Глава 3

В комнате друзей встретила суматоха. От утреннего погрома не осталось и следа, но Игл и Гарольд метались и громко ругались. – Что за суета? – поинтересовался Вирил, входя первым. – Это вы доложили преподавателю Шторму?! – оба парня накинулись на соседей. – О чем ты?! – отшатнулся Эджин, уворачиваясь от захвата Гарольда. – Шторм все знает! Вы утром ушли раньше других! – Игл угрожающе придвинулся к друзьям. Он отпихнул друга к шкафу и резко распахнул узкие дверцы, стараясь отгородить взгляды парней. – Свали в чертоги, – посоветовал Эджин. – Сами разбирайтесь. Он резкими движениями надевал на себя теплую одежду, демонстративно не глядя на соседа по комнате. Вирил переступил ближе к другу, загораживая плечом. – Аха! – громко рассмеялся Игл. – Ты не понял, Эджин? Преподаватель Шторм назвал всех поименно. Ты в том числе. Или хочешь усугубить свое положение игнорированием наказания? Тогда, не смею мешать, – парень демонстративно поднял руки, выставляя вперед ладони. – Вперед! Эджин замер, осмысливая слова. Он опустил голову, ненавистным взглядом уставившись себе под ноги. Его планы в расследовании потери магии рушились. Он не мог тот час отправиться к источнику силы, чтобы разобраться во всем, но не это было самым худшим. Черный уровень резерва не позволит ему достойно принять наказание. В тренировочном зале могли пройти испытания маги с уровнем не меньше красного. Если он появится перед преподавателем, Шторм все поймет. Эджин в отчаянии запрокинул голову и прикрыл глаза. Он не мог сказаться больным. В лазарете его уровень силы так же станет известным. Единственная возможность вернуть себе силу от него ускользала из-за идиотской вечеринки, в которой он даже не участвовал. – Кто рассказал Шторму? – с угрозой прорычал Эджин. Он медленно открыл глаза и посмотрел на парней в упор, переводя горящий возмущением взгляд. – Проняло? Наконец-то, – выдохнул Игл. – Переодевайтесь. Преподаватель долго ждать не станет. После вернемся и найдем виновного. – Едва успел всех отправить и навести порядок, как вошел дежурный хранитель правил и порядка с приказом о наказании, – сообщил Гарольд, подойдя к своему шкафу и доставая одежду для тренировки. – Слишком быстро, – озадаченно произнес Вирил, осматриваясь вокруг. – Именно! Мы тоже удивились, – Игл не сводил пристального взгляда с друзей. – Где вы были? – Игл быстро преодолел разделяющее их расстояние. – Сейчас это неважно, – вновь вступился Вирил. – Почему? – Потому что это не имеет отношение к вечеринке и наказанию. Эджин медленно поднес руку к завязкам на рукавах и начал ловко их переплетать. – Ты … ты что делаешь? – озадачился Вирил, наблюдая за действиями друга. – Переодеваюсь, – коротко обронил друг. – И тебе советую. – Ты же не собираешься войти в тренировочный зал?! – от неожиданности парень отшатнулся. – Именно это я собираюсь сделать, – он одарил друга предупреждающим взглядом. – Чем он лучше других? – хмыкнул Игл, возвращаясь к своему шкафу. – Ты не можешь … – прошептал Вирил, перехватив руку Эджина и опасливо оглядываясь на соседей, занятых переодеванием. – Могу и сделаю, – друг вывернулся из захвата. – Если я не появлюсь, у преподавателя возникнут вопросы, отвечать на которые я не собираюсь. – Но … – Я справлюсь, – недовольно дернул плечом Эджин. Тренировочный зал представлял собой сплетение силовых волн. Преподаватели с их помощью составляли программу по отработке навыков боя, формировали условия, приближенные к боевым. Фантазия опытных воинов позволяла каждый раз создавать новые испытания для учеников. Никто из парней не сомневался, что Шторм приготовил для них сегодня нечто особенное. Нарушение Устава академии карается строго. Им повезло, что доказательств вечеринки не обнаружили, но для наказания достаточно доноса. – Приветствую! – голос преподавателя громко раскатился под сводом зала, – Проходите. Молодые маги, облаченные в легкие туники и широкие штаны, босыми ногами спокойно шагнули на гудящий от напряжения пол. Силовые линии пружинили под ними, стелясь мягким покрытием. Обманчивость комфортной подушки никого не вводила в заблуждение. Парни знали, что в любой момент магия может обернуться в жесткий покров или обрасти острыми шипами. Однако, пока испытания не начались, опасность им не угрожала. – Вам придется осознать важность правил. Испытания помогут. Сегодня не будет никаких правил. Начали! – громко произнес голос преподавателя. Парни подобрались и развернулись спинами, прикрывая друг друга. Привычный порядок, заученный ими за несколько