Глава 53

Виктория

Иногда мне хочется проснуться другим человеком. Забыть обо всём, что случилось со мной. Но я понимаю, что это было бы нечестно по отношению к моим близким. К маме, что подарила мне жизнь и воспитала в одиночку. К Георгию, что отказался от всего ради меня. Я стараюсь держаться, но всё чаще чувствую, что задыхаюсь. Мой хозяин не пьёт мою кровь, но он незаметно вытягивает мою жизнь день за днём.

— Если у Георгия получится привести Николая Романова, то вы оба будете свободны, — произносит Алексей Игнатьевич, глядя на меня брезгливо.

Я знаю, что он презирает меня за мою связь с Георгием. Но даже если бы я захотела, я бы не смогла отказаться от неё. Мы оказались связаны самой судьбой, что поставило и меня, и Георгия в уязвимое положение.

— А мама? — спрашиваю я с надеждой. Алексей Игнатьевич как-то странно ухмыляется.

— Я скажу тебе, где она, — отвечает неприятным тоном. Холодная дрожь охватывает тело. Отчего-то я верю словам своего руководителя всё меньше и меньше. И это касается всех его обещаний.

Я спрашиваю себя, а есть ли вообще шанс освободить Николая из плена охотников? Ведь это же не один охотник и не два. Там, где содержат Николая, их должно быть очень много. А если всё же получится, то не станет ли от всего этого хуже? Я помню рассказы мамы про войны вампиров и охотников несколько десятилетий назад. Она говорила, что тогда пролилось очень много невинной крови. Впрочем, как и сейчас.

Тяжело вздыхаю и выхожу из автомобиля. Потом спешу открыть дверь Алексею Игнатьевичу. Тот бросает на меня снисходительный взгляд.

— Будь у себя, — произносит сухо. — Как только будут новости от Георгия, я пришлю за тобой.

Кивнув, я спешу в крыло для персонала. Чувствую, что за мной следят. За это я и ненавижу поместье. Здесь даже дышать трудно. Невольно я вспоминаю тот дом, который показывал мне Георгий. Я видела его всего раз и пробыла там только одну ночь. Но он уже стал мне роднее, чем это место, где я провела последние восемь лет своей жизни.

Звонок телефона отвлекает меня от раздумий. Я вижу на экране знакомый номер и спешу поднять трубку.

— Это Александр, — произносит взволнованно низкий мужской голос. — Я звоню по просьбе Георгия. Он был схвачен охотниками несколько часов назад, но мне удалось поговорить с ним. Он просил позаботиться о вас.

Чувствую, как грудь сдавливает. Руки начинают дрожать. Схвачен… Я ведь с самого начала подозревала, что всё так и будет. Но всё равно не отговорила Георгия от этой безумной идеи. Нельзя было позволять ему страдать из-за меня.

— Виктория, думаю, я могу помочь вам разыскать вашу маму. Только для этого вам придётся бежать из поместья, — говорит Александр почти без эмоций.

У меня в голове мгновенно появляется ненавистная логическая цепочка. «Если я сбегу, Алексей Игнатьевич прикажет расправиться с мамой». Я не могу позволить этому случиться. Пусть она в психоневрологическом интернате, но зато жива.

— Мне нельзя, — отвечаю решительно.

— Знаю, вы боитесь, но это ваш единственный шанс выжить самой и спасти близкого человека. Через несколько часов Алексей Игнатьевич узнает, что его план провалился. Тогда он избавится от вас. Вам надо бежать. И сегодня.

Александр рассказывает мне, что я должна сделать. Я выслушиваю его, ощущая озноб во всём теле.

«Соберись, Вика, — повторяю себе мысленно. — Этого момента ты ждала всю свою жизнь. Скоро ты станешь свободной».

Я хочу и одновременно боюсь представить себе то будущее, о котором мне рассказывал Георгий. Про совместную жизнь в том доме и мамины помидорные кусты на участке. Сжимаю кулаки и иду к шкафу с одеждой. Среди рубашек и блузок нахожу конверт со скопленными деньгами и мамины часы, обёрнутые расшитым носовым платком. Перепроверяю кошелёк и водительское удостоверение. Паспорта у меня нет — его забрал Сергей, водитель Алексея Игнатьевича. Но и плевать! После времени я смогу восстановить его по водительскому удостоверению.

Смотрю на часы и прикидываю, сколько времени мне нужно, чтобы выбраться из поместья незамеченной. Ночная прислуга уходит в десять утра через кухню. Если поспешу, то, возможно, успею договориться с кем-то из них, чтобы меня вывезли незаметно.

Я выхожу из комнаты и спешу по тёмному коридору в сторону кухни. Сердце бешено стучит в груди. Кажется, только это уже выдаёт меня.

— Виктория! — зовёт меня кто-то сзади, и я вздрагиваю. Оборачиваюсь и вижу одного из охранников.

— Да? — отвечаю, пытаясь скрыть дрожь в голосе.

— Как хорошо, что я тебя встретил, — охранник улыбается, обнажая массивные клыки. — Ты не в курсе, Алексей Игнатьевич вечером собирается куда-нибудь?

— Если я ничего не путаю, сегодня очередное заседание Синклита.

— А, тогда ладно, — кивает он. — А ты куда намылилась?

— Поесть, — отвечаю я, чувствуя нарастающую дрожь. — У меня только смена закончилась.

— А ты разве не слышала, что Алексей Игнатьевич запретил бродить по дому после рассвета? Так что возвращайся лучше обратно в комнату и по внутренней связи попроси горничную принести тебе что-нибудь.

Он вроде бы советует мне, но голос его звучит ультимативно. Я киваю и направляюсь обратно в свою комнату. Нутро заполняет чувство досады и бессилия.

«Это ничего, — повторяю я себе. — У меня ещё есть время».

После одиннадцати я вновь выглядываю в коридор и прислушиваюсь. Где-то неподалёку слышатся шаги. Охрана обходит поместье раз в полчаса. И их слух и чутьё куда острее, чем мои, так что шансов у меня немного. Я прикрываю дверь и спешу к выходу, ведущему на внутреннюю парковку. Если повезёт, то можно будет проскочить мимо охраны на КПП. Днём снаружи работают люди, так что стоит попробовать.