25. Катастрофа

Сбиваюсь с шага, споткнувшись на ровном месте.

Ах ты, зараза!

Он так и сказал: СКВАЖИНУ. Выделил это слово громкостью и интонацией голоса. Обиделся на павлина, наверное.

Замечаю, как Егор закрывает лицо ладонью и тяжело вздыхает. Мне кажется, он думает, что его друг – идиот, и я с этим абсолютно согласна.

И, если Диков надеется, что этот дурацкий манифест выбьет меня из колеи и заставит нервничать и ревновать, то сильно ошибается.

С невозмутимым лицом открываю дверь внедорожника и, переобувшись, снова с силой хлопаю ей.

– Василиса! – рявкает Диков, резко обернувшись. – Холодильник себе купи и им хлопай!

Усмехнувшись, подхватываю пакет с валенками и под напряжённым взглядом Егора направляюсь в их сторону.

Скважину он посмотрит, блин! Да в “скважине” этой мадам, наверное, половина Москвы поместится!

– А знаешь, что я подумала? – выдыхаю с улыбкой, остановившись перед хмурой мордой БЫВШЕГО мужа.

– Что? – ухмыляется он, скрестив руки на груди.

– Хорошо, что у нас с тобой сын не родился.

– Почему? – с абсолютно невозмутимым лицом усмехается Диков, но я замечаю в его глазах очень опасный огонёк. Сейчас передо мной не муж Серёжа, который исполнял мои любые желания, стоило только заикнуться. Сейчас передо мной тот самый жёсткий следак, от которого я потеряла голову в первую же встречу.

Одно неверное слово – и он порвёт меня, как тузик грелку, потому что никогда и никому не спустит с рук попытку унизить или подорвать его авторитет.

Но, кто бы знал, как тяжело держать язык за зубами, когда накипело!

– Одним мудаком меньше, – выдыхаю.

Заблаговременно отшатываюсь назад, за милисекунду до того, как в глазах Дикова вспыхивает ярость. Отпрыгиваю, едва уловив, что он легонько качнулся в мою сторону. Бросаю ему в морду пакет с валенками и что есть сил бегу в сторону своей машины.

– Серёга! – слышу крик Егора и ускоряюсь.

Лёгкие обжигает новой порцией морозного воздуха.

Падаю в машину и, хлопнув дверью, нажимаю кнопку блокировки дверей ровно в тот самый момент, когда мне в стекло прилетает громкий удар.

Вздрогнув, подпрыгиваю и, тяжело дыша, смотрю в налитые кровью глаза Серёжи.

– Выходи, – громко произносит он и кивком показывает мне на улицу.

Отрицательно качаю головой и вздрагиваю от нового хлопка тяжёлой ладони по стеклу.

– Серёга, успокойся! – вклинивается между моей машиной и Диковым Егор, оттесняя его. – Она беременная, блин!

– Я спокоен! – рычит Дикий, глядя на меня через плечо друга как взбесившийся лев.

А меня распирает на истерический хохот.

Я пытаюсь сдержаться, потому что боюсь, что, увидев это, Серёжа голыми руками вскроет мою машину как консервную банку и вытащит меня из неё, но не могу. Закрыв лицо ладонями, трясусь в истерике.

Вот и Егор теперь в игре.

Какой же идиотизм! Простое расставание двух охладевших друг к другу людей неожиданно приобрело масштабы катастрофы, в которую втягиваются новые и новые участники. Вадя, Рита, Егор,.. Скважина эта!

Заглушив двигатель, выхожу из машины и, собрав с крыши пригоршню снега, быстро направляюсь в сторону Егора и Серёжи, сжимая его в твёрдый комок.

– Всё, всё, я спокоен, – бубнит Диков, глядя на друга, и поднимает примирительно руки, но замирает и снова весь напрягается, заметив меня.