Глава 8

Внутри меня что-то большое с громким хлопком взрывается от его слов и обещания в тоне

Маска резко склоняется ко мне, и такое чувство, что сейчас снимет маску, поцелует, что-то сделает такое, что выбьет из меня остатки воздуха. Но всего на несколько мгновений зависнув возле моего лица в диком напряжении, будто борясь с собой, он резко выпрямляется и, попрежнему держа меня за шею, толкает назад, к кровати, делает быстрые шаги и меня заставляет.

Такой закрытый, запечатанный в одеяния и тайну - он, и такая открытая перед ним, голая, нараспашку - я. А когда под мои громкие вздохи мы доходим до кровати, он кидает меня на неё спиной, так, что я подпрыгиваю на упругом матрасе, дыхание схлопывается, обрывается, Маска уже нависает сверху, оставаясь стоять на полу рядом, но перекрывая своей громоздкой фигурой почти весь свет для меня.

Он впервые так близко ко мне, а я к нему, и только благоговение получается испытывать, и всё то же больное желание. Никакого страха, а тем более мыслей: а что же дальше со мной будет? Вот так заставляет себя чувствовать этот мужчина рядом с собой. Ты забываешь всё существующее и себя.

Аврора... - изменённый голос, но звучит как драконье дыхание, рычащее, ласковое и обжигающее, когда мужчина очерчивает рукой в перчатке мои твёрдые соски на дрожащей груди. - Совершенное создание... Что-то больше богини... И единственное, чего я сейчас хочу, это трахать тебя. И видеть. Твои. Глаза, - он склоняется ещё ближе, и я с ещё большим упоением втягиваю его запах носом, запах нашего возбуждения, а своими ладонями с удовольствием оглаживаю его тело, вернее, ткань на его теле, где могу дотянуться. Но звучат следующие слова... - Закрой их.

Что-то придётся исключить.

Я замираю, и дыхание замирает. Почти вижу его глаза в этих тёмных прорезях, глубокие, безумные, поглощающие, и этот взгляд тоже кажется мне знакомым, таким близким. Но я быстро подчиняюсь, зажмуриваю глаза, потому что боюсь, что всё оборвётся.

Как только мои веки прикрываются, происходит резкое движение - он отстранился. Но я не смею открыть глаз, жду. Слыша шорохи, треск ткани, а затем чувствуя шёлковое прикосновение к своему лицу.

- Сядь, - звучит хриплы приказ, и я поднимаюсь, не размыкая век

Я готова на всё, что бы он не сказал. И именно потому, что знаю, он хочет всего того же, что и я сейчас.

На моё лицо ложится шёлковая, тёмная ткань, на затылке Маска её завязывает, стягивает широкую полоску ткани так, что я с трудом под ней могу попытаться открыть глаза. Только толка от этого нет, я всё равно ничего не вижу, лишь черноту.

И внутри меня сразу будто что-то активируется. Остальные органы чувств обостряются, словно настораживаются, нервные окончания все враз электризуются. Ещё ничего не происходит, но саму мою кожу словно начинает сводить от ожидания следующей секунды. Дыхание сбивается на более лихорадочное, а я руками пытаюсь нащупать в воздухе тело Маски. Но его нет, и я начинаю паниковать, пока не ощущаю, как моей шеи касаются тёплые губы. Жадные, мягкие, бархатные

Это так ошеломляет меня, что я делаю резкий вдох и замираю, вцепившись в плечо Маски и отклонив голову. Я слышу его тяжелое дыхание на своей коже, около уха, жадно поглощаю любой звук, исходящий от него, потому что он настоящий, не изменённый той белой маской. Реальный, впечатывающийся в моё сознание как что-то очень важное и приятное.

В его дыхании проявляется хрипота, губы становятся жёстче, они всасывают кожу, сжимаю его стальные предплечья в рубашке под плащом, хватка на шее давит больше, не давая мне повернуться и поймать его губы своими, мучает больше не нехватка воздуха, а невозможность поцеловать его в губы. Всё это лишает рассудка буквально, я всё ниже оседаю на тёмное, горячее дно, где нет кислорода, и чувствую, что Он тоже. Но когда кажется, что вот сейчас мужчина потеряет контроль совсем, он резко отстраняется, и надевает маску обратно на лицо, потому что его голос в следующую секунду по-прежнему звучит искажённо.

