Глава 54

Катерина специально попросила «ненормального» встретить ее. В последнее время ее повадился подстерегать Максим. Ему неймется, все никак не может поверить, что она сама его бросила. А не он ее, как обычно поступал со своими любовницами.

Да, она не его девушка. Она любовница. Та, с кем встречаются для приятного времяпровождения без обязательств. Катерина наконец-то расставила все по местам и сбросила розовые очки. К счастью, она его бросила. По-другому никак. Иначе себя не уважать.

Она использует Дамира Караганова, чтобы Макс наконец от нее отстал. Отца не стала просить встретить. Во-первых, он днем работает, а во-вторых, ему ни к чему знать об этом. Будет волноваться.

– Алло, Инна? – позвонила она Волковой. – Сегодня мы не сможем позаниматься. Кстати, спроси у мужа, могу я сказать Караганову, кто его спас? Или это секрет?

– Да не секрет, – ответила та. – Он же сам дал визитку, значит, не против, чтобы с ним говорили.

– Точно?

– Точно-точно, – успокоила она. – Странно, что он не позвонил сам.

– Стесняется, – улыбнулась Катерина. – Или потерял телефон.

– И потом, – резонно заметила Инна, – мы же были на своих «колесах», он мог запомнить машину и номер.

– Логично.

***

Агейко несколько дней назад повздорил с родителями из-за генеральской дочки Громовой. В итоге мысли снова вернулись к Кате. Он пару раз пытался помириться. Причем не потому, что хотел вернуть ее, а покоя не давала мысль, что она его отшила. Если уж расставаться, то по его инициативе.

Он купил абонемент, чего никогда не делал раньше, и зачастил в спортклуб. Катя ершилась, но покинуть рабочее место не могла, а он этим пользовался. Как раз закончил важный бракоразводный процесс, получил гонорар и взял отгулы.

Сегодня он готовился особенно тщательно, чтобы она видела, что потеряла. Лучший итальянский костюм и пальто, прическа волосок к волоску и белоснежная улыбка истинного дельца. Букет цветов? Почему бы и нет. Раньше он ей цветов не дарил, а теперь решил приятно удивить. Все бабы тают от дюжины-другой алых роз.

Походкой хозяина жизни он вошел в холл спорткомплекса и прямым ходом двинулся к гардеробу. Вдруг он понял, что Кати нет. В окошке виднелась элегантная пожилая дама – сменщица Катерины.

– Простите, а где Катя? – спросил он, пытаясь вспомнить, как женщину зовут.

– Вы разминулись. Она сейчас у косметолога, спустится через пять минут, – ответила женщина, поджала губы и строго на него посмотрела.

Как все умудренные жизнью люди, она была в курсе событий, хотя Катя ей ничего не рассказывала, и давно догадалась, что молодые люди расстались.

– Привет! – услышал он знакомый голос и подумал, что Катерина обращается к нему.

Развернувшись, Макс понял, что она говорила с другим человеком. Его девушка обнимала другого мужчину. Он, опытный и привыкший ко всему адвокат, на миг впал в ступор, не веря своим глазам.

Мужчину он видел со спины. Это был высокий, атлетически сложенный брюнет в черном пальто. А вот Катерина его заметила и – тут он снова не поверил своим глазам – подмигнула ему.

– И тебе привет тоже, Максим, – холодно сказала она, отстраняясь от незнакомца.

Тот развернулся, и все едкие, язвительные слова, которые вертелись на языке у Агейко, так и остались не сказанными. Это был Дамир Караганов, их давний клиент.

***

Катерина только за одно выражение лица Макса была готова простить все заскоки «ненормального». Караганов отработал на все сто.

– Ну как? – спросил он, когда они сразу после встречи в спортклубе поехали пить кофе.

– Я предпочитаю лавандовый раф, – ответила она невпопад.

– Как все прошло, спрашиваю, – усмехнулся он, не сводя глаз с дороги.

Руки его, такие сильные, уверенно лежали на руле. Катерина невольно сравнивала. Темперамент у него взрывной, но в обычной обстановке мужчина расслабляется и становится спокойным и немного вальяжным.

