища свой самый верный инструмент. Он решил меня внутри ломать, а точнее мои кости.

И вдруг мы услышали крики, двое амбалов тут же выскочили из пыточной. Дверь за ними закрылась. Я так и лежал на столе, прикованный цепями. Шум за дверь не прекращался. Варлен напрягся, я чувствовал, как его зубы скрипят. Руки в кулаки сжимаются. И тут дверь резко с петель вылетает вместе с этими двумя амбалами на ней.

– Ты не это ищешь, Варлен. Хорошая вещь, быстро же демоны твои нам всё сдали,– раздался голос, такой знакомый, слегка грубоватый.

Это был мой друг и соратник, он всегда был рядом со мной и моей семьёй. Он, конечно, сразу понял, что меня забрал отец. Нашёл приспешников, которые давали верную и надёжную информацию. А так как я мог, забраться в голову, пока меня вели в темницу. Я искал тех, кто нам помогает. И вот с помощью них, мы разработали план. Да, времени пришлось потратить много, так как слишком много демонов было на пути. Да и мне пришлось искать нужного демона долго, так как их много было на моём пути.

Жизнь штука сложная, так как жизненный путь иногда такой тернистый и зыбкий, что не успеваешь оглянуться, как уже по пояс в проблемах. Которые разгребаешь, по полочкам всё расставляешь, а потом "бац", и опять какая-нибудь жопа приключается. Тут не знаешь, с какой стороны тебе прилетит очередная пощёчина. От которой либо будет больно, либо решится легко и просто. Вот и у меня сейчас такая же ситуация, я к своему счастью иду тернистыми и зыбучими препятствия.

И каждый раз это счастье из моих рук ускользает. Но не в этот раз, набравшись сил, я одним рывком разрываю цепи. И когда я поднялся, понял, что на меня друг смотрит в шоке, Варлен упал на колени. Что происходит, я никак не мог понять. Пока не ощутил крылья за своей спиной и рога на голове. Повезло, что хвоста не было. Теперь я понял, что за сила таилась во мне. Это всё могло долго дремать, если бы не отец. Вернувшись в человеческий облик, я расплылся в коварной улыбке.

– Как… как это возможно? Ты не можешь быть им?– дрожащим голосом произносил Варлен, его большие глаза, так и просились наружу выйти погулять. Я разразился дьявольским смехом.