Глава 15

Бен с сомнением взглянул на содержимое блюда, а затем поднял глаза на меня. Улыбка с моих губ сползла.

— Тебе не нравится? Мишель, конечно, не шеф-повар, и только учится готовить, но пока никого не отравила.

— Я ничего не хочу сказать о кулинарных способностях твоей сестры, — поморщившись, проговорил он. — Просто не уверен, что всё это съем.

— А я тебе на что? — усаживаясь на диван рядом с ним, я подогнула под себя ноги и взгромоздила на колени тарелку с ужином. — В моей комнате временно проживает рагмарр. А я до сих пор не удосужилась выяснить у него немыслимое количество вопросов, мучивших меня уже многие годы.

Бен медленно повернулся и посмотрел на меня. В его глазах мелькнула тень, выражение лица стало непроницаемым. Я слегка склонила голову и ответила обезоруживающей улыбкой. Вручив ему вилку, пододвинула ближе блюдо.

— Начнём с самого начала, — наматывая на вилку макароны, произнесла я. — Откуда взялись рагмарры?

Он нахмурился, но еда его интересовала гораздо больше моих глупых вопросов.

— Как и все - из утробы матери.

— А дальше?

— Я не помню свою мать, всю жизнь прожил с Томом.

— Каково это - быть рагмарром? Ты не помнишь свою маму, не знаешь отца…. Вся твоя жизнь состояла из перемещений по стране и смертей, а как же детство? Помню, ты говорил, что брат воспитал тебя, но кто-то должен был научить всему Тома?!

— Он говорил, что у него это от природы, — невесело хмыкнул Бен. — И когда я видел его в деле, сомнений в этом не возникало. Ты спрашиваешь о семье…. Иногда я думаю, что он мог легко убить наших родителей, но потом вспоминаю, кем являемся, и легенды о таких, как мы.

— Я предположила, что у вас с Томом один биологический отец, но матери могли быть разные.

— Да, — кивнул Бен, ковыряясь вилкой в горке макарон. — От детей, зачатых от рагмарра, обычно отказываются или их забирают отцы. Вероятно, чтобы дети не узнали материнской любви и тепла, впоследствии став ещё более безжалостными чудовищами. Но нам повезло больше других - мать у нас общая. Правда, я её ни разу не помню.

— Ты только что поверг меня в шок. Раз у вас с Томом одна мать, то понимаешь, что это значит?

— Не представляю, — хмуро проворчал он, глядя в тарелку. Бен жевал без особого удовольствия, и я начинала думать, что уже испортила парню аппетит.

— Ваши родители были любовниками. Их связывали чувства, иначе ты бы не родился.

— Ты так много вкладываешь смысла в это слово - «чувства», — он перекривился. — Мы не можем знать наверняка.

— Но ведь отказниками вы не были!

— Очевидно же.

— Кто твоя мать, Бен? — я чуть не выронила вилку, осенённая неожиданной мыслью. В его жилах текла кровь ведьмы, не только рагмарра. В будущем он мог обрести её способности. Если захотел бы, конечно.

— Ты не по адресу. О раннем детстве я знаю лишь со слов брата. Надеюсь, ты не планируешь разыскать моих родителей и воссоединить счастливую семью?

Посмотрев на него, я поняла, что он не лжёт - коронная надменная ухмылочка и будничный взгляд. Ладно, с этой темой покончено.

— Сколько на твоём счету?

— Эшли, не надо, — вилка в руках Бена замерла, повеяло жаром, когда как голос его обжёг холодом.

Я не дрогнула, хотя хотелось передёрнуть плечами и сбросить неприятное жалящее ощущение.

— Я не верю, что ты хладнокровный убийца, Бен.

— Тебе повезло. Другим подобного счастья не выпало. Не говорю, что мне было приятно это делать, но я не видел иной жизни. Мне внушили, что я - хищник, но истребляющий не из чувства голода или инстинктов, а ради денег. Кажется, так ещё хуже, чем, если бы я был волком и убивал умирающих животных.

— Да, пожалуй, — я задумалась и опустила вилку в тарелку. Бен заметил, что я смотрю невидящим взглядом перед собой и поднял голову. Поворачивая прибор в руке, он терпеливо ждал, когда я продолжу. — Как вы получаете заказ? Кто-то доставляет его, по почте или курьером?

— Я не знаком с этой системой. В нашем дуэте всегда был лидером Том, негласно. Меня никто не спрашивал, согласен я или нет - просто так повелось с самого начала.

— Он приносил конверты? — я внимательно посмотрела на Бена.

На его лице ничего не отразилось.

— Я находил их на столе. Всегда. Но Том каждый раз пропадал на время, прежде, чем они появлялись.

— Надолго?

— Всегда по-разному, но не более, чем на сутки.

— Рагмарры получают заказы в Библиотеке, — произнесла я и посмотрела в тарелку. Взяв вилку, вяло поковырялась ею в остывшем и утратившем для меня аппетитность куске мяса. — Так всегда было заведено.

— Не могу сказать с уверенностью, но наверно, — в голосе Бена ощущалась нотка вины, но лицо оставалось неподвижным и пустым. — Существует отлаженная за годы и даже века схема. Иначе бы уже кто-то вмешался и перекрыл кислород рагмаррам. Надо начинать копать из Библиотеки - там затягиваются все узлы.

— Да, — я с недоумением посмотрела на Бена.

Он нахмурился и склонился над блюдом, делая вид, будто сосредоточен на еде. Удержавшись от улыбки, чтобы ещё больше не смутить его, я отложила вилку и скрестила руки на груди.