– Спасибо, – чинно сложила она руки на коленях, сжимая сумочку.

– Ты ради этого меня звала?

– Ну, да. Остальное частности, – так же откровенно ответила она.

– Значит, решила сыграть на нервах у бывшего парня? – сделал он вывод.

– И это тоже, – не стала отрицать она. – Главное, чтобы он наконец отстал.

– Отстал? – посмотрел он на нее в зеркало над лобовым стеклом.

– Сталкер недоделанный, – бросила Катя. – Никак не поймет, что все кончено.

– Ты его бросила? – сделал он еще один далеко идущий вывод, размышляя, почему гардеробщица могла бросить одного из самых успешных и высокооплачиваемых адвокатов города.

– Две недели назад. Ой, тормози, мы мимо сейчас проедем.

Черный «рэйндж ровер» свернул во двор. Катерина поняла, что глупость сморозила. У ее любимого кафе стоянки нет, такси высаживает пассажиров и едет дальше. А Караганову надо припарковаться во дворе. Оттуда два шага.

– Что так? – спросил он, обернувшись к ней.

Катерина, которая пыталась отстегнуться и мужественно сражалась с ремнем, не поняла, о чем он спрашивает, и попросила:

– Не отстегивается. Поможешь?

– Сейчас.

От прикосновений его пальцев она на миг задержала дыхание. Убрал руки – выдохнула. Думала, никого после Макса к себе не подпустит, и на тебе. Наступает на те же грабли.

– Я спрашиваю, чего расстались? – уточнил он.

– Не твое дело! – чуть не зашипела она, как рассерженная кошка. – Все, я не хочу твой сраный кофе. Я пошла.

Она открыла дверцу, но он поймал девушку за руку.

– Ты обещала мне информацию.

– Передумала.

Дамир смотрел на нее и веселился. Отчего-то ему было интересно ее злить, разводя на эмоции. Камышина была заводной, со взрывным характером. Это он давно понял.

– Лавандовый раф, – повторил он, должно быть, с интонацией змея в райском саду.

– Ладно, уговорил, – пробурчала Катерина.

Караганов помог вылезти из машины, и они пошли в кафе. Там он сделал заказ. Катя медитировала над чашкой.

– Я в раю, – сказала она. – Ну, спрашивай.

– Кто тот мужик?

– А ты по телефону не пробил? – удивилась она. – На визитке.

– Сим-карта зарегистрирована на какого-то покойника.

– Вот как… – озадаченно сказала девушка. – Ладно. Это Сергей Волков. Он владелец спорткомплекса, где я работаю. Это не единственный его бизнес. Я дружу с его женой.

– Волков? – переспросил Дамир, пытаясь понять, где он мог слышать о нем.

И тут его осенило. В городе была реальная власть в виде губернатора Цибули и криминальный хозяин города Иванченко. Так вот этот Волков, по слухам – его правая рука. Если это одно и то же лицо. Скорее всего. Не бывает таких совпадений. Интересные знакомства у Камышиной, однако.

– Волков, – кивнула Катерина, помешивая ложечкой кофе. – Ну что, десерт-то будет?

– А, да.

Он обернулся и помахал официантке, чтобы сделать заказ. Камышина не уточнила, что хочет, и он заказал то, что обычно выбирали девушки.

– Тирамису.

– Сладкоежка, да? – улыбнулась Катерина и сказала: – А мне «павлову» с клубникой.

Там калорий меньше. Если уж наслаждаться, то без последствий. Принесли заказ, и Дамир молча подвинул обе тарелки ей.

– Не поняла. Это все мне?

– Тебе.

Дамир не мог ее понять и расшифровать. Камышина хорохорилась, но за ее показной бравадой, как у племянника Марата, скрывалось что-то темное и мрачное. Катерина улыбалась, но в глазах веселья не было. Она просто пыталась так отвлечься. Что ж, он подыграет.

– Ну что, в кино? – спросил он, когда она допила.

