Глава 44. Выполнила что должна

Это было странно — слышать от близкого соратника командора такое предложение. Он ведь и сам бежать собрался. Настолько на этой прокажённой земле всё плохо? Акорн ни слова об этом не говорил.

Я поджала губы и покачала головой. Тобольд понял, что перегнул: — Я беспокоился в первую очередь о тебе. Ты не привыкла ни к походам, ни тем более к той отравленной земле.

На плечо Тобольда опустилась тяжёлая рука командора. Даже слов не потребовалось. Просто Акорн был готов прибить взглядом, а Тобольд кивнул и испарился “по делам”.

— Пойдём, — протянул он мне руку.

Сильва, увидев это, резко развернулась и раздражённо ушла. Странно. Мне казалось, она будет бороться и продолжит липнуть к командору даже при мне.

Я опёрлась на тёплую шершавую ладонь и спрыгнула с повозки. Акорн взял меня под локоть и не спеша повёл вдоль лагеря. Вокруг суетился народ, не обращая на нас внимания. По периметру устанавливали камни, кто-то уже разжигал костёр. Обеденное солнце грело, но не палило. Трава и редкие деревья вокруг росли бледными и слабыми.

— Сейчас отдохни и поешь. Тебе понадобятся силы, — коснулся меня свободной рукой Акорн. — Если почувствуешь, что тяжело, прекращай.

Он хмурился и, кажется, сомневался.

— Мы уже у тропы ветра?

— У заброшенной. Да. Я тебе покажу её начало.

— Расскажи больше о том, что нас ждёт. Тобольд сказал, что земля отравлена и в воздухе витает эта проказа…

— Точно никто не знает. Потому что так далеко никто не заходил, — Акорн понизил голос и помрачнел. — Мы заметили, что люди, живущие близко к горе, меняются. Думаем, что на них влияет что-то, что и на зверей.

— Откуда взялась эта проказа?

— Это что-то, нарушающее естественный ход вещей. По одной из версий, это шип, воткнутый в ствол мирового дерева. По другой — его болезнь, принесённая одним из богов из других миров. Мы знаем, как с этим бороться, но откуда оно взялось — нет.

— Получается, как полностью избавиться от этого вы тоже не знаете?

Акорн помрачнел ещё больше.

— Камень поможет, — буркнул он.

Но я-то знала, что нет. Не до конца. Но решила не портить настроение командору ещё больше. Я старалась наслаждаться этой небольшой прогулкой по лагерю и спокойным разговором. Что-то подсказывало, что этот мирный эпизод продлится недолго.

— Что на другом конце тропы ветра? — сменила я вопросы на более приземлённые.

— Заброшенный храм. Точнее, ступеньки к нему. Сам храм высоко, почти на вершине. Туда доберёмся пешком.

— Храм огненного бога? — предположила я. Ведь мы хотели забрать оттуда огненный камень.

— Нет, — покачал головой командор. — Храм пяти богов. Сейчас такие уже и не строят.

Пяти? К Акорну подбежал кто-то с докладом. А я обратилась к памяти Люмины. Четыре бога были богами стихий. Пятый — жизнь, и целительская магия как раз была дарована им.

Всё это было странно для меня, Светы. В этом мире боги были так близко…

Акорн снова тронул меня за руку.

— Сильва больше тебя не потревожит. Она останется здесь, охранять тропу ветра.

— Это хорошо, — кивнула я. — Но тебе бы дать ей понять, что ей ничего не светит.

— Не светит? — нахмурился командор.

— То есть… Что она не вернёт тебя.

— Ты, наконец, приняла меня, — улыбнулся Акорн.

— Нет, — смутилась я. — Это никак не связано.

— Конечно, — судя по тону, он не поверил. — Люмина, ты единственная для меня. Пора бы уже смириться.

Его слова вызывали трепет и тепло в груди. Но в то же время легли тяжким бременем на сердце. Не думаю, что между мной и всеми своими людьми он выберет меня. И так-то будет прав. Только мне не хочется приносить себя в жертву.

После короткого отдыха и обеда мы пришли к началу тропы ветра. Если бы Акорн её не показал, ни за что бы не поняла. Она заросла жёлто-зелёной травой, и её границы лишь угадывались. В начале лежал плоский камень с начертанными символами.

— И что делать? — спросила я, разглядывая символы.

— Наполнить силой, — сказал Акорн, — Ты поймёшь.

Я не разделяла его уверенности. Оглядела присутствующих: рядом были все из отряда и Гельвет.

— Сосредоточься, — подсказал Тобольд. — Не обращай ни на что внимание. Если даже нападут твари, не отвлекайся. Мы защитим тебя.

Акорн кивнул.

— Тогда можете отойти шагов на пять? — попросила я.