- Ты самое вкусное, что я пробовал, Кира...

Поцелуй меня ещё... в губы... пожалуйста, - задыхаясь, шепчу и тянусь всем телом в его сторону, но больше он мне ничего не отвечает. И, естественно, не делает так, как я прошу. Но я всё равно продолжаю плавиться и истекать воском как от жара огня от его близости.

- Ты будешь послушной?

- обхватывает крупной ладонью он мою шею и чуть сжимает. Я быстро киваю, дрожу, не зная, чего ожидать.

- Да... я буду.

Потеря видимости мучает и одновременно доводит до крайности в каждой эмоции, ощущении.

Даже этот его искаженный голос воспринимается иначе, как что-то острое, и даже немного жуткое, хотя я уже давно привыкла к нему такому.

Маска хрипло, совсем по-дьявольски усмехается, сжав мою талию руками.

- Я не сомневался. Но мне всё равно придётся... привязать тебя.

На последних словах он резко дёргает меня наверх. Так, что мой затылок упирается в мягкое изголовье кровати. Резкие движения, снова слышится треск ткани, и сначала одна моя рука оттягивается в сторону и привязывается каким-то лоскутком к части каркаса кровати, а затем вторая.

Я сжимаю бёдра между собой, потому что в мой пах от каждого движения и звука прилетает острейший электрический разряд, от которого уже хочется извиваться и стонать. И я почти себя не сдерживаю, прикусывая губу с томными стонами, или тихо шиплю, когда Маска в процессе касается моей груди, щипает за соски и оттягивает их сильно

С каждым мгновением движения Маски становятся более нетерпеливыми, резкими, напитанными дикостью, и даже как будто злостью. Да, я тоже чувствую, как моё тело требует всего и сразу сию же минуту. А сознание, наоборот, требует подождать, удержать момент.

 Это тело... - Маска ведет по моему животу пальцами, чуть касаясь, и говорит так тихо-тихо, а во мне в это время всё переворачивается, сжимается в больной узел. Я выгибаюсь, тихо, сдавленно стону. А Маска по-прежнему лишь стоит около кровати, склонённый надо мной, и продолжает медленно убивать меня, теперь уже касаясь шершавой кожей перчатки моих губ. - Губы….. эти волосы….. ты... на что я пошёл ради того, чтобы видеть всё это... касаться... вряд ли ты когда-то узнаешь...

Последнее сказано громче, резче, а вместе с тем звучат громкие шорохи, от чего моя грудная клетка начинает ходить ходуном. Понимаю, что мужчина раздевается. Вот он скидывает с себя плащ, вытаскивает рубашку из-за пояса брюк, движение за движением я с жадностью вдыхаю эти шуршания тканей и дуновения мужского аромата, сходя с ума от невозможности дотронуться.

Дёргаю руки, но они так крепко привязаны, что кожа на запястьях горит. Что мне остаётся только выгибаться и сжимать ноги между собой от кострища внизу.

Музыка в комнате до сих пор играет достаточно громко для нашего молчания, но каждый мой вздох всё равно своей лихорадочностью, как и его шорохи, хриплое дыхание, всё это будто приглушает ритмику извне. В следующую секунду я чувствую, как на моё тело буквально накидываются губы. Они целуют меня хаотично. Зверски нетерпеливо. И мне кажется, Он не хотел снимать снова свою маску, но сделал это, потому что не может держаться на таком невыносимом расстоянии. Я бы тоже сняла повязку, освободила свои руки и отдалась целиком, плевать я хотела на то, кто он, и почему мне нельзя знать это, я просто очень... очень хочу его, но мне остаётся только дёргаться от каждой ласки или терзания. Изнывать, гореть, томиться, стонать, кусать губы...

И я покрываюсь испариной, когда ощущаю жар его голого тела. А я даже прикоснуться не могу.

Освободи их... зачем ты привязал меня?! - кажется, я даже тихо рычу от того сумасшествия, которое бурлит под моей кожей.

Но Маска молчит. Теперь он замолк совсем. Чтобы не выдать свой настоящий голос. И это приводит в бешенство втройне.