Они видели в ложе на двоих позади и выше зрительских рядов, хрустели попкорном и в какой-то момент он сам не понял, что случилось. Дамир ее обнял и попытался поцеловать. Катерина шарахнулась и пролила на него диет-колу.

– Ты что, дурак? – прошипела она, но люди все равно начали оборачиваться на ссору парочки. – Совсем сдурел?

– Помоги.

Караганов начал отряхиваться. Его одежда насквозь пропиталась липкой газировкой.

– Сам себе помогай.

Катерина пулей выскочила из зрительного зала и только снаружи остановилась, тяжело дыша. Она коснулась рукой губ.

– Точно ненормальный.

***

«Я тебе еще горные лыжи должен», – написал он ей.

«В расчете», – ответила она.

Вот колючка! Дамир, посмеиваясь, встал и тоже вышел из зала. Все равно фильм был проходным, ни о чем. А у него дома и так был домашний кинотеатр.

Мужчина осмотрелся. Катерины и след простыл. Ушла. Ладно, сейчас позвонит своему человеку, пусть пробьют все по Волкову. Потом надо поговорить с Прохоровым. Если местный криминалитет желает общаться, надо этому посодействовать.

У Дамира было чувство, что он вляпался и все сильнее погружается. Причем во всех смыслах. В семье грядут серьезные перемены, бизнес не ладится, да еще девчонка на двенадцать лет младше засела в голове. Мысли то и дело возвращались к ней.

«Сам себе помогай», – сказала она безо всякой задней мысли. Похоже, она права. Он на грани, как сопливый подросток, у которого кипят в крови гормоны.

– Алло, Борис, надо все по Сергею Волкову, данные я перешлю. А также все, что сможешь пробить по адвокату Максиму Агейко.

Буквально вчера отец сказал, что нанял его для раздела имущества при разводе Зарины.

***

Волков оказался тем самым, а вот с адвокатом было не так просто. Холдинг Карагановых обращался к нему шесть раз по разным вопросам. Агейко славился беспринципностью и тем, что никогда не проигрывает дела, которые вел.

Личная жизнь? Бывшая девушка Камышина Екатерина, нынешняя… дочь генерала Громова. Похоже, они встречаются с недавних пор. На корпоративном сайте и в соцсетях были совместные фотографии в непринужденной обстановке.

– Занятно.

Адвокат встречается с юристкой и в то же самое время наворачивает круги вокруг гардеробщицы.

***

Волк и Прохор встретились в «Царской охоте».

Москвич пришел с охраной. Второй человек после хозяина города был в гордом одиночестве. Он даже не потрудился встать, когда приглашенные подошли к столу, накрытому на одного. Только чашка кофе, и больше ничего, как намек, что он не собирался здесь задерживаться.

Волков был ничем не примечательным с виду мужчиной. Таких даже не запоминают на улице. Никаких особых примет. Только глаза черные, как у цыгана, и взгляд пристальный, словно держит на прицеле.

– Добрый вечер, – ощерился он.

– Приветствую, – пересилил себя и протянул руку Прохоров.

– Садись, Иван Петрович, в ногах правды нет, – сказал Волков.

Это было почти прямым оскорблением, но Прохоров снова сдержался и жестом отослал охрану за соседний столик.

– Поговорим о делах наших грешных? – спросил мужчина напротив.

***

Зарина наконец-то получила согласие врачей на амбулаторное лечение сына.

– Марат, скоро тебя перевезут домой.

– Хорошо, – ответил он. – Мам, я давно тебя хотел спросить.

– О чем?

– Кто мой отец?

Зарина как будто оглохла. В ушах стоял белый шум, перед глазами пустота.

– Мам… Мама!

Только мысль о том, что сыну нельзя волноваться, ее отрезвила и привела в чувство.

– Ничего, ничего, – села она на стул рядом с больничной койкой. – Ничего. Все хорошо.

Но ничего не было хорошо. Марат откуда-то узнал. Кто ему рассказал? Кто еще знает ее позорную тайну, кроме Прохорова? Он точно не мог: не заинтересован. Ему семья никогда не была нужна. На баб плевать, они нужны только для удовольствия. Он дорожил только дружбой и деловыми отношениями и не стал бы ими рисковать. И потом, последние дни он был за решеткой.