Мою просьбу выполнили, но я всё равно ощущала давление. А если не выйдет? Или если на это у меня уйдёт несколько дней? Запасы еды кончатся, а этих тварей есть вроде как нельзя… Хотя точно не знаю.

Тяжело вздохнув, я опустилась на колени перед символами. Призвала ветер и направила его вперёд по тропе. Ничего, только разметала пожухлую листву и траву.

Вспомнила сон. Та старушка тоже говорила про символ. И… надо было вложить в него силу.

Что ж. Я направила ветер на символы. Ничего. Провела пальцем по ним, повторяя замысловатую надпись. Провела ещё раз, с нажимом. Тоже ничего.

Пришлось включить воображение. Сейчас многое зависело от меня. Между тем, как командор получит камень и тем, как он решит пожертвовать мной, пройдёт время. Я успею сбежать. А вот земли надо очистить уже сейчас, иначе эта проказа будет только распространяться.

Я коснулась пальцем холодного камня, прикрыла глаза и представила, как ветер заполняет собой все углубления, циркулирует там, очищая от мелкого сора. Почувствовала, как наконец-то получается! В лицо от камня подул тёплый воздух. Я перешла к следующему символу и повторила всё. Когда я наполнила последний, от камня во все стороны подул такой сильный ветер, что стало тяжело дышать.

Я закашлялась, прикрыла нос и рот рукой. В ушах гудело от ветра, пыль попадала в глаза. Как будто он был заточён в камне, и теперь со свирепой радостью выходил наружу.

Направить! Усилием воли я создала свой ветер. Перебарывая сильный поток, представила, как будто беру его в кокон и направляю по тропе.

Дальше было легче. Я не видела, но чувствовала, как ветер послушно направился будто по накатанной дороге. Я знала, куда его вести. Чувствовала небольшие ограничители, помогающие не растрачивать силу и направлять поток. Знала, что тропа уходит всё выше, и склон становится всё круче. И даже ветру приходится делать повороты, как по серпантину, чтобы подняться в гору.

Сначала голова лишь слегка кружилась. Потом я почувствовала, что мне уже действительно нехорошо: тело бросало в жар, сознание уплывало. Но я знала, что оставалось совсем чуть-чуть до конца тропы. Ещё немного я продержусь.

Ветер достиг такого же камня с символами в конце тропы. И словно зациклился, повернув назад. Теперь мне не нужно было им управлять, по инерции сила продолжала циркулировать по тропе.

Я открыла глаза и без стеснения легла на спину прямо на землю. Судя по солнцу, прошло не так уж и много времени, около часа. Я улыбнулась с чувством, что выполнила большую и полезную работу. Интересно, командор не забудет сказать спасибо?

Надо мной появилось лицо Акорна. Вопреки ожиданиям, радости на нём не было, только беспокойство. Я вытянула руку, чтобы разгладить складку между его бровей. Так и не коснувшись его лица, потеряла сознание.

Мне снилось выжженое поле. Никого, полная пустота, насколько хватало глаз. Тут я заметила фигуру, лежащую на земле. Обрадовавшись, что не одна, подбежала. Но тут же отпрянула в испуге — на земле лежал Тобольд, и он не двигался.

Вдруг он открыл глаза, и я увидела в них пламя. Его фигура вспыхнула, как спичка, а сам он потянул руку к моей шее. И я понимала, что стоит ему коснуться меня — мне конец.

Шагнула назад. Тобольд неестественно быстро поднялся и вновь потянулся к шее. На его лице застыло предвкушение. Вдруг между нами пролетела птица. Орлан атаковал Тобольда, выпустив когти, бросился в лицо.

И тоже загорелся моментально, как спичка. Я закричала.

Сердце бешено колотилось. Я открыла глаза и долго не могла понять, где нахожусь. С трудом узнала натянутую ткань палатки. Дрожащими руками провела по лбу, убирая мокрые от пота волосы.

Ясно. Потеряла сознание, и меня перенесли сюда. Интересно, сколько прошло времени? Акорн ушёл по тропе ветра без меня? Или он ждёт, и я задерживаю поход?

Снаружи слышались в отдалении лязг мечей и звуки боя. Всё же не удалось избежать нападения тварей. Голос Акорна звучал рядом, он, видимо, стоял у палатки. Я выдохнула и попыталась приподняться на руках, но сил не хватило.

Сны мне снились всё страннее и страннее. Я не могла понять его логику. Только надеялась, что это кошмар, вызванный переутомлением.

Шорох в углу палатки заставил вздрогнуть. Мысли о сне тут же улетучились, я сфокусировалась на реальных угрозах. Кто здесь? Зная Акорна, вряд ли он оставил бы меня с кем-то.

Взмах птичьих крыльев взметнул пыль. Из угла выросла тень, превратившись в человека. Сильва.

— Ты выполнила, то, что должна была, — хищно улыбнулась она, глядя на меня так, будто хочет придушить. — Теперь ты больше не нужна.