- Ч-чёрт... M-M.. откидываю голову, когда его свихнувшиеся губы перемещаются по моему животу вниз. Его грубые пальцы впиваются в мою нежную и очень чувствительную кожу. На животе, боках, бёдрах, груди..

Он оставляет влажную горячую дорожку на моём животе, и внутри него внутренности сворачиваются в тугую косу. Я сейчас задохнусь, сейчас...

- С-с-с... ф-ф…..

- с лихорадкой втягивая сквозь зубы и выдыхая порции воздуха.

И когда мне кажется, что вот-вот свихнусь, потому что ощущаю дыхание на своём лобке, точно так и происходит. Его рот накрывает мою изнемогающую промежность, и мир переворачивается вверх тормашками. Он не просто вылизывает меня, делает приятно, этот мужчина буквально пожирает моё возбуждение, имеет меня во всех смыслах. Вытягивает из меня соки и наполняет своей дикостью. Его хриплое дыхание проникает снизу, он вдыхает себя в меня, и, кажется, ощущается на моём нёбе, низкие частоты касаются моей грудной клетки. Он проводит твёрдым языком между лепестков, всасывает клитор, прихватывает зубами и чуть сжимает..

Через несколько секунд пропадет рот, и появляются его пальцы, влажные звуки их погружения в моё истекающее лоно. Он сразу начинает жёстко трахать меня ими. Так, что непроизвольно мой таз приподнимается, я выгибаюсь, задушено стону.

Его пальцы такие длинные и крупные, твою мать, без перчаток, и какие они идеально мужские….. погружаются так глубоко и распирают меня изнутри. Ощущаются внутренним жаром и плотью чем-то, чего там дико не хватало. Будто им всегда предназначено было там оказаться

Добавляется третий палец, и меня щипает боль, но я это ощущаю так до сумасшествия приятно, что только больше теряюсь в этом водовороте ощущений. Второй рукой Маска сминает мою грудь. Сильно, будто хочет раздавить её, а потом ласково гладит. Я не могу ничего сделать, не могу дотронуться ни до него, ни до себя, ни усилить, ни ускорить, ни остаться в хоть каком-то здравом уме.

Меня начинает трясти как в долбанном припадке от бешеного оргазма, и такого долгого в бессознательности, что я даже не успеваю понять, когда мои руки освобождаются. Я начинаю чувствовать происходящее тогда, когда он переворачивает меня на живот, ставит на четвереньки.

Резко прижимает мою голову к мягкой подушке и, тяжело дыша, двумя руками раздвигает мои ЯГодИЦЫ. Пока я прихожу в себя, всё ещё видя звёзды в темноте повязки перед глазами, устраиваюсь удобнее головой, но при этом одной рукой пытаюсь дотянуться и потрогать Маску, он сплёвывает между моих ягодиц, и моё рвение дотронуться на время затухает, когда он сразу идеально проникает и до громкого шлепка врезается в меня своим членом. Таранит своим органом до моего сиплого вскрика и гула в ушах.

Меня оглушает на несколько мгновений, но Маска даже не думает остановиться, как-то помедлить. Он начинает насаживать меня на себя сразу глубоко и быстро, громко и зверски имея моё тело, как что-то такое, о чём буквально бредил. Держит мои бедра, управляет мной таким образом, до предельного погружения, до тотального заполнения меня изнутри собой, до сумасшествия. Я не стону, я глухо кричу, голос хрипит, иногда пропадает, веки начинают болеть от их сильного сжатия.

Меня разносит на части, хочется закончить, потому что ощущать это удовольствие слишком больно. На грани того, что хрупкая девушка в принципе может выдержать. Но стоит ему хоть немного сбросить скорость, дать передышки, из меня вытягиваются тонкие, высокие стоны-выкрики:

Глубже... ещё... Быстрее... не остана-вливайся... пожа-луйста... пожалуйста!

При этом я не слышу ни себя, ни его, лишь просто имею знание, что он хрипло выдыхает и даже из его груди вырывается приглушённое рычание. Что, будь я вменяема, то насладилась бы этим звучанием, просто осознала его. Но в данный момент я не могу улавливать что-то ещё, кроме того, что в плоскости ощущений

И Белая маска всё равно останавливается. Но только для того, чтобы резко развернуть меня на спину, передвинуться к моему лицу и толкнуться членом в мой рот. Я обхватываю одной рукой его мошонку, насасывая ствол, а второй сжимаю его ягодицу, пока он движется плавно, переводя дыхание, давая себе немного остынуть таким образом, одной своей рукой придерживает мою голову, не даёт о отстраниться, когда мне не хватает воздуха. И мне приходится дышать чем-то другим, чтобы не потерять сознание.