месяцев. Четверка давно стала командой, где каждый отвечал за остальных, и все отвечали за жизнь каждого. Силовые волны потекли медленно, перестраиваясь. Маги ожидали нападения с любой стороны. – Достать мечи! – скомандовал Эджин. Четыре светящиеся полоски вздрогнули ярким сиянием. Нарастала опасность. Маги ее не видели, но ощущали каждой частичкой своих тел. Сила витала вокруг и набирала обороты. Под ногами пропала приятная мягкость покрытия, и стопы парней заледенели. – Если кто-то сегодня хотел заглянуть в чертоги богов, как раз представился удачный случай, – заметил Гарольд. – Заткнись! – шикнул на него Вирил. – Прикрывайте Эджина! – Есть! – рявкнул Игл и отразил атаку извивающейся тьмы в сторону Лаэрта. Клинок с тихим шорохом отрубил часть щупальца, которая распалась и умножилась. – Началось, – прошипел сквозь стиснутые зубы Гарольд. Он успел развеять заклинанием одно из новых порождений тьмы, не позволив ей развиться. А дальше начался сущий ад. – Дерьмовый день, – выкрикивал Игл. – Согласен! – вторил ему Вирил. – Она не знает правил? Давайте ее научим! Ха! – атаковал Гарольд. – Она их знает лучше нас, потому может их нарушать, – отозвался Эджин. Ему доставалось сильнее всех. Его резерва не хватало на создание заклинаний. Друзья старались прикрывать от нападения, но им самим приходилось туго. – Нечестно! – взвыл Гарольд, когда короткая стрела пронзила его плечо. Рука, державшая меч, безвольно повисла. – Думаешь? – хмыкнул Вирил, прикрывая напарника. – Гори, гадина! – кинул боевой заряд Игл. Тьма обиженно зашипела, скукоживаясь и удаляясь. Передышка оказалась недолгой. Следующая атака обрушилась одновременно со всех сторон. Она обволокла каждого из участников поединка, отделяя от команды. – Вирил! – Игл! – Эджин! – Гарольд! Перекликались молодые маги, не видя друг друга. Они потерялись во тьме, перестали ориентироваться в пространстве, и только голоса их сближали и напоминали, что они еще живы. Крик боли ударил по ушам. – Эджин! – выкрикнул Вирил, – Эджин, ты как?! – Сдохни, гадина! – проорал Игл, где-то поблизости. Всполох меча пронесся рядом с лицом Гарольда. Тот едва успел отшатнуться. – Аккуратней! Тьма поглощает свет! Мы не видим свое оружие! – предупредил он напарников. – Понял! Понял! – раздались голоса Игла и Вирила. Эджин молчал. – Ты жив, друг? Где ты?! – закричал Вирил, – Парни, ищите Эджина! Помогите ему! – Самим бы кто помог, – невольно отозвался Игл, – она не хочет сдаваться. – Никаких правил. Никаких правил, парни! – напомнил Гарольд, – Надо воспользоваться этим. – Нет! Нам нужны правила! – осадил его Игл. – Эджин! Где ты? Ты жив? – беспокоился Вирил. – Отзовись! Тьма не позволяла друзьям увидеть своих напарников. Она путала, атаковала, пугала и теснила в разные стороны. – Говорите с Эджином! Эджин! – Вирил кричал все громче. – Эджин! Лаэрту не хватало сил. Меч едва светился, с каждым мгновением становясь тусклее. Заклинания не напитывались магией, а тьма душила его, сдавливала грудь, позволяя глотнуть воздух через раз. Отвечать он не мог. Он держался на чистом упрямстве, отдавая последние силы. – Правила! – прокричал Игл, – Я понял, зачем они нужны! Взмах мечом. Заклинание. – Они нужны, чтобы выжить! – закончил свою мысль он. – Верно! – согласился с ним Вирил, – Нам надо выжить! – Мы будем жить! – поддержал Гарольд. – Эджин, ты слышишь? Мы будем жить! – Вирил снова пытался докричаться до друга. – Слышу, – сквозь зубы выдохнул Эджин и рухнул вниз. Кто-то споткнулся об распростертое тело и упал рядом. Эджин ничего не чувствовал. Его окутала яркая вспышка, не позволяя ничего различить за сияющим светом. – Эджин! – Гарольд ощупал распростертое тело и опознал в нем друга, – Вирил! Игл! Я нашел Эджина! Кажется, он мертв. Есень. Хмурое утро не собиралось начинаться. Грозовые тучи заволокли небо, не позволяя солнцу ободрить работников, серыми тенями плетущихся к руднику. Последние несколько дней погода не радовала, постоянный мелкий дождь сквозь мрачные тучи нагонял сырость. Сегодняшний завтрак решила взять с собой. Требовалось поставить опоры, а эта работа не оплачивалась. Дольше откладывать нельзя. Пробиваться вглубь, не укрепив свод, опасно. Значит, придется потратить драгоценное время не на добычу руды, а на необходимую, но бесплатную работу. Провозиться пришлось почти до обеда. Без помощника трудно выполнять тяжелую работу. Если добыча руды давно стала привычным делом, когда действия совершаешь, не задумываясь, то укрепление свода работа трудоемкая. Завтрак остался нетронутым. Я