– Марат, сынок, – безнадежно посмотрела она на него.

Он уже сто раз пожалел, что спросил, но отступать было поздно. Он это сказал. Мать всегда была моложавой, но теперь словно постарела на десять лет. Уголки губ скорбно опустились, а глаза заблестели от не пролитых слез.

– Не хочешь – не говори, – сказал он и отвернулся, снова ощутив головокружение. – Прости.

– Откуда ты узнал?

– Анализ ДНК сделал, – не поворачиваясь, глухо ответил он.

– Но зачем?!

– На биологии не совпала группа крови.

– Как не совпала? – растерялась Зарина. – У тебя же вторая – такая же, как у Тимура. Все в твоей медкарте есть.

– Мам, ты как с Луны свалилась, – все же развернулся к ней Марат. – Какая оценка была по биологии?

– При чем здесь это?

– У тебя третья группа, у отца первая, а у меня почему-то вторая. Так не бывает.

– Сынок, я могу все объяснить.

– Ой, все…

Он снова заворочался на своем лежбище, слушая, как пульсирует под черепом кровь. Не хочет мать говорить – не надо. Но стало легче оттого, что больше ему от нее нечего скрывать. Тот мужик, наверное, даже не знает, что он существует на свете. Зато Руслан… отец расстроится. Брат был прав, не надо больше поднимать эту тему.

– Мам, мне все равно, кто он, – сказал он. – Можешь не говорить. Неважно.

– Тогда зачем ты спрашивал?

– Я просто хотел, чтобы ты знала, что я знаю.

Зарина молча встала и вышла. Она думала, что ей сделать, чтобы муж и сын никогда не узнали правду.

***

– Ты же под Базилем ходишь, не так ли? – спросил Волков, отодвинув остывший кофе.

– А ты под Зимой, – точно так же перешел на «ты» Прохоров. – К чему ты клонишь, говори.

– Зима делает проводки для Базиля, он финансовый решала в бизнесе. Ты бы поаккуратнее под себя греб.

– Не понял, поясни.

– Да что тут понимать? – хмыкнул собеседник, и его темные глаза блеснули, как у зверя. – О себе подумал, а об общем деле забыл. Нехорошо, Прохор, не по понятиям. Город этот под человеком Зимы, мы держим порт и таможню вот так, – сжал он кулак. – Муха не проскочит. И Базилю за это отстегиваем. А ты чуть войну не развязал. Подведешь Карагановых под монастырь. Они не при делах.

– Ясно.

По спине Прохорова стекал холодный пот, который выступил при одном упоминании преступных авторитетов. Действительно, он затеял дело на периферии, не подумав, чья тут зона влияния.

– Ладно, некогда мне тут базарить, ты мужик неглупый, сделаешь все как надо.

Волков плавно поднялся и пошел прочь.

***

Дамир Караганов удивился резкой смене планов москвичей.

– «Гиперион» мне больше не нужен, только «Меркатор», – сказал Прохоров, заехав к нему в офис. – Наблюдайте, будет продавать – берите, нет – не настаивайте. Это уже не приоритетная задача.

– С чего такие перемены? – удивился Дамир, радуясь в глубине души, что не придется ссориться с Алаферовыми из-за бизнеса.

– Инсайдерская информация, – нагнал туману москвич. – Уже имеющиеся акции я намерен предложить бывшим владельцам, но напрямую главе холдинга.

***

Иван Петрович Прохоров так и не отменил команду по скупке опционов, так что брокер старался вовсю. Однако мелкими долями было нереально добрать необходимое.

Это спровоцировало небольшой ажиотаж и рост стоимости. Но не сильный, все же масштабы невелики.

В результате Иван Золотов, как и предсказывал, отлично заработал на этом предприятии. Тимур тем временем позвонил в банк «Квадрига». Он рассудил так: напрямую бывшему владельцу не предлагать, цену собьет. Начнет с игроков помельче.