Он хотел остыть, но, похоже, заводится только больше, потому что сквозь чавканье, грохот в своих ушах и музыку я слышу и его буйное рычание

Мужчина без лица и имени для меня отстраняется, опускается ниже так быстро и обхватывает с силой пальцами мои скулы, что я как-то передвинуться даже не успеваю, в мои губы впечатываются его

В этот раз я быстро осознаю. С блаженством мычу ему в рот и с дикой алчностью сплетаю свой язык с его, оттягиваю его губы. Хватаюсь за шею, наконец, трогаю, сжимаю, стискиваю, получаю оргазм в осязании. Вжимаюсь в его торс голой грудью, острыми сосками, хочу разреветься, как я этого хотела и как приятно. Его тело высеченное из камня, идеально рельефное и горячее, а губы как терпкое, крепкое дурманящее вино. Я так себе его и представляла. Нет. Так даже представить нельзя. Он намного больше этого, он горячее, сильнее и быстрее. Единственное, чего я почему-то не ожидала, это жёсткая трехдневная щетина, которая царапает мой подбородок, губы и шею, мой живот до этого и бёдра, чувствительные лепестки, всё, чего она касается и касалась. Теперь его образ в голове чётче.

У него точно тёмные волосы, и густые, жёсткие наощупь. На его груди тоже есть немного волос, а ещё шрамы, кажется. Они покрывают разные части его тела. Один я нащупываю на его груди, он круглый и ребристый, примерно два сантиметра в диаметре. Когда мысль касается огнестрельного ранения, а именно оно сразу приходит на ум, внутри меня слишком ощутимо вспыхивает какое-т о странное чувство. Почувствовав всю его силу, я вжимаюсь в мужское тело сильнее, углубляю поцелуй, делаю его ещё более бешеным, не хочу отпускать, обхватываю его талию ногами, сама извиваюсь под гибким мускулистым телом этого хищника.

Трусь о его стоячий член своим пахом, и мышцы под моими пальцами бугрятся сильнее, напрягаются, а через секунду Маска резко отстраняется, спрыгивает с кровати, за ноги разворачивает меня снова на живот и подтаскивает к самому краю, так, что половина моего тела оказывается в воздухе, а он удерживает меня за бёдра. Мне приходится вцепиться в простыни, а потом я вцепляюсь в них зубами, потому что мужчина утыкается головкой члена в мой анус.

Я не подготовленная, без смазки, и мне немного страшно, во что это может вылиться. Но из моего лона так течёт, что он легко размазывает всё это по заднему входу и плавно проталкивается членом наполовину в мою задницу. Держа меня, он начинает медленно двигаться, вырывая из меня тихое мычание.

Я по-прежнему ничего не вижу, но могу поклясться, таких ярких ощущений я ещё ни разу не получала от анального секса, и вообще от секса. Безусловно, повязка лишь усиливает эффект Маски. А я просто пребываю в лучшем моменте своей жизни. Осталась бы в нём навсегда.

Да... да... трахай меня... да... a-ax...

- выдыхаю лихорадочно громко, когда мужчина начинает погружаться на всю длину.

Быстрее. Ещё быстрее. Выбивая постепенно из меня и весь воздух, и голос, и вытрахивая из меня остатки сознания. Расширяя дырочку до размера своего огромного члена, катая меня по простыням своим напором. А сам молчит. Только дышит на пределе, хрипло, с невыносимой тяжестью, будто ему вырывают лёгкие. Но так от того, что он всё пытается сдержать в себе, дабы остаться максимально инкогнито.

Выходит. И вспышками. Толкает дальше на кровать, чтобы я целиком оказалась на ней, сам нависает поверх, раздвигает мои ягодицы, и резко врезается снова сначала во влагалище, а потом в задницу. Несколько бешеных ударов бёдрами в одну, потом во вторую щёлочку, пока я выдавливаю свои стоны в зажатую между зубов шёлковую ткань. Он вбивается в меня с такой силой, вжимает в матрас так мощно своим телом, что я наполовину проваливаюсь в него в момент толЧков.