стремилась закончить как можно скорее и взять в руки кайло, чтобы наконец-то начать зарабатывать. Оставалось совсем немного, поставить последние опоры в непосредственной близости от моей разработки, когда послышался тревожный звук. Находясь долгое время под землей, начинаешь различать оттенки шорохов. Крыса ли пробежала, вода просочилась сквозь породу и тихо закапала – у каждого звука есть свое объяснение. Озадачивший меня звук заставил нервно дернуться. Где-то начала осыпаться порода. Первый шорох обострил слух. Я замерла, удерживая растяжками опору в наклонном состоянии. Оставалось кувалдой выправить ее, и я была бы свободна, чтобы пойти на звук. Мимо моих ног на выход пробежала крыса. Тревожный признак. Но передвижение животного так же могло означать, что мою котомку нашли и сейчас уничтожают запасы. Что делать? На что решиться? Взгляд упал на приготовленную кувалду. Рука сама потянулась к ней. Осталось немного, чтобы зафиксировать опору, и я смогу все проверить. Осталось всего ничего! – Эх! Двигайся! – приказала я и зачастила с замахами. Дерево сминалось о камень, но послушно вставало под свод. Хорошо обработанное и подготовленное к нагрузкам оно прослужит долго. А если начнет деформироваться, мне привезут другое на замену. – Давай же! Давай! – колотила я без устали. Опора встала на свое место, и я с тяжелым выдохом опустила кувалду. Устало прислонилась к борту тачки, пытаясь восстановить дыхание и успокоить бешено бьющееся сердце. Внимательно смотря по сторонам, я продвигалась к выходу. Мою котомку крысы все-таки нашли, но навредить ей не удалось. Предусмотрительно убранная на одну из каменных плит, выступающих из земли, и прикрытая камнем, снедь не пострадала. Шаги глухо звучали в низком проходе, позволяя прислушиваться к шороху. Осмотр показал, что обеспокоивший меня шорох нестрашен. Вода просочилась в трещину, расширив ее со временем, отчего немного мокрых камней просыпалось на пол. Половина дня, проведенная за трудной работой, прошла, пора наверстывать упущенное время. Я зашагала вперед, отбросив сомнения. Сегодня мне придется очень постараться, чтобы наверстать простой в работе. Съеденный обед подкрепил силы, потому махала кайлом с азартом. Меня согревала мысль, что сегодня смогу прилично потрудиться. Треск за спиной раздался неожиданно. Находясь в полусидящем положении, подпрыгнула на месте, ударившись головой о низкий свод. – Что это? – оглянулась назад, в ожидании неприятностей. Камни иначе звучат. Дерево! Неужели не выдержали опоры? Я выползала из узкого лаза к месту, где оставила тачку. Факел остался позади, а впереди меня ожидал темный ход. Надо найти источник звука. Пространство сотряс грохот. Это не дерево. Обвал! Я кинулась бежать прочь к выходу. Навстречу мне побежал тоненький ручеек. Вскоре под сапогами стали разлетаться брызги. Новый грохот, и вокруг все задрожало. От испуга я закричала, закрыла уши руками и на мгновение присела. Над головой разломилась порода. Кинулась вперед, стремясь к выходу, где ожидало спасение, но уткнулась руками в каменную стену. Обвал. И он расширялся. Свод лопался, круша камень и заваливая туннель. Вперед не пройти. Медленно, шаг за шагом, я стала отступать назад, с ужасом понимая, что оказалась в ловушке, выбраться из которой не смогу никогда. Если меня не погребет под породой, я умру от голода и жажды, не дождавшись спасения. – Боги, помогите! Спасите! – закричала и побежала к факелу, оставленному в глубине штольни. Казалось, у единственного источника света будет не так страшно. За мной хлынула вода. Порода обнажила подземный источник, позволяя затопить освободившееся от руды пространство. Шансов выжить не осталось. Единственное, что смогла сделать, взобраться в тачку, надеясь оказаться выше уровня воды. Успела прихватить котомку с остатками еды и с ужасом наблюдала, как прорубленный мной туннель наполняется водой. Я плакала и молилась богам, не надеясь, что мои слова услышат. Когда тачку затопило, поднялась на ноги и стала ожидать конца своей участи. Я цеплялась за жизнь из последних сил, приподнимаясь на носочки и хватая ртом остатки воздуха. Вода захлестывала лицо, заливалась в нос и пробиралась в горло. Кашель сотрясал легкие, не давая нормально дышать. Грудь раздирала боль. Последний глоток воздуха ворвался в меня вместе с жидкой грязью. В полнейшей темноте я погибла. Меня качало на волнах, но не могу с уверенностью сказать, была это водяная толща, поглотившая меня или пульсирующий свет. Оставалось дождаться решения своей судьбы.