Глава 4
- Кира, привет, - подходит ко мне Захар, наш IT-специалист, тридцатилетний обладатель блондинистой шевелюры, красивых ягодиц, ямочек на щеках и просто неунывающий пикапер, когда я забираю свою чашку с крепким напитком из кофе-машины. - Как дела? Градский под конец месяца снова зверствует?
Привет-привет, - вздыхаю, разворачиваясь и прислоняясь задом к небольшому кухонному гарнитуру нашей офисной кухни. - Знаешь, он странно тихий последние две недели. А я тихс наслаждаюсь счастьем пока могу.
- Да уж... Выглядишь сегодня классно, кстати, - кивает он с восхищением на мои губы, выкрашенные сегодня в глубокий вишнёвый оттенок помады, дабы порезы скрыть
Миша в шоке, ведь в офис я обычно вообще не крашусь. Моей второй работы хватает, здесь хочется покоя в плане внешности.
Ага, спасибо...
Слушай, а давай сегодня с тобой куда-нибудь сходим?Мне нужно идти! - спешу ретироваться. И чего привязался? Говорю же, неунывающий.
И точно не тот, кто мне нужен.
Но потом я запинаюсь на полпути. Ведь я даже не знаю, какого цвета у того клиента в маске волосы или глаза. Так что им может оказаться кто угодно. Вообще кто угодно. Да тот же Захар
Встряхиваю головой и иду дальше, лавируя между офисных столов. Нет. От того мужчины исходит какая-то особенная энергетика, которая обволакивает, заключает тебя в свои гипнотические тёмные силки, что буквально дышать трудно в его присутствии. Такую энергию сразу чувствуешь, трусики намокают за какие-то секунды. Ну какой там Захар?
Впервые клиент без лица появился четыре месяца назад. Он заказал стриптиз, чёрное кружевное бельё и красную помаду. Сидел на кресле в полумраке, широко расставив ноги, и пожирал меня взглядом из-под белой маски, закрывающей лицо целиком, нос, губы, всё. Лишь небольшие прорези для глаз.
Маска вселяла жуть, но сам мужчина кипятил кровь загадочностью и молчаливой, но при этом оглушающей энергией. На нем была классическая одежда, но поверх был накинут чёрный плащ с капюшоном, на руках чёрные перчатки. Ни одного участка голой кожи.
И это сводит с ума по сей день, моя фантазия, рисующая один образ за другим, что мог бы находиться под его одеяниями. Сводит с ума то, что он не прикасается ко мне. Только приказывает измененным голосом, что в следующую секунду я должна сделать.
Всегда пятница, всегда я, всегда красная помада, и лишь цвет белья разный. Всегда моё соло, которое он пожирает, поглощает, доводит до фееричного оргазма только своим присутствием, а потом резко встаёт и уходит.
Это мой личный бзик, помешательство. Лёша был прав, я жду пятницу, как не жду ничего в последнее время. Я не знаю, кто он, не видела его лица, но как будто живу последние месяца два ради того, чтобы выходить для него и ощущать всё это. И, если честно, боюсь, что однажды он просто не придёт. А я потеряю свой маленький личный смысл жизни.
Добравшись до своего рабочего места возле директорского кабинета, падаю в мягкое кресло за стойкой.
Поправляю очки на переносице и погружаюсь в работу. Конец месяца, пятница. Сегодня последний день, когда Градскому все отделы скидывают отчёты, а мне нужно их проверить распечатать и сгруппировать перед контрольной проверкой. Век технологий, Глеб Владимирович может всё это легко принять на своей рабочей почте в электронном виде. Но зачем, когда есть я, которая делает всю эту бессмысленную работу и приносит ему бумажки на блюдечке? И таскаю ему кофе из Старбакс. Или забираю костюмы из химчистки. Или записываю его жену на бьюти-процедуры, какую-то там модель, которая сама, по-моему, вообще нифига делать не умеет.