— Я говорила со Стэнли. Прежде думала, что есть некое третье лицо, вроде посыльного или посредника, через него заказчик связывается с охотником за головами. И только он знает в лицо и того, и другого.

Бен поднял голову и, прищурившись, посмотрел на меня.

— Это слишком опасно. Посредника могут перехватить, не считаешь? Такие искатели, как ты, подловят и под пытками вытянут всю необходимую информацию. — Он покачал головой: — Нет, не согласен.

— Значит, остаётся только один вариант, — я торжествующе улыбнулась.

Именно такого ответа я ждала от Бена, потому что теория об отлаженном порядке передачи сообщений для рагмарров в Библиотеке мне казалась более вероятной, и с каждым днём я всё больше к ней склонялась. Заказчик оставлял в ячейке письмо до востребования, а рагмарр его забирал - удобно и без лишних хлопот и свидетелей. Но в таком случае, заказ мог достаться любому рагмарру….

Наверно, я нахмурилась - Бен настороженно усмехнулся.

— Что ты придумала?

— Если заказчик оставляет….

Он поморщился и жестом прервал мои рассуждения.

— Я слышал твои мысли, можешь не продолжать.

— Что? — по спине пробежала дрожь. Внезапно стало нечем дышать.

Участившийся пульс горячим леденцом трепетал у горла. Я смотрела на Бена, на его беспристрастное выражение лица и неспешные движения. Он накручивал макароны на вилку и делал это издевательски медленно. Я осторожно выдохнула.

— Ты слышишь ВСЕ мои мысли?

— Нет, но сейчас ты действительно громко думала. Всё верно, ваши конверты могли достаться другим рагмаррам.

— И наша участь не оказалась бы столь прекрасной, — погрустнев, прошептала я.

Бен неожиданно рассмеялся. Я покрылась мурашками от окатившего меня звука. Чувствуя, как становлюсь пунцовой, прижала колени к груди и уткнулась в них лицом. В любом случае, он уже знал, но я смутилась и ничего не могла с собой поделать.

— Но судьба сложилась именно так. Зачем переживать из-за того, что не случилось и никогда не случится? Хреново, что у Тома остался третий конверт, — он поморщился и небрежно уронил вилку в тарелку. — Но мы как-нибудь переживём.

— Я не переживу, — возразила я. — Мы должны узнать, кто третий.

Бен похолодел. Желваки напряглись, он стиснул зубы.

— Возможно, третий уже мёртв, Эшли. Лучше не ворошить это, только больнее будет.

— А если это Моника? — я выпрямилась и уставилась на него.

Бен схватил меня за запястье, и я не видела его движения. Притянув к себе, он впился взглядом в мои глаза. Мы оказались лицом к лицу, и я неосознанно пододвинулась ближе.

— Сейчас она в безопасности, — процедил он, обжигая дыханием. — Как и Мишель. Единственный, кто играет со смертью, и каждый день подставляет спину для удара - это ты, Эшли. Можно избежать опасности и отсидеться дома, пока его не покинет азарт или подвернётся более выгодная работенка.

— Мы говорим о Томе, верно? Хочешь сказать, он уступит? Заказ от Верховной Ведьмы просто так не оставляют.

— Нет, — Шерман склонился, я ощутила его пульс у себя в груди.

Он смотрел на меня, изучал каждый дюйм лица. Мой взгляд привлекли его губы, и я не могла отделаться от мысли о них. Сердце отзывалось на тепло тела, мы почти прижимались друг к другу.

Бен притянул меня к себе, совсем чуть-чуть, и тугой ком сжался внизу живота. От него раздался сладостный жар по венам. Я стала пунцовой и потупила взгляд.

— Он не оставит вас в покое.

Кажется, Бен забыл, о чём мы говорили, впрочем, как и я. Жилка на его шее пульсировала так быстро, что я покрылась мурашками. Заметив голубое свечение на коже, я прерывисто выдохнула ему в лицо. Он больше не хмурился - его взгляд мутнел.

Я проваливалась в синий искрящийся омут, видела только глаза и губы, и не могла выбрать, что нравится больше. Но Бен разжал пальцы, резко и грубо, хоть и продолжал смотреть в упор.

Очнувшись, я растерянно заморгала.

— Пока я ещё могу бороться, — чуть слышно проговорил он и невесело ухмыльнулся.

Взгляд его прояснился и похолодел - Бен злился на свою слабость передо мной. Отстранившись, устало выдохнул и сложил руки на коленях.

— А надо ли, — я осторожно отползла от него. — Неужели я тебе настолько противна?

Бен вскинул брови и смерил меня долгим тяжёлым взглядом, под ним захотелось сжаться. Потом рассмеялся, качнув головой.

— Была бы противна, меня бы здесь не было. — Показалось, что он говорил серьёзно, хоть и продолжал веселиться. Потерев лоб, Шерман поднялся и посмотрел на меня сверху вниз. — Кажется, ты куда-то собиралась.

Он протянул мне ладонь. Посмотрев на неё, я секунду колебалась, но всё же приняла. Голубое свечение разлилось узорами на коже, и я оказалась стоящей перед Беном.

Между нами скользнула магия медленным обжигающим ветерком. Он поспешил разжать пальцы и шагнуть назад, с улыбкой подняв руки вверх.

— Я учусь с этим жить, как видишь.

— Вижу, — сказала я и улыбнулась. Получилось печально, вымученно, и он заметил, но отвернулся, как ни в чём не бывало.

Интересно, как долго Бен будет сопротивляться? А, неважно. Я - девочка терпеливая.