Глава 8

Алина Тортон

Неожиданная остановка удивила всех. Миринг открылся и парни выскочили так быстро, что я даже вздохнуть не успела. Сидела, оглушенная ударом и потирала затылок. Больно. У него хоть зубы целы остались? А то слышала я, как они стукнули. У меня вот до сих пор звездочки перед глазами.

Выбралась из миринга, успокаивающе поглаживая ушибы. Ждать, пусть и в безопасности, но в неизвестности, я никогда не любила.

Выпрямилась, поднимая голову и осматривая обстановку. Серебристое солнце проглядывало сквозь бирюзовые облака на потрясающем сиреневом небе. На горизонте небо переходило в аквамариново-бирюзовую зелень здешнего леса, что окружала меня со всех сторон. Под ногами яркими вспышками костра виднелись кроваво-рыжие цветы. Одуряющий горько-сладкий аромат цветов, пьянил, заставляя восторженно переводить дыхание.

Вот теперь я точно убедилась, что я в другом мире. И как я не осмотрелась, когда садилась в миринг? И рассказ… Любознательную меня удовлетворил какой-то путанный рассказ, настолько что я почти не задала вопросов. Я ведь даже не потрудилась узнать, есть ли в этом мире люди, и к какой расе относятся парни. Где были мои мысли?

«Ясно где», — недвусмысленно фыркнул внутренний голос, напоминая о том, как я плыла от мускусного мужского запаха и тонула в тестостероне. Это было так непохоже, несвойственно мне, что в очередной раз мелькнула мысль уж не опоили ли меня чем-то?

Вокруг стояла оглушающая тишина. Ни шороха, ни вскрика, ни жужжание насекомых ничего. Только беззвучное дуновение ветерка играющего моими волосами.

В нос резко ударила тошнотворная вонь, перебиваемая сладковато-терпким и таким знакомым запахом… Крови? Обернулась в поисках источника и замерла.

Впереди всего в паре метров от меня кипел бесшумный бой. Огромный золотой дракон, преграждая дорогу, отбивался от черного потока тварей, что как саранча накатывала на него из темного, густого леса.

Твари были диковинными, подозрительно скользкими сгустками-кляксами, они то разделялись в мелкие капли, то сливались в одну огромную и снова кидались в атаку. Пара тварей покрупнее повисла на загривке дракона, но слиться в одну им мешал высокий гребень. Дракон трусил головой, бил себя по бокам хвостом, но, несмотря на все потуги, дотянуться до клякс не мог.

Отступая от новой волны тварей, подволакивая правое крыло, подобрался ко мне совсем близко. Взметнувшийся хвост, ударил по мощному боку, но до тварей так и не достал. Зато опускаясь, разбил вдребезги покореженный миринг.

Дунувший ветерок снова донес сладковато-терпкий запах крови и вонь.

Почему-то мне стало нестерпимо жаль этого сказочного зверя. Не отдавая себе отчета, быстро перебежала к драконьему хвосту, и ухватилась за кончик. Головокружительное ощущение полета. Руки разжались, не удержав меня, уже через секунду и как раз вовремя. Иначе быть мне прибитой исполинским хвостом, а так я благополучно приземлилась на четвереньки, по инерции успев откатиться на левое крыло. Сложенное оно удержало меня от падения. Подтянувшись, зацепилась за гребень. Встав на ноги, побежала вдоль гребня, испытывая что-то сродни эйфории, пьянящему восторгу. Под ногами сотрясаясь, бурлили могучие мышцы, а ловко балансировала, с благодарностью вспоминая все пройденные веревочные мостики.

Добравшись до шеи, опьяненная легкой победой, повернулась к ближайшей твари и стукнула по ней ногой. Пальцы утонули в гадком противном желе, резко выдернула ногу, глуша желания помыться и только сейчас осознала, что туфли остались в миринге, а трогать руками или другими частями тела эту гадость не хотелось.

Я бы надолго зависла, размышляя, что делать и как быть, если бы не заметила, что тварь, присосавшись к дракону, пьет его кровь. Дракон слабел, двигался как-то заторможено, хвост уже поднимался вяло и бил слабее, а на такую букашку как я он вообще не обратил внимания. Тварь же становилась все больше, увеличиваясь на моих глазах.

Все это пролетело в моей голове мгновенно, пока я привязывала себя шарфом к гребню, надеясь, что казавшаяся тонкой ткань окажется довольно плотной и удержит отчаянную попаданку.

Усевшись на дракона, принялась всеми четырьмя конечностями отдирать тварь. Невозможно-странную, потусторонне-жуткую. Без глаз и ушей, но с усиками-антеннами, как у слизня, что также втягивались внутрь тела и появлялись вновь. А еще было множество щупалец-присосок с острыми зубами — они произвольно вырастали из тела, впиваясь в жертву.

Правую ногу опалило болью, а по телу волной потекла слабость. Я буквально чувствовала, как в раззявленную пасть хлещет моя кровь.

Внезапно все изменилось. Тварь задрожала, содрогнулась. Присоски разом втянулись, и она упала на землю. Дракон переступил, отбивая очередную атаку, и клякса оказалась разчавлена огромной лапой.

Кинув взгляд на ногу, заметила, что того огромного кровотечения, что я ощущала нет. Но голова кружилась от слабости так, словно я только что сдала положенные 400 мл. донорской крови. Еще и натощак.

Дрожа, ругаясь мысленно на свое вялое, разбитое тело, принялась перелезать через гребень, радуясь тому, что накинутый хомутом шарф, дает довольно большую маневренность движений, и не обнаружила твари.

Опешив, застыла между зубьями, окидывая взглядом открывающуюся картину. Брюнет шатаясь, неуверенно стоял с мечом в руке, забрызганный какой-то темной жидкостью, и растерянно смотрел на кляксы у своих ног. Почувствовав мой взгляд, обернулся, и я даже с такого расстояние, прочла удивление, мелькнувшее в его глазах.

Чуть в стороне от него с земли, опираясь на меч, поднимался такой же грязный, утративший свой лоск блондин.

Могучая спина подо мной вздрогнула, топорщащийся гребень начал опускаться, и меня придавило, зажав между зубьями.

Попыталась высвободиться, но зубья держали крепко, не давая даже возможности пошевелится. А в следующий миг я полетела. Верхом на еле живом, обезумевшем от боли драконе. Ощущая каждый неуверенный взмах гигантских крыльев. Вцепилась двумя руками в гребень.

В какой-то момент кто-то включил звук, и я услышала крик истерично вопящей бабы. И тут же заткнулась, поняв, что эта баба я.

Ветер холодил лицо, даря ни с чем непередаваемое ощущение полета. Бесконечный лес простирался под нами, а впереди нас ждали заснеженные скалистые горы.

Утомленно закрылись глаза, накатила невероятная сонливость и я уплыла в сон без сновидений.