Ведь именно для этого я окончила универ с красным дипломом. Рвала жопу (образно), чтобы получить это чёртово хорошее образование. В итоге я за копейки работаю вшивой помощницей, хоть и в одной из крупнейших компаний, а ночами снова рву жопу, но уже вполне буквально, чтобы не бедствовать. Я бы давно ушла, если бы не знала, что эти мучения временные. Ещё несколько месяцев, и меня переведут в инженерный отдел. А все эти побегушки - квест такой, и его проходят все новенькие, не имеющие связей.
Буйным смерчем мимо стойки в сторону кабинета пролетает Градский, припечатывая на ходу:
- Кира, через полчаса отчёты должны лежать на моём столе.
Дверь его кабинета мягко закрывается, окончательно скрыв за собой высокую, стройную фигуру начальника.
От возмущения я задыхаюсь. Какие полчаса?! Он с дуба рухнул?! Ещё даже не все их скинули мне!
Отпиваю остывший кофе, успокаивая дыхание и сердце. Сглазила. Вот и закончились мои спокойные деньки.
Пробегаюсь ещё раз по трём этажам офиса и собираю ещё немного отчётов
Разложив всё имеющееся по дням, я скрепляю стопку и, встав, иду к кабинету.
Босс разговаривает по телефону, когда я захожу. Он видит меня и кивает на свой стол, мол, побыстрее
Туфли мои на маленьком каблуке, но всё равно в тишине кабинета цокают слишком громко, и это раздражает. Мой начальник не самый приятный человек, и мне не хочется лишний раз привлекать его внимание. Тут же думаю, что большинство моих коллег покрутили бы у виска пальцем, ведь почти вся женская половина офиса сходит с ума от нашего начальника, буквально истекают слюной и не только слюной, когда видят его, и явно хотели бы привлечь хоть лишнюю каплю его внимания.
Я подхожу к боссу, наклоняюсь к столу, раскладываю отчёты, пока он всё ещё говорит по телефону, очевидно по работе, потому что его голос властный, твёрдый и предельно деловой Невольно втягиваю глубже запах его древесно-восточного парфюма и совершенно на автомате скашиваю на него взгляд, осматриваю его лицо. Раскосые почти чёрные глаза, ровный нос, тонкие губы, мужественный подбородок, небольшая тёмная щетина, тёмные впадины на скулах и немного усталости под глазами. Да, он чертовски хорош собой, но...
Застываю, когда поворачиваю голову обратно к отчётам и вижу уголок пластиковой карточки под клавиатурой. Чёрный, матовый с кусочком золотых кружев и названия одного из самых престижных ночных клубов города под названием «Venzella», наших ночных клубов, вернее, тех, кто владеет «Эдемом»
Тело бьёт электрическим разрядом, активируется знакомый бешенный пульс и рваное дыхание. Всего на долю секунды ко мне приходит мысль, которая сменяется следующей. Он может быть клиентом нашего клуба. Он может оказаться тем клиентом в маске?
Сглатываю, смотря на массивную руку, лежащую на столе рядом с моей, а после делаю резкое движение головой. Глеб Владимирович уже закончил разговор и сейчас смотрит на меня, наши лица буквально в пяти сантиметрах друг от друга, и его взгляд перемещается... он на моих губах, которые вмиг пересыхают и покрываются корочкой, которую хочется стереть слюной.
Всего одна мимолётная теория, и мысли, воспоминания и реальность путаются, а дыхание сбивается так, что кажется, будто я умираю с жажды, и неизвестно, какой именно.
Кира, что с вашими губами? - такого низкого и хриплого голоса от своего босса я ещё не слышала, и это действует, как если бы я точно знала, что передо мной тот мужчина без лица, сводит с ума. Дыхание моего босса напоминает моё собственное, рваное и больное, а в глазах темнота и блеск похоти. Впервые Глеб Владимирович смотрит на меня так. Знакомо.
. Что с ними не так? - еле слышно сиплю я, почти не шевеля теми самыми губами.
- Они порезаны.
- Да... - выдыхаю я кое-как.
- И накрашены... - мужчина заворожённо дотрагивается большим пальцем до моей нижней губы и чуть давит на неё, вырывая из меня тихий стон.