И как-то враз всё заканчивается. И боль, и удовольствие, и этот несравненный полёт. И всё в этом мире. Я взрываюсь от оргазма, меня трясёт и прошибают судороги. И даже в какой-то момент кажется, что я умерла, потому что на несколько секунд вообще перестаю чувствовать своё тело.

И только потом, когда я ощущаю, как на мою грудь выбрызгивается густая, тёплая сперма, я понимаю, что уже лежу на животе, а Маска кончает на меня. Задыхаясь, вожу ладошкой по его пульсирующему члену, массирую яйца, и ощущаю, как мужчина рядом со мной дёргается и резко выдыхает сквозь зубы воздух.

А в моей голове уже совсем другое. Мне так мало того, что я получила, так мало этого человека, что я обхватываю за бёдра Маску, когда он хочет отстраниться, и говорю со сбитым всё ещё напрочь дыханием:

Не уходи... Разреши мне посмотреть на тебя, мне кажется

Нет, - отрезает он низко, резко, и мы оба замираем на несколько секунд. Сердце моё ударяется о рёбра в попытке вырваться, мысли кружатся калейдоскопом. Он явно забылся, и этот голос...

..я знаю тебя, - договариваю сдавленно то, что хотела, и тянусь к повязке на лице. Да, кажется, я знаю, кто это, хоть и поверить никак не могу. Его образ сейчас и здесь, сложенный до этого, потерпел масштабные перемены. Человек передо мной как две половинки сошёлся с громким грохотом из двух образов, стал целым.

Но Маска перехватывает мои руки, резко приблизившись, остановив меня, ощущаю, что он снова нависает надо мной тяжелой, опасной тучей.

- Лучше тебе не делать этого, - предупреждение, угроза, не знаю, но моя решительность быстро сменяется замешательством. - Ты не знаешь меня. Не видела в стенах клуба. Поняла?

Но почему? - взрываюсь шёпотом непонимания, втягивая и втягивая этот мужской запах, который я всё больше узнаю. Одновременно испытываю шок, счастье и страх, что всё прямо сейчас закончится, когда я только нашла его.Потому что никто не должен знать нас в лицо. Меня не должно было быть в клубе. По крайней мере, настолько поехавшим образом. Ты должна забыть обо всём, что было, и том, что знаешь. Ты умная девочка, и сама со временем сложишь два и два, я даже не сомневаюсь. Но сейчас просто заткнись и послушай меня внимательно, - цедит зло в моё лицо, а потом говорит тише и более хрипло: - Один очень важный хрен выложил за тебя круглую сумму, и эту ситуацию с твоим исчезновением никто так просто не оставит. Ни клиент, ни владелец клуба, это я точно знаю.

И как бы я не хотел оставить тебя себе, для тебя это закончится плохо. Если не хочешь быть собачкой на цепи, буквально, то с новым именем ты уедешь на какое-то время из страны и не будешь высовываться. Всё понятно... Кира?

Он горячо выдыхает моё имя, и, чёрт возьми, я снова не могу ни о чём другом думать, хочу поцеловать его и почувствовать. А новые знания только усиливают все эти желания. Мне ещё многое предстоит переосмыслить, но самое главное понимание уже сворачивает кровь внутри меня, смешивает все чувства, преобразовываясь в нечто совершенно новое. И это новое мне совсем не хочется терять. До смерти не хочу. Я тоже больная на голову, раз продолжаю что-то такое сильное чувствовать к этому на самом деле сумасшедшему мужчине.

Ладно...выдыхаю судорожно и притягиваю его лицо для поцелуя.

- Я поняла... всё поняла, только дай мне... - обнимаю за шею и упоенно обхватываю его губы, тяну на себя, хочу, чтобы он прижал меня собой, укрыл, накрыл, снова вошёл...

И он не выдерживает. Даёт мне насладиться этим осознанием сполна. Хоть и не даёт всё это время снять повязку. Но она мне уже и не мешает, я сама рисую образ, и задыхаюсь от того, какие эмоции у меня он вызывает.