В полдень, когда он задремал в отеле, его разбудил звонок поверенного из банка.

– Тимур Русланович?

– Да.

– Мирослав Иванович приглашает вас на обед.

– Где и когда? – мгновенно проснувшись, спросил Тимур, на ходу соображая, когда вернут костюм из гостиничной чистки, и успеет ли он взять напрокат автомобиль.

– В «Астории». Через час за вами заедут.

Банкир настолько заинтересовался, что делает все, чтобы встреча состоялась.

***

– Папа, я согласна, – сказала Зарина отцу, пока ехала с ним домой.

Там уже ждал семейный врач, спешно нанятая сиделка-медсестра и домоправительница, которая заверила, что комната подготовлена.

– Умница, дочка.

Она сгорала со стыда. Или это совесть вдруг пробудилась спустя столько лет? А ведь она почти забыла, убедив себя, что у них отличная семья.

Женщина сама себе была противна. Развод станет наилучшим решением. Повод отличный: скандал с внебрачной дочерью. Так ей не придется все время скрывать мысли, глядя на Руслана. Хотя как отец он был хорошим. Препятствовать встречам с Маратом она не будет.

– На алименты я подавать не буду, – сказала она. – Марат уже давно совершеннолетний. Мы не нищие, чтобы судиться с ним. Думаю, развод сам по себе послужит уроком.

Ему и ей. Ему – потому что не промолчал и больше думал о политике, чем о жене и сыне. Ей – потому что совершила роковую ошибку. Дважды. Первый раз – переспав с другом отца, второй – подставив Руслана. Им не стоило быть вместе с самого начала. Ну, не убил бы ее отец. Уехала бы к дальним родственникам и там родила. Может, ребенка записали бы даже на дедушку, как ее брата.

– Мало! – побагровел Артур, так что жилы вздулись на шее и висках. – Легко отделался, мерзавец.

– Он сделал это ради власти, – задумчиво посмотрела на него Зарина. – Знаешь, я думала, у него любовниц нет, но на самом деле он никогда мне не принадлежал. У него одна жена – это политика. Меня он никогда не любил.

И она его, если уж быть честной. Но женщина так и не сказала этого вслух.

– В думу он осенью не пройдет, – прорычал Караганов.

Хотя бы так.

***

– Алло, Вань, мы теперь богаты! – позвонил Тимур другу сразу после встречи с банкиром. – Ты был абсолютно прав. Прохоров скупал бумаги. Все колл-опционы через подставных лиц и напрямую. Цена подскочила, и Мирослав Зимин из «Квадриги» предложил хорошую цену. Даже чуть выше рыночной. Думаю, он хочет толкнуть потом Гордиенко.

– Ну и пусть разбираются сами, – ответил Золотов. – Избавились от проблемы и заработали. Когда сделка?

– Сегодня была встреча, завтра юристы банка подготовят документы, через пару дней подпишем и домой. Знаешь, этот Зимин интересный тип. Мы обедали в «Астории» на Беговой возле ипподрома. Совместил приятное с полезным.

– Игрок?

– Не похоже. Зимой скачек нет. У него там лошади.

– Любой бизнес как азартная игра, – сказал Золотов.

– Про тебя этого не скажешь, – засмеялся Тимур. – А, да! Чуть не забыл. Я оговорил отдельно, что поставки для компании «Харальд Хардрёде» осуществляем мы, а посредником и гарантом этого выступает «Меркатор» даже при смене владельцев. В противном случае «Гиперион» отказывается от обязательств, и они должны будут сами договариваться с норвежцами, что просто нереально. Из-за этого такая заминка.

– Молодец. Но они погорячились насчет трех дней, неделя минимум на бумаги уйдет. Такие сделки побуквенно сверяются.

– Неделя так неделя…

Тимур подумал, что может с пользой провести это время. Он попрощался и тут же набрал сообщение Иришке Томсон.

«Привет, я в Москве. Ты свободна сегодня вечером?»

«Встретимся на ВВЦ в семь», – ответила она.

Он не сразу понял, что это про ВДНХ. Вот она, разница поколений.