40 глава

Шум и людской гомон в таверне “Три чарки” не шел ни в какое сравнение с королевским дворцом. Последний уж точно больше походил на гудящий улей, где каждая пчелка спешила по своим важным и неотложным делам. У Его Величества, Августа Второго, таких дел с самого утра было необъятное количество. Все утро к нему в кабинет стройной вереницей тянулись помощники и министры.

– Ваше Величество, позволите? – неожиданно раздался голос герцога Кьяри, нарушившего привычный уклад и ворвавшегося в кабинет, минуя длинную очередь.

– Свободны, – монарх махнул рукой, приказывая остальным удалиться. В спешке и неожиданном появлении своей правой руки Кьяри он не видел ничего хорошего. И интуиция его не подвела.

– У меня плохие новости, – заговорил герцог, едва стража закрыла дверь, и они с королем остались одни.

– А ты когда-то приносил хорошие? – нахмурил брови Август Второй, ожидая самого худшего.

– Тот следователь, Агилар, сбежал, – склонившись над монаршим столом доверительно прошептал мужчина.

– Как сбежал? – неверяще переспросил монарх, подняв голову.

– Я запросил подробный отчет, он скоро будет у вас. Но как я сам понял, ему помогли выбраться из тюрьмы.

– Он сам понял, – едко повторил Август, настроение которого резко ухудшилось от услышанной новости.

– Как много этот ищейка успел откопать?

– Не знаю.

– А что девчонка? Она причастна?

– Не знаю, Ваше Величество.

– Хоть что-то ты знаешь?! – разозлился король на герцога, принесшего ему с утра плохие вести.

– Едва узнал, пришел к вам. Подробности скоро будут известны. Я велел Хоупу лично доложить о случившемся, – невозмутимо ответил Вильям Кьяри, который за свою долгую службу при дворе уже привык к переменчивому монаршему настроению.

– Хорошо, спасибо, – после короткой паузы проговорил Август Второй, устало потирая виски. – Ступай пока.

Герцог поспешил удалиться из кабинета, хотя Август Второй и не славился дурным нравом.

– Ваше Величество, позволите? – замаячила голова очередного просителя в дверях.

– Нет, – слишком резко ответил король, даже не глядя в ту сторону.

Он расхаживал по кабинету, будучи мысленно далеко отсюда. Шельмец Агилар со своим рвением найти виновного стал ему как кость в горле. Расследование только утихло, а этот мелкий пройдоха опять разбередил старые раны и обелил честь обвиняемого. Вместе с герцогом Кьяри они нашли идеальный выход из положения – обвинить во всем самого следователя. И вот снова он путает им все карты. Слишком многое стояло на кону, чтобы Август Второй смотрел на это самоуправство сквозь пальцы. Рисковать своей властью и своим положением ради жизни одного подданного? Одним больше, одним меньше…

– Ты меня огорчила, – в никуда обратился король, но его реплика не осталась без ответа.

У большого окна за его спиной стояла женская фигура.

– Чем же?! Я выполнила все предписания. Не моя вина, что ты проглядел последствия.

– Не смей разговаривать со мной в таком тоне! – едва ли не взвизгнул король. – Ты начинаешь забываться. Твоя жизнь и не только, – многозначительно добавил Август, – целиком и полностью в моих руках. Думаешь, люди примут с распростертыми объятиями такое чудовище как ты?!

Женщина молчала, лишь наградила монарха снисходительным взглядом. Что бы делал этот король без "чудовища"…

– Убей их, – отдал приказ Август Второй, но фигура у окна не шелохнулась. – Убей Агилара и всех, кто причастен к его побегу.

– Всего лишь? – хмыкнула женщина, наконец отойдя от подоконника.