И это делает с нами двумя что-то. В этот момент я уже вижу перед собой не своего босса, а того, кто лишал меня рассудка на протяжении нескольких месяцев. И это срывает любые рамки для меня сейчас. А Глеб Владимирович будто даже удивлён своей реакции на меня и своему внезапному такому дикому возбуждению, сильно сводит брови на переносице, но с такой же дикой жаждой накидывается на мой рот, и я отвечаю. Кусаю, оттягиваю, протяжно стону от боли и удовольствия, когда оттягивает он мои губы, сексуально скалясь и глухо рыча.
Резко поднимается со своего кресла, подхватывает меня за бёдра и опускает на стол задницей так, что с него что-то с лязгом и грохотом валится на пол. Успевает наощупь найти пульт от своего умного кабинета и нажать нужную кнопку на нём, закрывая дверь кабинета на замок.
На работу я всегда одеваюсь довольно скромно, и боссу приходится постараться, чтобы задрать на мне юбку-карандаш с колен на бёдра или расстегнуть на мне наглухо застегнутую белую блузку.
В итоге на блузку он плюёт и добирается горячими твёрдыми пальцами до внутренней стороны моего бедра, второй рукой он сжимает низкую гульку из волос на моём затылке, дёргает за неё, с болью вырывая оттуда шпильки, я шиплю ему в губы, и волосы водопадом рассыпаются по спине.
Всё это он делает с животной страстью целуя меня и мою шею. Так, будто изнывал очень долгое время, сдерживал себя, но сейчас просто что-то треснуло, лопнуло, и он берёт желаемое, как и фантазировал. Я так же
Вспоминаю человека в маске, все его приказы, все свои чувства и готова стонать, хныкать беспрерывно, лишь бы Глеб Владимирович не останавливался, скорее вошёл в меня и заполнил эту пустоту внутри меня. Это он. Точно он.
Я обхватывают внушительный бугор на его брюках, протянув руку, сжимаю его ладошкой, и босс, глухо простонав, дотрагивается до мокрой ткани моих трусов, давит пальцами через преграду на половые губы и попадет безошибочно в клитор, от чего умоляюще стону уже я. Подаюсь ему навстречу, лихорадочно шепча в его губы:
Глеб Владимирович, возьмите меня... я больше не могу...
И откуда ты такая взялась... Кира... хрипит он с усмешкой, но в его голосе точно присутствует доля удивления. Он и в самом деле не ожидал не от себя, ни тем более от меня наверняка. Босс действует ещё быстрее, ещё более дико. Не прекращая трахать мой рот, он расстёгивает с моей помощью свои брюки и достаёт оттуда свой возбуждённый, чуть изогнутый с тёмной головкой член. В моём рту выделяется слюна, внизу у него тоже всё очень даже в порядке, и мне хочется попробовать его, но в лоне ощутить больше. Поэтому я только раздвигаю ноги пошире, когда босс, не найдя презерватив в ящике, плюёт и на это и быстро пристраивает свой внушительный орган к моему входу.
Проникает резко и влажно, мы тут же оба шипим друг другу в лицо. А после, снова накидываясь на губы друг друга, начинаем двигаться остервенело, что стол подо мной, массивный и тяжёлый трясётся и немного съезжает по плитке. Я очень стараюсь не кричать и слишком громко не стонать, чтобы сюда не сбежался весь офис, но совсем смолкнуть не получается, потому что переживаю эмоции сейчас абсолютно непередаваемые. То, о чём я мечтала столько времени, наконец, происходит со мной в эту самую секунду, и я просто тону в этой пучине удовольствия, горячего наслаждения.
Я трогаю и сжимаю мускулы этого мужчины через рубашку, уже мечтаю увидеть его без одежды, но понимаю, что на раздевание меня просто не хватит.
Кира... - рычит он заведённо и даже будто со злой одержимостью в мой рот, врезаясь в меня с громкими шлепками, пока мои ноги в туфлях на его талии встряхиваются в такт. Сжимает до боли мою грудь сквозь блузку и поролон лифчика.
В этот момент я ощущаю самую настоящую эйфорию, и только один вопрос возникает на её фоне: что дальше?